36 цитат персонажа «Эраст Петрович Фандорин», ставших крылатыми

Собрали 36 цитат персонажа «Эраст Петрович Фандорин» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   – Дедукция доказывает обратное. – Кто-кто? – обрадовался Сенька. – Я Дедукции вашей в глаза не видывал. Врёт она всё, стерва!

   – Дедукция доказывает обратное. – Кто-кто? – обрадовался Сенька. – Я Дедукции вашей в глаза не видывал. Врёт она всё, стерва!

   — Борис Акунин · книга
2. «

   Очень богатые люди похожи на больных, страдающих каким-то малопристойным недугом. Им неловко перед окружающими, а окружающим неловко с ними...

   Очень богатые люди похожи на больных, страдающих каким-то малопристойным недугом. Им неловко перед окружающими, а окружающим неловко с ними...

   — Борис Акунин · книга
3. «

   Благородный муж помнит: достоинство не в том, что с тобой происходит, а в том, как ты себя ведешь.

   Благородный муж помнит: достоинство не в том, что с тобой происходит, а в том, как ты себя ведешь.

   — Борис Акунин · книга
4. «

   Нет ничего глупее и пошлее, чем переносить личные особенности одного человека или даже группы людей на целую нацию. Если такое обобщение даже имеет под собой основание, нельзя им слишком увлекаться — помни, что и у твоей собственной нации наверняка есть недостатки, бросающиеся в глаза другим народам.

   Нет ничего глупее и пошлее, чем переносить личные особенности одного человека или даже группы людей на целую нацию. Если такое обобщение даже имеет под собой основание, нельзя им слишком увлекаться — помни, что и у твоей собственной нации наверняка есть недостатки, бросающиеся в глаза другим народам.

   — Борис Акунин · книга
5. «

   И в мести ничего скверного нет, если это не мания и не патология, а справедливое возмездие. <...> «А потом, кто знает: может я и есть орудие Божьего воздаяния, коли уж ничего не происходит без Его воли?»

   И в мести ничего скверного нет, если это не мания и не патология, а справедливое возмездие. <...> «А потом, кто знает: может я и есть орудие Божьего воздаяния, коли уж ничего не происходит без Его воли?»

   — Борис Акунин · книга
6. «

   Воля, ум и знание способны преодолеть любую преграду.

   Воля, ум и знание способны преодолеть любую преграду.

   — Борис Акунин · книга
7. «

   — Никогда не делайте этой ошибки. Не принижайте своих врагов, не обзывайте их оскорбительными словами, не изображайте их ничтожными. Тем самым вы принижаете себя. Что вы собою п-представляете сами, если имеете столь презренного противника?

   — Никогда не делайте этой ошибки. Не принижайте своих врагов, не обзывайте их оскорбительными словами, не изображайте их ничтожными. Тем самым вы принижаете себя. Что вы собою п-представляете сами, если имеете столь презренного противника?

   — Борис Акунин · книга
8. «

   Главное — не теряйте присутствия духа и ничего не бойтесь.

   Главное — не теряйте присутствия духа и ничего не бойтесь.

   — Борис Акунин · книга
9. «

   Человек сам выбирает, какой смысл следует придать тому или иному явлению.

   Человек сам выбирает, какой смысл следует придать тому или иному явлению.

   — Борис Акунин · книга
10. «

    Жизнь человека — единое и цельное произведение, судить о котором можно лишь тогда, когда дочитана последняя страница. При этом произведение может быть длинным, как тетралогия, или коротким, как новелла. Однако кто возьмется утверждать, что толстый и пошлый роман непременно ценнее короткого, прекрасного стихотворения?

    Жизнь человека — единое и цельное произведение, судить о котором можно лишь тогда, когда дочитана последняя страница. При этом произведение может быть длинным, как тетралогия, или коротким, как новелла. Однако кто возьмется утверждать, что толстый и пошлый роман непременно ценнее короткого, прекрасного стихотворения?

    — Борис Акунин · книга
11. «

    Человек никогда не должен говорить о себе: «Я — дерьмо». Если ты оказался никчемен или совершил что-то гадкое, говори: «Я в дерьме». Потому что, если ты угодил в дерьмо даже по собственной вине, еще можно выкарабкаться и отчиститься. Но если ты признал себя дерьмом, ты соглашаешься на вечное существование в выгребной яме.

    Человек никогда не должен говорить о себе: «Я — дерьмо». Если ты оказался никчемен или совершил что-то гадкое, говори: «Я в дерьме». Потому что, если ты угодил в дерьмо даже по собственной вине, еще можно выкарабкаться и отчиститься. Но если ты признал себя дерьмом, ты соглашаешься на вечное существование в выгребной яме.

    — Борис Акунин · книга
12. «

    У него не было уверенности, что он правильно расслышал. От этого так много зависело! Но не переспрашивать же?

    У него не было уверенности, что он правильно расслышал. От этого так много зависело! Но не переспрашивать же?

    — Борис Акунин · книга
13. «

    Фандорин давно установил, что умственной работе более всего благоприятствуют два состояния: либо полный покой, либо крайний хаос. Открытие это принадлежало Конфуцию, который еще два с половиной тысячелетия назад изрек: «Среди стоящих беги, среди бегущих — остановись».

    Фандорин давно установил, что умственной работе более всего благоприятствуют два состояния: либо полный покой, либо крайний хаос. Открытие это принадлежало Конфуцию, который еще два с половиной тысячелетия назад изрек: «Среди стоящих беги, среди бегущих — остановись».

    — Борис Акунин · книга
14. «

    Мужчина даже самой мирной профессии, раз взяв в руки оружие, уже никогда не забудет этого ощущуения. И будет стремиться испытывать его вновь.

    Мужчина даже самой мирной профессии, раз взяв в руки оружие, уже никогда не забудет этого ощущуения. И будет стремиться испытывать его вновь.

    — Борис Акунин · книга
15. «

    Насколько легче жилось бы на свете, если бы всякий человек относился к себе с уважением.

    Насколько легче жилось бы на свете, если бы всякий человек относился к себе с уважением.

    — Борис Акунин · книга
16. «

    — Честь отчизны, мой дорогой Асагава, блюдет не тот, кто покрывает ее преступления, а тот, кто не боится ее от них очистить. После этой сентенции возникла пауза. Слушатели задумались, прав ли доктор, и, судя по тому, что инспектор поморщился, сержант кивнул, а вице-консул вздохнул, пришли к неодинаковым выводам.

    — Честь отчизны, мой дорогой Асагава, блюдет не тот, кто покрывает ее преступления, а тот, кто не боится ее от них очистить. После этой сентенции возникла пауза. Слушатели задумались, прав ли доктор, и, судя по тому, что инспектор поморщился, сержант кивнул, а вице-консул вздохнул, пришли к неодинаковым выводам.

    — Борис Акунин · книга
17. «

    Благородному мужу только кажется, что у него есть выбор. На самом деле выбора никогда нет.

    Благородному мужу только кажется, что у него есть выбор. На самом деле выбора никогда нет.

    — Борис Акунин · книга
18. «

    Слово благородного мужа не воробей. Предложил руку и сердце — обратно не отберешь. Над сердцем, положим, человек не властен, но над своей рукой — безусловно.

    Слово благородного мужа не воробей. Предложил руку и сердце — обратно не отберешь. Над сердцем, положим, человек не властен, но над своей рукой — безусловно.

    — Борис Акунин · книга
19. «

    — Я пришел сказать, что тоже думал о тебе эти два дня, — сказал Фандорин. В дурацком английском языке нет интимного местоимения второго лица, все you да you, но он решил, что с этого мгновения они переходят на «ты».

    — Я пришел сказать, что тоже думал о тебе эти два дня, — сказал Фандорин. В дурацком английском языке нет интимного местоимения второго лица, все you да you, но он решил, что с этого мгновения они переходят на «ты».

    — Борис Акунин · книга
20. «

    В хорошей угрозе, как в песне, важную роль играет рефрен.

    В хорошей угрозе, как в песне, важную роль играет рефрен.

    — Борис Акунин · книга