Подборка персонажа: 625 цитат — «Доктор»

Собрали 625 цитат персонажа «Доктор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Мне это не нравится, – проворчал Энкиду. Подавляя в себе желание закричать, Доктор постарался сказать спокойно: — Я, конечно, ценю реализм, но ты разве не слышал о преимуществах позитивного мышления?

   — Мне это не нравится, – проворчал Энкиду. Подавляя в себе желание закричать, Доктор постарался сказать спокойно: — Я, конечно, ценю реализм, но ты разве не слышал о преимуществах позитивного мышления?

   — Джон Пил · книга
2. «

   — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

   — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

   — Гарет Робертс · книга
3. «

   Молодец, Доктор. Это было весело? Узнать об утраченном прошлом? Ты могла забыть, но мы не забыли. Мы привели тебя сюда, зная, что ты сделаешь. И это только начало.

   Молодец, Доктор. Это было весело? Узнать об утраченном прошлом? Ты могла забыть, но мы не забыли. Мы привели тебя сюда, зная, что ты сделаешь. И это только начало.

   — Доктор · сериал
4. «

   Доктор замолчал. Понятно, что Романа пытается помочь. Понемногу привыкаешь даже к спутникам, у которых ответов больше, чем у тебя. — Романа, это я рассказываю историю или ты? — Конечно, ты, Доктор, – мило улыбнулась Романа. – Я только помогаю. — Не могла бы ты помочь мне, мысленно построив таблицу умножения от семисот девяноста восьми? Романа отнеслась к его просьбе со всей серьезностью. — Хорошо, – сказала она, сдвинула брови и как следует сосредоточилась. Нейтрализовав Роману и получив в свое распоряжение несколько минут, Доктор вернулся к разъяснениям. — Так вот, ваша планета… — Закончила! – объявила Романа. — О, просто превосходно. – Доктор сделал вид, что его это совсем не впечатлило. – Тогда просто цыц.

   Доктор замолчал. Понятно, что Романа пытается помочь. Понемногу привыкаешь даже к спутникам, у которых ответов больше, чем у тебя. — Романа, это я рассказываю историю или ты? — Конечно, ты, Доктор, – мило улыбнулась Романа. – Я только помогаю. — Не могла бы ты помочь мне, мысленно построив таблицу умножения от семисот девяноста восьми? Романа отнеслась к его просьбе со всей серьезностью. — Хорошо, – сказала она, сдвинула брови и как следует сосредоточилась. Нейтрализовав Роману и получив в свое распоряжение несколько минут, Доктор вернулся к разъяснениям. — Так вот, ваша планета… — Закончила! – объявила Романа. — О, просто превосходно. – Доктор сделал вид, что его это совсем не впечатлило. – Тогда просто цыц.

   — Дуглас Адамс · книга
5. «

   Астронавтика — это чистый, ничем не запятнанный плод людского любопытства.

   Астронавтика — это чистый, ничем не запятнанный плод людского любопытства.

   — Станислав Лем · книга
6. «

   До сих самых пор Романа наблюдала за воссоединением семьи с чисто познавательным интересом. У галлифрейцев семей как таковых не было. В их привычки не входило объединяться в маленькие группы и орать друг на друга. Больше всего на родителя походил ее учитель – маленький, невероятно старый человечек, уже давно пропустивший плановую регенерацию (если вас интересует мнение Романы). Учителя она обожала, хотя и находила интеллектуально ограниченным. Он так жестко держался правил, что ей временами даже хотелось нарушить пару-тройку – просто чтобы посмотреть, как старый миляга будет реагировать. Контраст с этой командой был просто поразительный. Вот, значит, что такое семья. Несколько любителей побраниться, у которых очень мало общего и которые постоянно надоедают друг другу. Забавно, как они определяют себя по отношению к внешним авторитетным фигурам. Старик с наслаждением подчиняется статус-кво. Дети специально приходят домой, чтобы похвастаться своим непокорством. Видимо, привязанность они демонстрировали, когда приходили к согласию. Доктор вел себя совершенно не так. В этой системе координат он был сущим ребенком, не подчинявшимся никаким авторитетным фигурам. Значило ли это, что в таком случае она выступает в качестве его родительницы? Романа понадеялась, что нет. Бедняга Балатон из-за своей несгибаемости превратился почти в слабоумного. Скорее всего, Романа на него пока не похожа. Тогда возникает следующий вопрос: кто на борту ТАРДИС выступает за взрослого? Она еще немного об этом подумала. Ах, ну да. К-9, конечно. Он отлично подходит. И ему это даже нравится.

   До сих самых пор Романа наблюдала за воссоединением семьи с чисто познавательным интересом. У галлифрейцев семей как таковых не было. В их привычки не входило объединяться в маленькие группы и орать друг на друга. Больше всего на родителя походил ее учитель – маленький, невероятно старый человечек, уже давно пропустивший плановую регенерацию (если вас интересует мнение Романы). Учителя она обожала, хотя и находила интеллектуально ограниченным. Он так жестко держался правил, что ей временами даже хотелось нарушить пару-тройку – просто чтобы посмотреть, как старый миляга будет реагировать. Контраст с этой командой был просто поразительный. Вот, значит, что такое семья. Несколько любителей побраниться, у которых очень мало общего и которые постоянно надоедают друг другу. Забавно, как они определяют себя по отношению к внешним авторитетным фигурам. Старик с наслаждением подчиняется статус-кво. Дети специально приходят домой, чтобы похвастаться своим непокорством. Видимо, привязанность они демонстрировали, когда приходили к согласию. Доктор вел себя совершенно не так. В этой системе координат он был сущим ребенком, не подчинявшимся никаким авторитетным фигурам. Значило ли это, что в таком случае она выступает в качестве его родительницы? Романа понадеялась, что нет. Бедняга Балатон из-за своей несгибаемости превратился почти в слабоумного. Скорее всего, Романа на него пока не похожа. Тогда возникает следующий вопрос: кто на борту ТАРДИС выступает за взрослого? Она еще немного об этом подумала. Ах, ну да. К-9, конечно. Он отлично подходит. И ему это даже нравится.

   — Дуглас Адамс · книга
7. «

   Я чувствую себя рыбаком, который сплёл сеть, а затем обнаружил, что все узлы в ней развязаны.

   Я чувствую себя рыбаком, который сплёл сеть, а затем обнаружил, что все узлы в ней развязаны.

   — Пол Корнелл · книга
8. «

   — У тебя, должно быть, прежде были на борту Тардис домашние животные, да? – с надеждой спросила она. Доктор на мгновение задумался: — Ты никогда не встречала Микки, не так ли? – а потом улыбнулся и покачал головой.

   — У тебя, должно быть, прежде были на борту Тардис домашние животные, да? – с надеждой спросила она. Доктор на мгновение задумался: — Ты никогда не встречала Микки, не так ли? – а потом улыбнулся и покачал головой.

   — Жаклин Райнер · книга
9. «

   — Пуля ударила по касательной, что само по себе — хорошо, но всё-таки проломила лобную кость... — Что само по себе — плохо. Да?

   — Пуля ударила по касательной, что само по себе — хорошо, но всё-таки проломила лобную кость... — Что само по себе — плохо. Да?

   — Доктор · сериал
10. «

    Раз однажды ты спас все живое, что же сподвигло тебя снова все уничтожить?

    Раз однажды ты спас все живое, что же сподвигло тебя снова все уничтожить?

    — Дуглас Адамс · книга
11. «

    — Это не мой временной поток. И почему там были Дэн, Яз и тот парень? — Вы подвергли себя риску, Доктор. Время играет с вами в игры. — Ты прекрасно понимаешь, чего я пытаюсь добиться, бросившись сюда. — Давление временного шторма слишком сильно даже для вас. — Я справлюсь. Я не позволю им погибнуть. Я поглощу его Помогите мне. И я помогу вам.

    — Это не мой временной поток. И почему там были Дэн, Яз и тот парень? — Вы подвергли себя риску, Доктор. Время играет с вами в игры. — Ты прекрасно понимаешь, чего я пытаюсь добиться, бросившись сюда. — Давление временного шторма слишком сильно даже для вас. — Я справлюсь. Я не позволю им погибнуть. Я поглощу его Помогите мне. И я помогу вам.
12. «

    — Вы боитесь сражаться? — Я боюсь проиграть, – Доктор убрал с себя руку Реппла. – Это не люди. Не плоть и кровь, которую можно остановить пулей или грубой силой. Не люди, как вы и... – он запнулся, – как вы. Как только они окажутся внутри, они убьют вас всех, чтобы заполучить меня. Не вас – меня. Понимаете?

    — Вы боитесь сражаться? — Я боюсь проиграть, – Доктор убрал с себя руку Реппла. – Это не люди. Не плоть и кровь, которую можно остановить пулей или грубой силой. Не люди, как вы и... – он запнулся, – как вы. Как только они окажутся внутри, они убьют вас всех, чтобы заполучить меня. Не вас – меня. Понимаете?

    — Джастин Ричардс · книга
13. «

    — Факты остаются фактами, – сказал Мезант. — А высокомерная, упрямая чушь остаётся высокомерной упрямой чушью.

    — Факты остаются фактами, – сказал Мезант. — А высокомерная, упрямая чушь остаётся высокомерной упрямой чушью.

    — Марк Михаловски · книга
14. «

    — Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.

    — Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.

    — Гэри Рассел · книга
15. «

    — Привет, — весело поздоровался Повелитель времени. — Вижу, вы встретили моего приятеля Рори. Простите за вторжение, я не видел никаких знаков, а Рори, я вообще не уверен, что он умеет читать, — Доктор постучал по голове. — Думаю, его в детстве часто роняли. — Эй! — простонал парень. — Знаешь, а я все слышу! Повелитель времени покачал головой. — Я пытался казаться очаровательным, даже обезоруживающим. Воспользоваться простотой этих милых людей. И дать им вескую причину не выносить тебе мозги. — Ой, прости.

    — Привет, — весело поздоровался Повелитель времени. — Вижу, вы встретили моего приятеля Рори. Простите за вторжение, я не видел никаких знаков, а Рори, я вообще не уверен, что он умеет читать, — Доктор постучал по голове. — Думаю, его в детстве часто роняли. — Эй! — простонал парень. — Знаешь, а я все слышу! Повелитель времени покачал головой. — Я пытался казаться очаровательным, даже обезоруживающим. Воспользоваться простотой этих милых людей. И дать им вескую причину не выносить тебе мозги. — Ой, прости.

    — Гэри Рассел · книга
16. «

    Она же мама, Донна. Это их работа — находить вину в каждом в своей семье. Это в пособии прописано.

    Она же мама, Донна. Это их работа — находить вину в каждом в своей семье. Это в пособии прописано.

    — Гэри Рассел · книга
17. «

    ― Но что из себя представляют эти Покровы? ― Они инопланетяне, ― сказал Доктор как ни в чём не бывало. Мэй откинулась к стене. ― Теперь я понимаю, что сошла с ума, ― сказала она. ― Я только что смогла совладать с тем, что моя умершая бабушка вылезает из моей руки, но сейчас вы говорите о маленьких зелёных человечках с Марса? ― Я весьма уверен, что они не с Марса, ― сказал Доктор. ― И они не зелёные, насколько я могу сказать. Хотя инопланетяне, которые действительно с Марса, и впрямь зелёные, что интересно. Но они не маленькие. Они часто ш-ш-ш-ш-шипят, когда говорят.

    ― Но что из себя представляют эти Покровы? ― Они инопланетяне, ― сказал Доктор как ни в чём не бывало. Мэй откинулась к стене. ― Теперь я понимаю, что сошла с ума, ― сказала она. ― Я только что смогла совладать с тем, что моя умершая бабушка вылезает из моей руки, но сейчас вы говорите о маленьких зелёных человечках с Марса? ― Я весьма уверен, что они не с Марса, ― сказал Доктор. ― И они не зелёные, насколько я могу сказать. Хотя инопланетяне, которые действительно с Марса, и впрямь зелёные, что интересно. Но они не маленькие. Они часто ш-ш-ш-ш-шипят, когда говорят.

    — Томми Донбаванд · книга
18. «

    – Назови мне хоть одну причину, почему мне не стоит убивать тебя прямо сейчас? – спросила она, вскидывая ружье. – Потому что я спас твою жизнь, – отозвался Повелитель времени. – А еще потому, что ты ничуть не похожа на убийцу и батарея твоего излучателя полностью разряжена. – Он вернулся к пульту и защелкал тумблерами.

    – Назови мне хоть одну причину, почему мне не стоит убивать тебя прямо сейчас? – спросила она, вскидывая ружье. – Потому что я спас твою жизнь, – отозвался Повелитель времени. – А еще потому, что ты ничуть не похожа на убийцу и батарея твоего излучателя полностью разряжена. – Он вернулся к пульту и защелкал тумблерами.

    — Джордж Манн · книга
19. «

    — Было время, когда я был готов на всё ради тебя. Но ты бросила меня. — Но у меня нет этих воспоминаний. — Я бежал от тебя в другую часть Вселенной. Но ты возвращаешься, как ни в чём не бывало.

    — Было время, когда я был готов на всё ради тебя. Но ты бросила меня. — Но у меня нет этих воспоминаний. — Я бежал от тебя в другую часть Вселенной. Но ты возвращаешься, как ни в чём не бывало.

    — Доктор · сериал
20. «

    Романе следовало гордиться собой. Она пробыла на Галлифрее меньше четверти часа, а уже звучали сигналы тревоги, шли разговоры о вторжении, а Боруса ударился в панику. Такой рекорд даже Доктору трудно будет побить.

    Романе следовало гордиться собой. Она пробыла на Галлифрее меньше четверти часа, а уже звучали сигналы тревоги, шли разговоры о вторжении, а Боруса ударился в панику. Такой рекорд даже Доктору трудно будет побить.

    — Дуглас Адамс · книга