418 цитат персонажа «Хатиман Хикигая» со смыслом

418 цитат персонажа «Хатиман Хикигая» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... На­до пе­ревес­ти раз­го­вор на ка­кую-ни­будь ней­траль­ную те­му. Пусть да­же это бу­дет выг­ля­деть как бегс­тво от ре­аль­нос­ти. Уж я-то знаю, что ты­кать этой ре­аль­ностью че­лове­ку в ли­цо — не луч­ший ва­ри­ант.

   ... На­до пе­ревес­ти раз­го­вор на ка­кую-ни­будь ней­траль­ную те­му. Пусть да­же это бу­дет выг­ля­деть как бегс­тво от ре­аль­нос­ти. Уж я-то знаю, что ты­кать этой ре­аль­ностью че­лове­ку в ли­цо — не луч­ший ва­ри­ант.

   — Ватари Ватару · книга
2. «

   Для тех, кто находится в расцвете юности, даже неудачи могут превратиться в прекрасные воспоминания. Даже ссоры, раздоры и неприятности станут лишь ещё одним моментом их юности. Мир меняется, если смотреть на него сквозь их юношеские розовые очки.

   Для тех, кто находится в расцвете юности, даже неудачи могут превратиться в прекрасные воспоминания. Даже ссоры, раздоры и неприятности станут лишь ещё одним моментом их юности. Мир меняется, если смотреть на него сквозь их юношеские розовые очки.

   — Ватари Ватару · книга
3. «

   — Братик, смотри! Пингвины! Сколько здесь пингвинов гуляет! Восхитительно! — Да, кстати. Я слышал, что слово «пингвин» происходит от латинского «толстый». Если подумать, они и впрямь смахивают на толстого служащего, вразвалку прогуливающегося возле офиса. — Вау. Почему-то вдруг они уже не кажутся милыми… Ну спасибо за мелкое замечание, братик. Теперь я каждый раз буду вспоминать слово «толстый», глядя на пингвинов… — А что я, обижайся на того, кто назвал пингвинов пингвинами.

   — Братик, смотри! Пингвины! Сколько здесь пингвинов гуляет! Восхитительно! — Да, кстати. Я слышал, что слово «пингвин» происходит от латинского «толстый». Если подумать, они и впрямь смахивают на толстого служащего, вразвалку прогуливающегося возле офиса. — Вау. Почему-то вдруг они уже не кажутся милыми… Ну спасибо за мелкое замечание, братик. Теперь я каждый раз буду вспоминать слово «толстый», глядя на пингвинов… — А что я, обижайся на того, кто назвал пингвинов пингвинами.

   — Ватари Ватару · книга
4. «

   Те, кто думают, что в очках выглядят умнее, особым умом не отличаются.

   Те, кто думают, что в очках выглядят умнее, особым умом не отличаются.
5. «

   «Мы не машины», — кричат рабочие, протестуя против строгого контроля или тяжёлого труда, и это так и есть. Мы не машины. И потому порой люди теребят механизмы, не понимая, как с ними обращаться.

   «Мы не машины», — кричат рабочие, протестуя против строгого контроля или тяжёлого труда, и это так и есть. Мы не машины. И потому порой люди теребят механизмы, не понимая, как с ними обращаться.

   — Ватари Ватару · книга
6. «

   Для животных естественно образовывать группы, хищникам присуща жестокая иерархия. Тот, кому не удалось стать вожаком, обречён страдать до самой смерти. Травоядные же постоянно вынуждены сталкиваться с дилеммой: погибнуть самому или пожертвовать товарищем. В нашем мире образование групп не даёт никакого преимущества отдельно взятому индивидууму, потому я и выбрал для себя модель поведения медведей. Медведь — самодостаточное животное, живущее в одиночестве без всяких тревог, к тому же зимой впадает в спячку. Чего ещё можно желать? В следующей жизни я непременно хочу стать медведем.

   Для животных естественно образовывать группы, хищникам присуща жестокая иерархия. Тот, кому не удалось стать вожаком, обречён страдать до самой смерти. Травоядные же постоянно вынуждены сталкиваться с дилеммой: погибнуть самому или пожертвовать товарищем. В нашем мире образование групп не даёт никакого преимущества отдельно взятому индивидууму, потому я и выбрал для себя модель поведения медведей. Медведь — самодостаточное животное, живущее в одиночестве без всяких тревог, к тому же зимой впадает в спячку. Чего ещё можно желать? В следующей жизни я непременно хочу стать медведем.
7. «

   Всё, чего я хотел — это доказать. Доказать, что одиночки не нуждаются в жалости, что они не хуже всех прочих.

   Всё, чего я хотел — это доказать. Доказать, что одиночки не нуждаются в жалости, что они не хуже всех прочих.

   — Ватари Ватару · книга
8. «

   — Вынуждена отказаться. Мне кажется, для меня не безопасно соревноваться с таким. — Это стереотип! Во втором классе старшей школы парни уже не только о пошлостях думают.[про себя] «А и о мире во всем... мире? Вообще, я не думал, о чем ещё».

   — Вынуждена отказаться. Мне кажется, для меня не безопасно соревноваться с таким. — Это стереотип! Во втором классе старшей школы парни уже не только о пошлостях думают.[про себя] «А и о мире во всем... мире? Вообще, я не думал, о чем ещё».

   — Юкино Юкиносита · аниме
9. «

   Из всех дней недели суббота, должно быть, величайший.

   Из всех дней недели суббота, должно быть, величайший.

   — Ватари Ватару · книга
10. «

    Я ветеран войны. Никто не умеет проигрывать лучше, чем я. Всегда ждать и всегда ошибаться — меня больше никогда не обманут ложные надежды.

    Я ветеран войны. Никто не умеет проигрывать лучше, чем я. Всегда ждать и всегда ошибаться — меня больше никогда не обманут ложные надежды.

    — Ватари Ватару · книга
11. «

    То, что происходит перед моими глазами — часть моей жизни и ничьей другой. И нехрен в неё лезть.

    То, что происходит перед моими глазами — часть моей жизни и ничьей другой. И нехрен в неё лезть.
12. «

    Порой я так злюсь, что мне действительно хочется отдубасить свою сестрёнку. И тогда я чувствую, что сам на себя не похож. Но всё же случается, что на меня накатывают любовь и привязанность. Быть не в силах выразить это и всегда чувствовать стену между вами — вот что значит быть братьями и сёстрами. Вот почему, как ни странно, уместно называть их самыми близкими чужаками. Они самые близкие для вас люди, но они чужаки. Они чужаки, но они самые близкие для вас люди.

    Порой я так злюсь, что мне действительно хочется отдубасить свою сестрёнку. И тогда я чувствую, что сам на себя не похож. Но всё же случается, что на меня накатывают любовь и привязанность. Быть не в силах выразить это и всегда чувствовать стену между вами — вот что значит быть братьями и сёстрами. Вот почему, как ни странно, уместно называть их самыми близкими чужаками. Они самые близкие для вас люди, но они чужаки. Они чужаки, но они самые близкие для вас люди.

    — Ватари Ватару · книга
13. «

    Люди с сильной волей могут противостоять препаратам.

    Люди с сильной волей могут противостоять препаратам.

    — Ватари Ватару · книга
14. «

    И чем сильнее застывало сердце, тем яснее становился разум.

    И чем сильнее застывало сердце, тем яснее становился разум.

    — Ватари Ватару · книга
15. «

    Одиночка — это как вечно нейтральное государство. Если ты не один, беда может прийти в твой дом, даже если ты ничего не делал. А если бы мир был населён исключительно одиночками, не было бы ни войн, ни дискриминации. Ого, да мне за это Нобелевская премия мира полагается.

    Одиночка — это как вечно нейтральное государство. Если ты не один, беда может прийти в твой дом, даже если ты ничего не делал. А если бы мир был населён исключительно одиночками, не было бы ни войн, ни дискриминации. Ого, да мне за это Нобелевская премия мира полагается.

    — Ватари Ватару · книга
16. «

    Самое страшное в девушках – по их разговору совершенно невозможно определить, подруги они или вообще злейшие враги…

    Самое страшное в девушках – по их разговору совершенно невозможно определить, подруги они или вообще злейшие враги…

    — Ватари Ватару · книга
17. «

    Пока я смотрел вслед её спотыкающейся одинокой фигуре, жаркое солнце высушило слёзы на моих глазах.

    Пока я смотрел вслед её спотыкающейся одинокой фигуре, жаркое солнце высушило слёзы на моих глазах.

    — Ватари Ватару · книга
18. «

    Не существует людей, плохих от природы. Все в это верят, и я не исключение. Я не сомневаюсь в существовании добродетели. И всё же люди, почуяв выгоду, обнажают клыки. Люди рационализируют своё поведение, когда заражаются злом. Они не считают себя злыми. И чтобы сохранить свою искривлённую целостность, они искривляют весь мир. Кто-то, кто вчера был «крутой», сегодня оказывается «выпендрёжник». Кто-то, уважаемый как «умный и знающий», сегодня презираем за «свысока смотрит на троечников». «Бодрый и энергичный» превращается в «доставучий и без тормозов». Чтобы карать преступления в искривлённом мире, людям нужен меч правосудия. Не в силах утвердиться самостоятельно, они объединяются с другими заговорщиками. Они разговаривают друг с другом о беспринципности и греховности как о само собой разумеющемся. И вычищают культуру, исходя из собственного чувства справедливости. Они способны из мухи раздуть слона. Если это не обман, тогда что это? В том закрытом мирке ты дрожишь от одной мысли, что можешь оказаться следующим. И прежде, чем это может случиться, ищешь козла отпущения. Затем цикл продолжается. Ему нет конца. Какой смысл строить дружеские отношения, если тебя принесут в жертву ради чьего-то достоинства?

    Не существует людей, плохих от природы. Все в это верят, и я не исключение. Я не сомневаюсь в существовании добродетели. И всё же люди, почуяв выгоду, обнажают клыки. Люди рационализируют своё поведение, когда заражаются злом. Они не считают себя злыми. И чтобы сохранить свою искривлённую целостность, они искривляют весь мир. Кто-то, кто вчера был «крутой», сегодня оказывается «выпендрёжник». Кто-то, уважаемый как «умный и знающий», сегодня презираем за «свысока смотрит на троечников». «Бодрый и энергичный» превращается в «доставучий и без тормозов». Чтобы карать преступления в искривлённом мире, людям нужен меч правосудия. Не в силах утвердиться самостоятельно, они объединяются с другими заговорщиками. Они разговаривают друг с другом о беспринципности и греховности как о само собой разумеющемся. И вычищают культуру, исходя из собственного чувства справедливости. Они способны из мухи раздуть слона. Если это не обман, тогда что это? В том закрытом мирке ты дрожишь от одной мысли, что можешь оказаться следующим. И прежде, чем это может случиться, ищешь козла отпущения. Затем цикл продолжается. Ему нет конца. Какой смысл строить дружеские отношения, если тебя принесут в жертву ради чьего-то достоинства?

    — Ватари Ватару · книга
19. «

    – Если бы у тебя был друг, к которому постоянно липли девушки, что бы ты о нём думал? – Глупый вопрос. У меня нет друзей, а значит, заботиться о такой ерунде мне не надо.

    – Если бы у тебя был друг, к которому постоянно липли девушки, что бы ты о нём думал? – Глупый вопрос. У меня нет друзей, а значит, заботиться о такой ерунде мне не надо.

    — Ватари Ватару · книга
20. «

    Я слишком далеко запрятал свою невинность, чтобы сказать что-то без бравады или иронии.

    Я слишком далеко запрятал свою невинность, чтобы сказать что-то без бравады или иронии.

    — Ватари Ватару · книга