96 цитат персонажа «Анжелика Машковская» — коротко и по делу

96 цитат персонажа «Анжелика Машковская» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Моя реальность — сплошной надрыв, замешенный на самообмане, и ничего больше. А жила я в надеждах и вере о том, что когда-нибудь всё станет если не отлично, то хорошо. Но каждый раз становится только хуже! Может, всё дело во мне? Возможно, я притягиваю к себе преступные элементы как магнит железо? Не в этом ли заключается слово «судьба» и всё зависит от того, какой ты от рождения «магнит»?

   Моя реальность — сплошной надрыв, замешенный на самообмане, и ничего больше. А жила я в надеждах и вере о том, что когда-нибудь всё станет если не отлично, то хорошо. Но каждый раз становится только хуже! Может, всё дело во мне? Возможно, я притягиваю к себе преступные элементы как магнит железо? Не в этом ли заключается слово «судьба» и всё зависит от того, какой ты от рождения «магнит»?
2. «

   Как бы мы ни претендовали на исключительность, как бы ни открещивались от других людей — все мы лепестки одного цветка, отличающиеся только оттенком. И начало — как и конец — у нас у всех одинаковый.

   Как бы мы ни претендовали на исключительность, как бы ни открещивались от других людей — все мы лепестки одного цветка, отличающиеся только оттенком. И начало — как и конец — у нас у всех одинаковый.
3. «

   Как только приходит осознание, что совершил дурные поступки, из-за которых возникает мучительное чувство вины, появляется ощущение, что потерял себя. И тогда готов принять наказание, лишь бы снова обрести себя как личность.

   Как только приходит осознание, что совершил дурные поступки, из-за которых возникает мучительное чувство вины, появляется ощущение, что потерял себя. И тогда готов принять наказание, лишь бы снова обрести себя как личность.
4. «

   ᅠ Другой человек всегда величайшая тайна, привносящая в общение интерес, но между тем являющаяся глубинной и до конца не выразимой сущностью личности, обусловленная жизнью в отдельном мире. Как бы мы не походили друг на друга, как бы часто не пересекались наши стремления, но всё же каждый парит в своей внутренней и абсолютно частной Вселенной. Не от этого ли с таким любопытством заглядываем в чужие замочные скважины, прислушиваемся к слухам? ᅠ Выбор мебели, книг, стилистики комнат — всё это своеобразные засечки, подсказки, приподнимающие завесу над субъективным космосом индивида, крохотная щёлочка в ту самую мистическую глубинную загадку персоны. И многие стараются постичь другого без остатка, мечтают проникнуть в самые сокровенные и тёмные уголки души, но в секретных сундуках личности хранятся не только ключи к неповторимости персоны, но и «смерть Кощея», до которой уж если кто-то сумел добраться, то это не может не вызывать тревоги: добровольно вручив другому нож и оборачиваясь к нему спиной, подсознательно напрягаешься. Напряжение растёт, усиливается и оборачивается пропастью между людьми. И то, что должно было стать нерушимыми узами, оборачивается поводом разорвать связи. Дистанцироваться.

   ᅠ Другой человек всегда величайшая тайна, привносящая в общение интерес, но между тем являющаяся глубинной и до конца не выразимой сущностью личности, обусловленная жизнью в отдельном мире. Как бы мы не походили друг на друга, как бы часто не пересекались наши стремления, но всё же каждый парит в своей внутренней и абсолютно частной Вселенной. Не от этого ли с таким любопытством заглядываем в чужие замочные скважины, прислушиваемся к слухам? ᅠ Выбор мебели, книг, стилистики комнат — всё это своеобразные засечки, подсказки, приподнимающие завесу над субъективным космосом индивида, крохотная щёлочка в ту самую мистическую глубинную загадку персоны. И многие стараются постичь другого без остатка, мечтают проникнуть в самые сокровенные и тёмные уголки души, но в секретных сундуках личности хранятся не только ключи к неповторимости персоны, но и «смерть Кощея», до которой уж если кто-то сумел добраться, то это не может не вызывать тревоги: добровольно вручив другому нож и оборачиваясь к нему спиной, подсознательно напрягаешься. Напряжение растёт, усиливается и оборачивается пропастью между людьми. И то, что должно было стать нерушимыми узами, оборачивается поводом разорвать связи. Дистанцироваться.
5. «

   Суицидники, как и тонущие люди, уходят молча.

   Суицидники, как и тонущие люди, уходят молча.
6. «

   Это крайне эгоистично — безмерно пользоваться добротой другого человека.

   Это крайне эгоистично — безмерно пользоваться добротой другого человека.
7. «

   ᅠ Любой коллектив можно сравнить с Плеядами звёзд — особенно это заметно в ролевом мире, где сияющие индивиды озаряют небосвод будней своими идеями и рассуждениями, прикасаясь к сердцу читателя удачными или крамольными мыслями. Порой в космосе Интернета люди, как звёзды во Вселенной, объединяются, образуя экзотическую галактику. Дрейфуя по сюжету, они очаровывают своим мерцанием, окрыляют и даже вызывают яростное негодование. Но они все гаснут. Одни незаметно и тихо, другие — взрываясь ослепительно и опустошающе, вспышкой сверхновой, порождающей чёрную дыру, чьё гравитационное притяжение настолько велико, что покинуть её не удастся, и тянется как шлейф аромата, будоража душу воспоминаниями. Для некоторых это настолько невыносимо, что они с негодованием открещиваются от человека, с которым замечательно проводили время. Но сетовать — значит перечеркнуть всё, что было превосходным и умопомрачительным, аннулировать подаренный волшебный дар — потраченное совместно время, переросшее в бесподобное, изумительное творчество, которое в свою очередь порождает духи́ бури. ᅠ Но как же быть, ведь ни один праздник не может длиться вечно?! ᅠ Отважиться погреться хоть краткий миг в солнечных лучах с риском получить ураган или побояться покинуть привычный уют своей пещеры?

   ᅠ Любой коллектив можно сравнить с Плеядами звёзд — особенно это заметно в ролевом мире, где сияющие индивиды озаряют небосвод будней своими идеями и рассуждениями, прикасаясь к сердцу читателя удачными или крамольными мыслями. Порой в космосе Интернета люди, как звёзды во Вселенной, объединяются, образуя экзотическую галактику. Дрейфуя по сюжету, они очаровывают своим мерцанием, окрыляют и даже вызывают яростное негодование. Но они все гаснут. Одни незаметно и тихо, другие — взрываясь ослепительно и опустошающе, вспышкой сверхновой, порождающей чёрную дыру, чьё гравитационное притяжение настолько велико, что покинуть её не удастся, и тянется как шлейф аромата, будоража душу воспоминаниями. Для некоторых это настолько невыносимо, что они с негодованием открещиваются от человека, с которым замечательно проводили время. Но сетовать — значит перечеркнуть всё, что было превосходным и умопомрачительным, аннулировать подаренный волшебный дар — потраченное совместно время, переросшее в бесподобное, изумительное творчество, которое в свою очередь порождает духи́ бури. ᅠ Но как же быть, ведь ни один праздник не может длиться вечно?! ᅠ Отважиться погреться хоть краткий миг в солнечных лучах с риском получить ураган или побояться покинуть привычный уют своей пещеры?
8. «

   Тюрьма заставляет ощущать себя микробом, заключенным в чашке Петри. Кажется, можно жить, но шаг в сторону — и натыкаешься на стеклянную преграду. А биологи, они же надзиратели, следят за развитием микроорганизмов, но что может вырасти в неглубоком круглом прозрачном сосуде с плоской крышкой, в котором заточены разные субъекты?

   Тюрьма заставляет ощущать себя микробом, заключенным в чашке Петри. Кажется, можно жить, но шаг в сторону — и натыкаешься на стеклянную преграду. А биологи, они же надзиратели, следят за развитием микроорганизмов, но что может вырасти в неглубоком круглом прозрачном сосуде с плоской крышкой, в котором заточены разные субъекты?
9. «

   В каждом из нас всю жизнь борются две сущности одного целого, обречённые вести эту кровавую войну каждый день. Для них конец один — смерть обоих вместе с человеком, ведь без одного невозможно другое. Как треугольник не будет собой без своих трёх углов.

   В каждом из нас всю жизнь борются две сущности одного целого, обречённые вести эту кровавую войну каждый день. Для них конец один — смерть обоих вместе с человеком, ведь без одного невозможно другое. Как треугольник не будет собой без своих трёх углов.
10. «

    Доверие — птица редкая, его не приманишь скороспелыми клятвами.

    Доверие — птица редкая, его не приманишь скороспелыми клятвами.
11. «

    ᅠ Взаимоотношения между людьми сплошь и рядом пробираются по таким дебрям, что невозможно предугадать каждую развилку. Есть с чего заволноваться. Как есть чего боятся на дорогах: мало ли что взбредёт на ум другому водителю? Но ты всё равно не отказываешься от автомобиля. Свидетельствует ли это, что безоговорочно веришь людям за рулём? Едва ли. Ты лишь следишь за шкалой своей бдительности, физическим состоянием, ловкостью и быстротой реакции. Так и тут, Джеффри. Ты можешь контролировать только себя. Если захочу гнусно предать тебя, я предам, и ты этому никак не помешаешь. Если решу изменить с юношей из бара — изменю, придумав миллион предлогов в список оправданий своего поступка. И это будет исключительно моя ответственность, даже если забудешь дарить подарки на годовщины и поздно возвращаться домой. Понимаешь? В этом вопросе от тебя ничего не зависит. Подобное чувство отвратительно, я его прекрасно знаю, ведь твои поступки мне не подчиняются, следовательно, в таком же подвешенном состоянии. Но согласна с клиническим психологом Клаудом Генри: «Когда один из супругов властвует над другим, любовь не достигает истинной глубины и полноты, потому что в таком браке отсутствует личная свобода». Вот в чём сложность: подарить свободу. Не контролировать, не требовать чёткого следования намеченного одним партнёром плана. Вести открытый диалог. Не просто трепаться, чем займёмся на выходных или какой коврик постелем перед дверью… речь об этом… — я прикоснулась ладонью к его лбу, чем заставила на себя взглянуть. — И это, — моя рука переместилась в область его сердца. — Я не хочу прожить с тобой год или сколько бы то ни было ещё, а потом с ужасом сказать: «Понятия не имею, что это за мужчина, лежащий рядом со мной в постели. О чём он думает? Что его волнует? Чего опасается? И — О господи! — что он ожидает от меня?!» У нас с тобой должно быть право свободно выражать своё мнение, потому что если от него отмахнёмся, любовь зачахнет, а её место займёт страх.

    ᅠ Взаимоотношения между людьми сплошь и рядом пробираются по таким дебрям, что невозможно предугадать каждую развилку. Есть с чего заволноваться. Как есть чего боятся на дорогах: мало ли что взбредёт на ум другому водителю? Но ты всё равно не отказываешься от автомобиля. Свидетельствует ли это, что безоговорочно веришь людям за рулём? Едва ли. Ты лишь следишь за шкалой своей бдительности, физическим состоянием, ловкостью и быстротой реакции. Так и тут, Джеффри. Ты можешь контролировать только себя. Если захочу гнусно предать тебя, я предам, и ты этому никак не помешаешь. Если решу изменить с юношей из бара — изменю, придумав миллион предлогов в список оправданий своего поступка. И это будет исключительно моя ответственность, даже если забудешь дарить подарки на годовщины и поздно возвращаться домой. Понимаешь? В этом вопросе от тебя ничего не зависит. Подобное чувство отвратительно, я его прекрасно знаю, ведь твои поступки мне не подчиняются, следовательно, в таком же подвешенном состоянии. Но согласна с клиническим психологом Клаудом Генри: «Когда один из супругов властвует над другим, любовь не достигает истинной глубины и полноты, потому что в таком браке отсутствует личная свобода». Вот в чём сложность: подарить свободу. Не контролировать, не требовать чёткого следования намеченного одним партнёром плана. Вести открытый диалог. Не просто трепаться, чем займёмся на выходных или какой коврик постелем перед дверью… речь об этом… — я прикоснулась ладонью к его лбу, чем заставила на себя взглянуть. — И это, — моя рука переместилась в область его сердца. — Я не хочу прожить с тобой год или сколько бы то ни было ещё, а потом с ужасом сказать: «Понятия не имею, что это за мужчина, лежащий рядом со мной в постели. О чём он думает? Что его волнует? Чего опасается? И — О господи! — что он ожидает от меня?!» У нас с тобой должно быть право свободно выражать своё мнение, потому что если от него отмахнёмся, любовь зачахнет, а её место займёт страх.

    — Джеффри Саммерс (Jeffrey Summers)
12. «

    — Вот скажи, убивать людей — это плохо? — Определённо. — Вот представь, что ты возвращающийся с работы коп, идёшь по улице и тут видишь, как кого-то зверски избивают арматурой, — голос Джеффри звучал по профессиональному ровно. — Ты требуешь отойти от пострадавшего, но агрессор не обращает на тебя внимания и продолжает свою экзекуцию. Намерения напавшего очевидны: он хочет убить. Ты, как хороший человек и бравый полицейский, применяешь табельное оружие — всё согласно уставу — и убиваешь озверевшую личность. — Мило… — Это автоматически сделает тебя плохим человеком? — Это ведь была защита гражданского лица. В мои профессиональные качества входит… — Не увиливай. — Считаю, что нет. Не сделает. Потому что таких жёстких мер требовала ситуация. — Я тебе сейчас задам несколько вопросов, подумай над ними как следует, чтобы потом, когда придёт время, ты могла достойно ответить как минимум себе: как человек решает, когда можно применять насилие? И что нас вообще делает хорошими? Если вспомнить мой пример и отбросить условности, та версия тебя в роли полицейского убила субъекта, но, несмотря на это, ты не назвала её плохим человеком. Так что на самом деле делает нас плохими и хорошими? Что если вообще нет таких разделений?

    — Вот скажи, убивать людей — это плохо? — Определённо. — Вот представь, что ты возвращающийся с работы коп, идёшь по улице и тут видишь, как кого-то зверски избивают арматурой, — голос Джеффри звучал по профессиональному ровно. — Ты требуешь отойти от пострадавшего, но агрессор не обращает на тебя внимания и продолжает свою экзекуцию. Намерения напавшего очевидны: он хочет убить. Ты, как хороший человек и бравый полицейский, применяешь табельное оружие — всё согласно уставу — и убиваешь озверевшую личность. — Мило… — Это автоматически сделает тебя плохим человеком? — Это ведь была защита гражданского лица. В мои профессиональные качества входит… — Не увиливай. — Считаю, что нет. Не сделает. Потому что таких жёстких мер требовала ситуация. — Я тебе сейчас задам несколько вопросов, подумай над ними как следует, чтобы потом, когда придёт время, ты могла достойно ответить как минимум себе: как человек решает, когда можно применять насилие? И что нас вообще делает хорошими? Если вспомнить мой пример и отбросить условности, та версия тебя в роли полицейского убила субъекта, но, несмотря на это, ты не назвала её плохим человеком. Так что на самом деле делает нас плохими и хорошими? Что если вообще нет таких разделений?

    — Джеффри Саммерс (Jeffrey Summers)
13. «

    Я раньше не понимала тех, кто говорит, дескать, мне достаточно и того, что человек счастлив, пусть и не со мной. Воспринимала их лицемерами. Однако стоило нарисовать в уме безнадёжную ситуацию, усугубить её, сделать непоправимой, как всё разложилось по полочкам и стало очевидно, что главное, а на что можно закрыть глаза. Есть вещи, которые, пока не прочувствуешь, остаются ребусом, а разглагольствования о них вызывают привкус фарса и недоумения. Заявление о счастье мужчины или женщины, в общем к личности, к которой неравнодушен, с другим субъектом — из той же породы. Ведь если желаешь кому-то добра, это не должно зависеть от обстоятельств, иначе это уже шантаж. Да, при расставании будет некомфортно, грустно, больно, но осознание, что дорогой тебе человек жив — служат утешением. Являются своеобразным бальзамом.

    Я раньше не понимала тех, кто говорит, дескать, мне достаточно и того, что человек счастлив, пусть и не со мной. Воспринимала их лицемерами. Однако стоило нарисовать в уме безнадёжную ситуацию, усугубить её, сделать непоправимой, как всё разложилось по полочкам и стало очевидно, что главное, а на что можно закрыть глаза. Есть вещи, которые, пока не прочувствуешь, остаются ребусом, а разглагольствования о них вызывают привкус фарса и недоумения. Заявление о счастье мужчины или женщины, в общем к личности, к которой неравнодушен, с другим субъектом — из той же породы. Ведь если желаешь кому-то добра, это не должно зависеть от обстоятельств, иначе это уже шантаж. Да, при расставании будет некомфортно, грустно, больно, но осознание, что дорогой тебе человек жив — служат утешением. Являются своеобразным бальзамом.
14. «

    Только опираясь на веру можно поддерживать то, что не понимаешь.

    Только опираясь на веру можно поддерживать то, что не понимаешь.
15. «

    Наверное, когда мы поражены печалью или горем, мы все становимся младше, какой бы возраст при этом не значился в паспорте.

    Наверное, когда мы поражены печалью или горем, мы все становимся младше, какой бы возраст при этом не значился в паспорте.
16. «

    — Прежде чем распить с вами очередной бокал шампанского, хотел бы напомнить вам, чтобы вы никогда не забывали о том, что, несмотря на все сложности и трагедии жизни, основные ценности остаются с вами. Любовь, дружба, понимание, земные прелести. Анжелика, — девушка посмотрела на меня, её глаза, из-за уже выпитого алкоголя, блестели, — позднее, потому что сейчас это не представляется возможным, тебе потребуются и другие люди, которые помогут тебе занять своё место под солнцем и добиться того, что ты запланируешь. Как правило, такие личности появляются внезапно и приходят из тех краёв, о которых не думаешь или даже не знаешь. Не отталкивай их. Старайся относиться ко всем доброжелательно, но если видишь, что твоё подобное отношение ни к чему не приводит, просто уходи от таких людей. Или, по крайней мере, делай шаг назад. Спорить с теми, кто слышит и видит только себя — пустая трата времени и нервов. Но тех же, кто останется рядом с тобой, цени. Держись их. Именно они помогут тебе двигаться вперёд, храня в памяти счастливые мгновения и помогая создавать новые, а в месте с этим ты как бы приобретёшь иммунитет и сможешь противостоять горестям без той чёрной злобы, которая отравляет и разъедает душу подобно кислоте. Вы все, — я обвёл нашу группку взглядом и протянул вперёд бокал, — помните об этом.

    — Прежде чем распить с вами очередной бокал шампанского, хотел бы напомнить вам, чтобы вы никогда не забывали о том, что, несмотря на все сложности и трагедии жизни, основные ценности остаются с вами. Любовь, дружба, понимание, земные прелести. Анжелика, — девушка посмотрела на меня, её глаза, из-за уже выпитого алкоголя, блестели, — позднее, потому что сейчас это не представляется возможным, тебе потребуются и другие люди, которые помогут тебе занять своё место под солнцем и добиться того, что ты запланируешь. Как правило, такие личности появляются внезапно и приходят из тех краёв, о которых не думаешь или даже не знаешь. Не отталкивай их. Старайся относиться ко всем доброжелательно, но если видишь, что твоё подобное отношение ни к чему не приводит, просто уходи от таких людей. Или, по крайней мере, делай шаг назад. Спорить с теми, кто слышит и видит только себя — пустая трата времени и нервов. Но тех же, кто останется рядом с тобой, цени. Держись их. Именно они помогут тебе двигаться вперёд, храня в памяти счастливые мгновения и помогая создавать новые, а в месте с этим ты как бы приобретёшь иммунитет и сможешь противостоять горестям без той чёрной злобы, которая отравляет и разъедает душу подобно кислоте. Вы все, — я обвёл нашу группку взглядом и протянул вперёд бокал, — помните об этом.

    — Уильям МакДермотт (William McDermott)
17. «

    Неопределённость подобна лестнице: застываешь на промежуточном этаже, не зная, бежать вверх или вниз. И возникает смутное, гнетущее чувство — ощущение, что ступени тянутся бесконечно в обоих направлениях.

    Неопределённость подобна лестнице: застываешь на промежуточном этаже, не зная, бежать вверх или вниз. И возникает смутное, гнетущее чувство — ощущение, что ступени тянутся бесконечно в обоих направлениях.
18. «

    Помогая другим взглянуть на происходящее под особым углом, параллельно и сам обретаешь опыт.

    Помогая другим взглянуть на происходящее под особым углом, параллельно и сам обретаешь опыт.
19. «

    Резко потерять все опоры и остаться в полном одиночестве — настоящий кошмар! Это хождение по оттенкам чёрного. Думаешь, вот наконец-то и белый, та самая полоса удачи, но стоит присмотреться, как становится понятно, что это только светло-серый, а вовсе и не белый. Вот и мечешься между разными оттенками и не можешь ступить на другой цвет. Не все в этом мире находят своё счастье, не у всех налаживается жизнь — это только в сказках рано или поздно всё налаживается. Многие бродят в оттенках чёрного и понимают, что дальше может быть только хуже...

    Резко потерять все опоры и остаться в полном одиночестве — настоящий кошмар! Это хождение по оттенкам чёрного. Думаешь, вот наконец-то и белый, та самая полоса удачи, но стоит присмотреться, как становится понятно, что это только светло-серый, а вовсе и не белый. Вот и мечешься между разными оттенками и не можешь ступить на другой цвет. Не все в этом мире находят своё счастье, не у всех налаживается жизнь — это только в сказках рано или поздно всё налаживается. Многие бродят в оттенках чёрного и понимают, что дальше может быть только хуже...
20. «

    Почему мы делаем то, что делаем, хотя где-то внутри ощущали дискомфортную дрожь, но, отмахнувшись от неё, следовали выбранному пути? Порой даже неприятного чувства не возникает, просто движемся вперёд, не думая о последствиях.

    Почему мы делаем то, что делаем, хотя где-то внутри ощущали дискомфортную дрожь, но, отмахнувшись от неё, следовали выбранному пути? Порой даже неприятного чувства не возникает, просто движемся вперёд, не думая о последствиях.