38 фраз персонажа «Эрик», которые запомнились

Собрали 38 цитат персонажа «Эрик» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — У меня срач, извиняй. — Что такое срач? — Это такое дизайнерское решение, когда красиво то, что удобно.

   — У меня срач, извиняй. — Что такое срач? — Это такое дизайнерское решение, когда красиво то, что удобно.

   — Лана Барсукова · книга
2. «

   Понятно, что среди современных фильмов много дерьма, у меня телевизор работает от рассвета до заката и там никогда не показывают ничего, что мог бы смотреть нормальный человек.

   Понятно, что среди современных фильмов много дерьма, у меня телевизор работает от рассвета до заката и там никогда не показывают ничего, что мог бы смотреть нормальный человек.

   — Майкл Корита · книга
3. «

   Чтобы стать добрым, мне не хватало лишь, чтобы кто-то полюбил меня.

   Чтобы стать добрым, мне не хватало лишь, чтобы кто-то полюбил меня.

   — Гастон Леру · книга
4. «

   — Единственное, что я вижу, — это темнота, — пожаловался Эрик. — Не-а, ее ты тоже не видишь.

   — Единственное, что я вижу, — это темнота, — пожаловался Эрик. — Не-а, ее ты тоже не видишь.

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   Мы будем петь для самих себя, одни, мы будем петь, пока не умрем от удовольствия…

   Мы будем петь для самих себя, одни, мы будем петь, пока не умрем от удовольствия…

   — Гастон Леру · книга
6. «

   — Возможно, ты и прав, отец, я как-то не задумывался над этим… — А ты задумайся! Ведь для чего живём мы и живёт всё живое? Для того, чтобы дать росток новой жизни в её бесконечном обновлении. Женщина – это то поле, которое растит и пестует этот росток жизни. Она – хранительница жизни и её конечный смысл! — А разум? Ведь смысл развития – это развитие разума, приводящего человека к господству над природой! — Разум мёртв, если не служит жизни! Только единство разума с красотою вечного обновления жизни – достойная цель развития. И не господство над природой, а взаимопонимание разума и природы – его величайшая цель. Разум, если он разум, не может быть враждебен природе, ибо он только часть её, а часть не может отрицать целое и саму себя. Потеряв это единение, разум будет вечно метаться в океане времени и поисках счастья, но не найдёт его в своём бесконечном, бесподобном беге. Он, словно лишенное солнца растение, вытянется и приобретёт уродливую форму, являя собой воплощение боли и ужаса смерти.

   — Возможно, ты и прав, отец, я как-то не задумывался над этим… — А ты задумайся! Ведь для чего живём мы и живёт всё живое? Для того, чтобы дать росток новой жизни в её бесконечном обновлении. Женщина – это то поле, которое растит и пестует этот росток жизни. Она – хранительница жизни и её конечный смысл! — А разум? Ведь смысл развития – это развитие разума, приводящего человека к господству над природой! — Разум мёртв, если не служит жизни! Только единство разума с красотою вечного обновления жизни – достойная цель развития. И не господство над природой, а взаимопонимание разума и природы – его величайшая цель. Разум, если он разум, не может быть враждебен природе, ибо он только часть её, а часть не может отрицать целое и саму себя. Потеряв это единение, разум будет вечно метаться в океане времени и поисках счастья, но не найдёт его в своём бесконечном, бесподобном беге. Он, словно лишенное солнца растение, вытянется и приобретёт уродливую форму, являя собой воплощение боли и ужаса смерти.

   — Владимир Кузьменко · книга
7. «

   Ролло, стой там, трус! Для нас смерть легка, но не для тебя! Предатель! Ты предал свой род, но за нас отомстят. Рагнар идет! Рагнар отомстит за нас!

   Ролло, стой там, трус! Для нас смерть легка, но не для тебя! Предатель! Ты предал свой род, но за нас отомстят. Рагнар идет! Рагнар отомстит за нас!
8. «

   — Разве мы не заслуживаем шанса? — Все это неважно. Ты снова уйдешь. Мы не видим правду, потому что мы слабые и на что-то надеемся. Но для любви надежды нет, она заканчивается предательством. Так было всегда. — Знаешь, я тебе не верю.

   — Разве мы не заслуживаем шанса? — Все это неважно. Ты снова уйдешь. Мы не видим правду, потому что мы слабые и на что-то надеемся. Но для любви надежды нет, она заканчивается предательством. Так было всегда. — Знаешь, я тебе не верю.

   — Эрик · фильм
9. «

   Выбросьте все лишнее из головы. И доверьтесь своему внутреннему голосу. Слушайтесь своего сердца.

   Выбросьте все лишнее из головы. И доверьтесь своему внутреннему голосу. Слушайтесь своего сердца.

   — Кира Касс · книга
10. «

    — Здравствуй, Эрик. Ты где? — Здесь! А ты где? — Здесь. — Если мы оба здесь, на черта тогда телефон?

    — Здравствуй, Эрик. Ты где? — Здесь! А ты где? — Здесь. — Если мы оба здесь, на черта тогда телефон?

    — Иэн Бэнкс · книга
11. «

    Неважно, сколько человеку лет и что ему довелось повидать, если он все так же способен удивляться миру, как ребенок, восторженно открывая рот, он живой.

    Неважно, сколько человеку лет и что ему довелось повидать, если он все так же способен удивляться миру, как ребенок, восторженно открывая рот, он живой.

    — Эльга Мира · книга
12. «

    Придержи язык. Мы готовим солдат, а не мятежников.

    Придержи язык. Мы готовим солдат, а не мятежников.

    — Дивергент (Divergent) · фильм
13. «

    Свободным быть так просто. Даже в ошейнике. Рабом каждый делает себя сам. Своей трусостью. Слабостью. Смирением.

    Свободным быть так просто. Даже в ошейнике. Рабом каждый делает себя сам. Своей трусостью. Слабостью. Смирением.

    — Карина Пьянкова · книга
14. «

    Для чувств не требуется объяснений. Только действия, только поступки.

    Для чувств не требуется объяснений. Только действия, только поступки.

    — Эльга Мира · книга
15. «

    Трудно понравится другим, если не нравишься себе.

    Трудно понравится другим, если не нравишься себе.
16. «

    Мы должны привыкать ко всему в жизни, даже к вечности.

    Мы должны привыкать ко всему в жизни, даже к вечности.

    — Гастон Леру · книга
17. «

    — Она не промахивается... — Ты что, рехнулся? Она предала нас! — Эрик, она не Купидон! Сомневаюсь, что стрела в груди — выражение ее любви!

    — Она не промахивается... — Ты что, рехнулся? Она предала нас! — Эрик, она не Купидон! Сомневаюсь, что стрела в груди — выражение ее любви!

    — Эрик · фильм
18. «

    — Забудь. — Не могу. Пока смерть не разлучит нас. — Забудь обо мне! Все в прошлом! — Сара, прекрати. — Твоя возлюбленная мертва, той, что ты любил — уже нет. Я давно другая. — Мы не виноваты в наших грехах. И не хотели такой жизни. — Эрик, я делала ужасные вещи, которым нет оправдания. — Знаю. Я тоже. Возможно, мы с тобой его и не заслуживаем. Не нам решать. Но мы заслуживаем друг друга.

    — Забудь. — Не могу. Пока смерть не разлучит нас. — Забудь обо мне! Все в прошлом! — Сара, прекрати. — Твоя возлюбленная мертва, той, что ты любил — уже нет. Я давно другая. — Мы не виноваты в наших грехах. И не хотели такой жизни. — Эрик, я делала ужасные вещи, которым нет оправдания. — Знаю. Я тоже. Возможно, мы с тобой его и не заслуживаем. Не нам решать. Но мы заслуживаем друг друга.

    — Сара (Sarah) · фильм
19. «

    Я поинтересовалась, почему, если он любит меня, он не нашел другого способа сообщить мне это, кроме как забрав в подземелье и заключив в тюрьму. — «Очень трудно заставить любить себя в могиле», — сказала я. «Что ж, каждый устраивает свои свидания как может»— ответил он странным тоном.

    Я поинтересовалась, почему, если он любит меня, он не нашел другого способа сообщить мне это, кроме как забрав в подземелье и заключив в тюрьму. — «Очень трудно заставить любить себя в могиле», — сказала я. «Что ж, каждый устраивает свои свидания как может»— ответил он странным тоном.

    — Гастон Леру · книга
20. «

    — Почему ты отворачиваешься, Фрейя? Сначала ты обманывала нас, а теперь лжешь себе. — Замолчи. — Ты ведь могла нас убить, но предпочла разбить наши сердца.

    — Почему ты отворачиваешься, Фрейя? Сначала ты обманывала нас, а теперь лжешь себе. — Замолчи. — Ты ведь могла нас убить, но предпочла разбить наши сердца.

    — Эрик · фильм