575 цитат персонажа «Доктор» — коротко и по делу

Собрали 575 цитат персонажа «Доктор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Когда привыкаешь сама быть главной, очень трудно найти кого-нибудь такого же главного, как ты.

   Когда привыкаешь сама быть главной, очень трудно найти кого-нибудь такого же главного, как ты.

   — Джуно Доусон · книга
2. «

   Я встречал в своей жизни достаточно «видов», Рассилон. Мы пали так низко, что стали ниже любого из них.

   Я встречал в своей жизни достаточно «видов», Рассилон. Мы пали так низко, что стали ниже любого из них.

   — Джордж Манн · книга
3. «

   Как часто случалось при заваривании чая, Доктор вдруг сделался весьма близким по духу всем присутствующим. В течение получаса он наладил искренние дружеские связи с Сэром Роботом. Если бы только, подумала Романа, новость об этом просочилась наружу – вот это был бы номер. Она представила себе Киберчеловека, наступающего на Доктора с чайником и печеньем наперевес.

   Как часто случалось при заваривании чая, Доктор вдруг сделался весьма близким по духу всем присутствующим. В течение получаса он наладил искренние дружеские связи с Сэром Роботом. Если бы только, подумала Романа, новость об этом просочилась наружу – вот это был бы номер. Она представила себе Киберчеловека, наступающего на Доктора с чайником и печеньем наперевес.

   — Дуглас Адамс · книга
4. «

   — Nach Festival, bitte. Шофёр, раскрыв рот, повернулся к нему. — Nach Festival! – рявкнул Доктор. – Schnell! Лимузин тронулся с места. Эйс с ужасом в глазах посмотрела на Доктора. — Ты что творишь, Профессор? Откинувшись на спинку, Доктор сказал: — В авторитарных государствах люди обычно повинуются властному голосу. Это бывает полезно. — Ты ужасно рискуешь. — Посмотри на это иначе, Эйс. Никто, у кого нет на это права, не осмелится тут командовать шофёром служебного автомобиля. А раз мы только что это сделали, значит, у нас есть право так делать, потому что иначе мы бы так не сделали!

   — Nach Festival, bitte. Шофёр, раскрыв рот, повернулся к нему. — Nach Festival! – рявкнул Доктор. – Schnell! Лимузин тронулся с места. Эйс с ужасом в глазах посмотрела на Доктора. — Ты что творишь, Профессор? Откинувшись на спинку, Доктор сказал: — В авторитарных государствах люди обычно повинуются властному голосу. Это бывает полезно. — Ты ужасно рискуешь. — Посмотри на это иначе, Эйс. Никто, у кого нет на это права, не осмелится тут командовать шофёром служебного автомобиля. А раз мы только что это сделали, значит, у нас есть право так делать, потому что иначе мы бы так не сделали!

   — Терренс Дикс · книга
5. «

   — Что с ними происходит? Так будет, если Капитан на них полетит? — О нет, – всхлипнул Доктор. – Все это уже случилось. Это планеты, которые я не сумел спасти. Кимус смотрел, как миры один за другим поглощала тьма. Доктор, веселый герой, молчал рядом с ним. — Ох, – сказал Кимус. Его уверенность в Докторе дала трещину. — Я очень старался, – прошептал Доктор. – Я всегда стараюсь. Но у меня далеко не всегда получается.

   — Что с ними происходит? Так будет, если Капитан на них полетит? — О нет, – всхлипнул Доктор. – Все это уже случилось. Это планеты, которые я не сумел спасти. Кимус смотрел, как миры один за другим поглощала тьма. Доктор, веселый герой, молчал рядом с ним. — Ох, – сказал Кимус. Его уверенность в Докторе дала трещину. — Я очень старался, – прошептал Доктор. – Я всегда стараюсь. Но у меня далеко не всегда получается.

   — Дуглас Адамс · книга
6. «

   Когда я был твоего возраста, я любил читать сказки перед сном: «Три маленьких сантаранца», «Голый король далек», «Белоснежка и семь ключей от ада» — классику, в общем.

   Когда я был твоего возраста, я любил читать сказки перед сном: «Три маленьких сантаранца», «Голый король далек», «Белоснежка и семь ключей от ада» — классику, в общем.
7. «

   — Это ты, не так ли? Доктор... — Это он. — Надеюсь, ты хорош, как и говорила Сара Джейн. — Что ж. Вы же знаете, журналисты всегда преувеличивают. Но да, в хороший день я просто великолепен.

   — Это ты, не так ли? Доктор... — Это он. — Надеюсь, ты хорош, как и говорила Сара Джейн. — Что ж. Вы же знаете, журналисты всегда преувеличивают. Но да, в хороший день я просто великолепен.
8. «

   Историю столько раз изменяли, что уже не разберёшь, что там правда, а что нет. Да и кому это важно?

   Историю столько раз изменяли, что уже не разберёшь, что там правда, а что нет. Да и кому это важно?

   — Терренс Дикс · книга
9. «

   — Скажите мне, — заговорил Чайк, — А вы знаете, почему вам разрешают передвигаться на этой планете так беспрепятственно? Почему ваше вмешательство в наши дела терпят? Почему Земля согласна вести с вами дело так, как это происходит? — Ну, я не думал, что Земля вообще обо мне много знает. Чайк прищурился: — Обыватели не знают. Я же говорю о правительствах. Об ООН. О Правительстве Мировых Зон. О тех, кто последние триста лет прибирает за вами мусор. — Ах, о них... — Доктор нахмурился. — Простите, я забыл ваш вопрос. — Я скажу вам, почему Земля вас терпит, Доктор. Потому что она считает вас бессмертным. Эта ошибочная вера не даёт вам умереть. Это не даёт нашим снайперам разнести ваше гадкое изменчивое лицо в ту же секунду, как только вы выходите из вашей полицейской будки. Понятно? Земля считает вас бессмертным и боится последствий попытки доказать обратное. Вот почему ЦРУ не пристрелили вас в 1970-ом, и вот почему я сам не убил вас в Саскатуне.

   — Скажите мне, — заговорил Чайк, — А вы знаете, почему вам разрешают передвигаться на этой планете так беспрепятственно? Почему ваше вмешательство в наши дела терпят? Почему Земля согласна вести с вами дело так, как это происходит? — Ну, я не думал, что Земля вообще обо мне много знает. Чайк прищурился: — Обыватели не знают. Я же говорю о правительствах. Об ООН. О Правительстве Мировых Зон. О тех, кто последние триста лет прибирает за вами мусор. — Ах, о них... — Доктор нахмурился. — Простите, я забыл ваш вопрос. — Я скажу вам, почему Земля вас терпит, Доктор. Потому что она считает вас бессмертным. Эта ошибочная вера не даёт вам умереть. Это не даёт нашим снайперам разнести ваше гадкое изменчивое лицо в ту же секунду, как только вы выходите из вашей полицейской будки. Понятно? Земля считает вас бессмертным и боится последствий попытки доказать обратное. Вот почему ЦРУ не пристрелили вас в 1970-ом, и вот почему я сам не убил вас в Саскатуне.

   — Лоренс Майлс · книга
10. «

    — Похоже, вас бросили, дорогая? — Романд жестом предложил ей сесть напротив. — Быть может, я смогу вас развлечь. — Её гораздо лучше развлечёт хороший завтрак, — сказала миссис Ансуик. — Будете яйца с беконом, мисс Джонс?

    — Похоже, вас бросили, дорогая? — Романд жестом предложил ей сесть напротив. — Быть может, я смогу вас развлечь. — Её гораздо лучше развлечёт хороший завтрак, — сказала миссис Ансуик. — Будете яйца с беконом, мисс Джонс?

    — Стивен Коул · книга
11. «

    Кстати, о лыжах. В данный момент Доктор бешеным слаломом несся… правда, не вниз по горе, а, скорее, сквозь нее. Сами лыжи были поспешно вычеркнуты из списка «надо попробовать». И хотя логика убеждала его, что в безынерционном коридоре все просто не может не быть хорошо, инстинкты хором вопили, что пора сворачиваться в комок и выть в голос. Доктор уже сменил свое обычное хладнокровие на куда менее величественную манеру – он вполне лыжно пригнулся и закрыл лицо руками. Теперь настал его черед беспокоиться, тем более, что наука ничего утешительного предложить не могла: на такой скорости и при отсутствии очень большой и мягкой сетки на том конце коридора, из него получится довольно богемное, но все равно пюре. И пока стены смазанным потоком проносились назад, Доктор принес торжественную клятву: «Я никогда, никогда больше не буду жесток к электронам в ускорителе элементарных частиц!»

    Кстати, о лыжах. В данный момент Доктор бешеным слаломом несся… правда, не вниз по горе, а, скорее, сквозь нее. Сами лыжи были поспешно вычеркнуты из списка «надо попробовать». И хотя логика убеждала его, что в безынерционном коридоре все просто не может не быть хорошо, инстинкты хором вопили, что пора сворачиваться в комок и выть в голос. Доктор уже сменил свое обычное хладнокровие на куда менее величественную манеру – он вполне лыжно пригнулся и закрыл лицо руками. Теперь настал его черед беспокоиться, тем более, что наука ничего утешительного предложить не могла: на такой скорости и при отсутствии очень большой и мягкой сетки на том конце коридора, из него получится довольно богемное, но все равно пюре. И пока стены смазанным потоком проносились назад, Доктор принес торжественную клятву: «Я никогда, никогда больше не буду жесток к электронам в ускорителе элементарных частиц!»

    — Дуглас Адамс · книга
12. «

    – Ш-ш-ш! – Но я же молчу! – сказал Доктор. – А твои ноги – нет, – прошептала Зола. – Сойди с гравия и иди по земле. – Но тогда я испачкаю обувь, – сказал Доктор, глядя на нее, как на безумную. – Я не собираюсь тащить грязь в ТАРДИС. Кто потом будет мыть полы? Ты? – Да, если придется, – ответила Зола, закатив глаза. – Просто не ходи по гравию. Лучше испачкать ботинки, чем лежать в канаве с дыркой в груди.

    – Ш-ш-ш! – Но я же молчу! – сказал Доктор. – А твои ноги – нет, – прошептала Зола. – Сойди с гравия и иди по земле. – Но тогда я испачкаю обувь, – сказал Доктор, глядя на нее, как на безумную. – Я не собираюсь тащить грязь в ТАРДИС. Кто потом будет мыть полы? Ты? – Да, если придется, – ответила Зола, закатив глаза. – Просто не ходи по гравию. Лучше испачкать ботинки, чем лежать в канаве с дыркой в груди.

    — Джордж Манн · книга
13. «

    С точки зрения Доктора, К-9 выигрывал у Романы по всем фронтам: он безоговорочно выполнял приказы, появлялся сразу же, как позвали, и выключался одним нажатием кнопки.

    С точки зрения Доктора, К-9 выигрывал у Романы по всем фронтам: он безоговорочно выполнял приказы, появлялся сразу же, как позвали, и выключался одним нажатием кнопки.

    — Гарет Робертс · книга
14. «

    Уходя из дома Донны. Мама Донны, ругаясь на Вилфреда и Дока: Эй, вернись! Вилфред идёт за доком в ТАРДИС. Доктор: Эй, тебе со мной нельзя. Вилфред, смотря на мать Донны: Ты хочешь оставить меня с ней?! Доктор: Спараведливо — заходи.

    Уходя из дома Донны. Мама Донны, ругаясь на Вилфреда и Дока: Эй, вернись! Вилфред идёт за доком в ТАРДИС. Доктор: Эй, тебе со мной нельзя. Вилфред, смотря на мать Донны: Ты хочешь оставить меня с ней?! Доктор: Спараведливо — заходи.

    — Доктор · сериал
15. «

    — Времени немного. Дневная смена длится только несколько минут. Они скоро исчезнут. — Смена? С каких пор призрака ходят по сменами? Что тут происходит? — О, ему не нравится, что я знаю больше него?

    — Времени немного. Дневная смена длится только несколько минут. Они скоро исчезнут. — Смена? С каких пор призрака ходят по сменами? Что тут происходит? — О, ему не нравится, что я знаю больше него?

    — Доктор · сериал
16. «

    Заметьте мимоходом патологическую особенность, что люди большей частью выносят гораздо легче настоящие беды, чем фантастические, и это оттого, что настоящими бедами редко бывает задето самолюбие, а в самолюбии источник болезненных страданий.

    Заметьте мимоходом патологическую особенность, что люди большей частью выносят гораздо легче настоящие беды, чем фантастические, и это оттого, что настоящими бедами редко бывает задето самолюбие, а в самолюбии источник болезненных страданий.

    — Александр Герцен · книга
17. «

    — Ты проделал весь этот путь. Ради меня. — Ты очень важна.

    — Ты проделал весь этот путь. Ради меня. — Ты очень важна.

    — Доктор · сериал
18. «

    — Не существует приливов без Луны или башен без фундамента.

    — Не существует приливов без Луны или башен без фундамента.

    — Марк Платт · книга
19. «

    Даже самые грязные действия могут сотворить нечто прекрасное.

    Даже самые грязные действия могут сотворить нечто прекрасное.

    — Гэри Рассел · книга
20. «

    — Почему ты зовешь меня Понд? — спросила она, перебравшись через особенно крутой курган из дробленой стали и пластика. — А что? Тебе не нравится? — Ну… Это просто… Понд. Пруд, — сказала Эми, — Чем тебе не нравится Эми? — А чем тебе не нравилась Амелия? — Много чем. А насчет того, что ты зовешь меня Понд… Это звучит как-то… — Понд отличная фамилия. И я люблю пруды! В прудах живут утки. Ну… в некоторых. Утки классные. А насчет имени… Множество великих людей имели фамилию Понд. Джон Понд, к примеру. Королевский астроном. Отличный парень. Правда, немного пошлый. Как-то он рассказал мне ту шутку про…

    — Почему ты зовешь меня Понд? — спросила она, перебравшись через особенно крутой курган из дробленой стали и пластика. — А что? Тебе не нравится? — Ну… Это просто… Понд. Пруд, — сказала Эми, — Чем тебе не нравится Эми? — А чем тебе не нравилась Амелия? — Много чем. А насчет того, что ты зовешь меня Понд… Это звучит как-то… — Понд отличная фамилия. И я люблю пруды! В прудах живут утки. Ну… в некоторых. Утки классные. А насчет имени… Множество великих людей имели фамилию Понд. Джон Понд, к примеру. Королевский астроном. Отличный парень. Правда, немного пошлый. Как-то он рассказал мне ту шутку про…

    — Дэвид Ллевеллин · книга