43 цитаты персонажа «князь Мышкин», которые стоит перечитать

Собрали 43 цитаты персонажа «князь Мышкин» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мне бы помыться, а то от меня котиками пахнет.

   Мне бы помыться, а то от меня котиками пахнет.

   — Даун Хаус · фильм
2. «

   А я все-таки стою за осла: осел добрый и полезный человек.

   А я все-таки стою за осла: осел добрый и полезный человек.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
3. «

   Что подвинуло вас доносить? — Единственно из приятного любопытства и... из услужливости благородной души.

   Что подвинуло вас доносить? — Единственно из приятного любопытства и... из услужливости благородной души.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
4. «

   Не из одного ведь тщеславия, не всё ведь от одних скверных тщеславных чувств происходят русские атеисты и русские иезуиты, а и из боли духовной, из жажды духовной, из тоски по высшему делу, по крепкому берегу, по родине, в которую веровать перестали, потому что никогда её и не знали!

   Не из одного ведь тщеславия, не всё ведь от одних скверных тщеславных чувств происходят русские атеисты и русские иезуиты, а и из боли духовной, из жажды духовной, из тоски по высшему делу, по крепкому берегу, по родине, в которую веровать перестали, потому что никогда её и не знали!

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
5. «

   Нечего смущаться и тем, что мы смешны, не правда ли? Ведь это действительно так, мы смешны, легкомысленны, с дурными привычками, скучаем, глядеть не умеем, понимать не умеем, мы ведь все таковы, все, и вы, и я, и они!

   Нечего смущаться и тем, что мы смешны, не правда ли? Ведь это действительно так, мы смешны, легкомысленны, с дурными привычками, скучаем, глядеть не умеем, понимать не умеем, мы ведь все таковы, все, и вы, и я, и они!

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
6. «

   Я не был влюблен... я... был счастлив иначе.

   Я не был влюблен... я... был счастлив иначе.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
7. «

   Ребенку можно все говорить, — все; меня всегда поражала мысль, как плохо знают большие детей, отцы и матери даже своих детей? От детей ничего не надо утаивать, под предлогом, что они маленькие и что им рано знать. Какая грустная и несчастная мысль!

   Ребенку можно все говорить, — все; меня всегда поражала мысль, как плохо знают большие детей, отцы и матери даже своих детей? От детей ничего не надо утаивать, под предлогом, что они маленькие и что им рано знать. Какая грустная и несчастная мысль!

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
8. «

   …вот и урок: не судить, не имея опыта.

   …вот и урок: не судить, не имея опыта.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
9. «

   Тогда люди были как-то об одной идее, а теперь нервнее, развитее, сенсетивнее, как-то о двух, о трех идеях зараз... теперешний человек шире, — и, клянусь, это-то и мешает ему быть таким односоставным человеком, как в тех веках.

   Тогда люди были как-то об одной идее, а теперь нервнее, развитее, сенсетивнее, как-то о двух, о трех идеях зараз... теперешний человек шире, — и, клянусь, это-то и мешает ему быть таким односоставным человеком, как в тех веках.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
10. «

    Сколько я ни встречался с неверующими и сколько ни читал таких книг, все мне казалось, что и говорят они, и в книгах пишут совсем будто не про то, хотя с виду и кажется, что про то.

    Сколько я ни встречался с неверующими и сколько ни читал таких книг, все мне казалось, что и говорят они, и в книгах пишут совсем будто не про то, хотя с виду и кажется, что про то.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
11. «

    Твою любовь от злости не отличишь, а пройдет она, так, может, еще пуще беда будет. Ненавидеть будешь очень ее за эту теперешнюю любовь, за всю эту муку, которую теперь принимаешь.

    Твою любовь от злости не отличишь, а пройдет она, так, может, еще пуще беда будет. Ненавидеть будешь очень ее за эту теперешнюю любовь, за всю эту муку, которую теперь принимаешь.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    Самый закоренелый убийца все-таки знает, что он преступник, то есть по совести считает, что он нехорошо поступил, хоть и безо всякого раскаяния. И таков всякий из них; а эти ведь не хотят себя даже считать преступниками и думают про себя, что право имели и... даже хорошо поступили.

    Самый закоренелый убийца все-таки знает, что он преступник, то есть по совести считает, что он нехорошо поступил, хоть и безо всякого раскаяния. И таков всякий из них; а эти ведь не хотят себя даже считать преступниками и думают про себя, что право имели и... даже хорошо поступили.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
13. «

    А ведь главная, самая сильная боль, может, не в ранах.

    А ведь главная, самая сильная боль, может, не в ранах.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
14. «

    Нет, спасибо, меня и так прёт. Наяву. Без всякого компота.

    Нет, спасибо, меня и так прёт. Наяву. Без всякого компота.

    — Даун Хаус · фильм
15. «

    Эта несчастная женщина глубоко убеждена, что она самое падшее, самое порочное существо на свете. Она слишком замучила себя самое сознанием своего незаслуженного позора! И чем она виновата, о боже мой! О, она поминутно в исступлении кричит, что не признает за собой вины, что она жертва людей, жертва развратника и злодея; но что бы она вам ни говорила, знайте, что она сама первая не верит себе и что она всею совестью своею верит, напротив, что она... сама виновата.

    Эта несчастная женщина глубоко убеждена, что она самое падшее, самое порочное существо на свете. Она слишком замучила себя самое сознанием своего незаслуженного позора! И чем она виновата, о боже мой! О, она поминутно в исступлении кричит, что не признает за собой вины, что она жертва людей, жертва развратника и злодея; но что бы она вам ни говорила, знайте, что она сама первая не верит себе и что она всею совестью своею верит, напротив, что она... сама виновата.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
16. «

    Знаешь ли, что женщина способна замучить человека жестокостями и насмешками и ни разу угрызения совести не почувствует, потому что про себя каждый раз будет думать, смотря на тебя: «Вот теперь я его измучаю до смерти, да зато потом ему любовью моей наверстаю...»

    Знаешь ли, что женщина способна замучить человека жестокостями и насмешками и ни разу угрызения совести не почувствует, потому что про себя каждый раз будет думать, смотря на тебя: «Вот теперь я его измучаю до смерти, да зато потом ему любовью моей наверстаю...»

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
17. «

    И, наконец, мне кажется, мы такие розные люди на вид... по многим обстоятельствам, что у нас, пожалуй, и не может быть много точек общих, но, знаете, я в эту последнюю идею сам не верю, потому очень часто только так кажется, что нет точек общих, а они очень есть... это от лености людской происходит, что люди так промеж собой на глаз сортируются и ничего не могут найти...

    И, наконец, мне кажется, мы такие розные люди на вид... по многим обстоятельствам, что у нас, пожалуй, и не может быть много точек общих, но, знаете, я в эту последнюю идею сам не верю, потому очень часто только так кажется, что нет точек общих, а они очень есть... это от лености людской происходит, что люди так промеж собой на глаз сортируются и ничего не могут найти...

    — Елена Коренева · книга
18. «

    Разве помогать... не признак нравственной силы?

    Разве помогать... не признак нравственной силы?

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
19. «

    Кто от родной земли отказался, тот и от бога своего отказался.

    Кто от родной земли отказался, тот и от бога своего отказался.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
20. «

    Я всегда боюсь моим смешным видом скомпрометировать мысль и главную идею. Я не имею жеста. Я имею жест всегда противоположный, а это вызывает смех и унижает идею.

    Я всегда боюсь моим смешным видом скомпрометировать мысль и главную идею. Я не имею жеста. Я имею жест всегда противоположный, а это вызывает смех и унижает идею.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга