37 цитат персонажа «Лемюэль Гулливер»

Собрали 37 цитат персонажа «Лемюэль Гулливер» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мне пришла мысль вызвать Гомера и Аристотеля во главе всех их комментаторов; но последних оказалось так много, что несколько сот их принуждены были подождать на дворе и в других комнатах дворца.

   Мне пришла мысль вызвать Гомера и Аристотеля во главе всех их комментаторов; но последних оказалось так много, что несколько сот их принуждены были подождать на дворе и в других комнатах дворца.

   — Джонатан Свифт · книга
2. «

   Так как благородные гуигнгнмы от природы одарены общим предрасположением ко всем добродетелям и не имеют ни малейшего понятия о том, что такое зло в разумном существе, то основным правилом их жизни является совершенствование разума и полное подчинение его руководству.

   Так как благородные гуигнгнмы от природы одарены общим предрасположением ко всем добродетелям и не имеют ни малейшего понятия о том, что такое зло в разумном существе, то основным правилом их жизни является совершенствование разума и полное подчинение его руководству.

   — Джонатан Свифт · книга
3. «

   Мой стряпчий, привыкнув почти с колыбели защищать ложь, чувствует себя не в своей стихии, когда ему приходится отстаивать правое дело и, оказавшись в положении неестественном, всегда действует крайне неуклюже и подчас даже злонамеренно.

   Мой стряпчий, привыкнув почти с колыбели защищать ложь, чувствует себя не в своей стихии, когда ему приходится отстаивать правое дело и, оказавшись в положении неестественном, всегда действует крайне неуклюже и подчас даже злонамеренно.

   — Джонатан Свифт · книга
4. «

   Честь, справедливость, правдивость, воздержание, солидарность, мужество, целомудрие, дружба, доброжелательство, верность; имена этих добродетелей удержались еще в большинстве европейских языков, и их можно встретить как у современных, так и древних писателей. Я могу это утверждать на основании скромных моих чтений.

   Честь, справедливость, правдивость, воздержание, солидарность, мужество, целомудрие, дружба, доброжелательство, верность; имена этих добродетелей удержались еще в большинстве европейских языков, и их можно встретить как у современных, так и древних писателей. Я могу это утверждать на основании скромных моих чтений.

   — Джонатан Свифт · книга
5. «

   Теперь мне нечего страшиться дурного обращения под покровительством столь великой и милостивой государыни, украшения природы, любви вселенной, услады своих подданных, феникса творения.

   Теперь мне нечего страшиться дурного обращения под покровительством столь великой и милостивой государыни, украшения природы, любви вселенной, услады своих подданных, феникса творения.

   — Джонатан Свифт · книга
6. «

   Однажды в разговоре с королем мое замечание насчет того, что у нас написаны тысячи книг об искусстве управления вызвало у него самое нелестное мнение о наших умственных способностях. Все искусство управления он ограничивает самыми тесными рамками и требует для него только здравого смысла, разумности, справедливости, кротости, быстрого решения уголовных и гражданских дел.

   Однажды в разговоре с королем мое замечание насчет того, что у нас написаны тысячи книг об искусстве управления вызвало у него самое нелестное мнение о наших умственных способностях. Все искусство управления он ограничивает самыми тесными рамками и требует для него только здравого смысла, разумности, справедливости, кротости, быстрого решения уголовных и гражданских дел.

   — Джонатан Свифт · книга
7. «

   — Что касается приведенных вами чисел убитых в боях, то мне кажется, простите, вы говорите то, чего нет. Я обстоятельно описал ему, что такое пушки, мушкеты, карабины, пистолеты, пули, порох, сабли, штыки, сражения, осады, отступления, атаки, мины и контрмины, бомбардировки, морские сражения, потопление кораблей с тысячью матросов, десятки тысяч убитых с каждой стороны

   — Что касается приведенных вами чисел убитых в боях, то мне кажется, простите, вы говорите то, чего нет. Я обстоятельно описал ему, что такое пушки, мушкеты, карабины, пистолеты, пули, порох, сабли, штыки, сражения, осады, отступления, атаки, мины и контрмины, бомбардировки, морские сражения, потопление кораблей с тысячью матросов, десятки тысяч убитых с каждой стороны

   — Джонатан Свифт · книга
8. «

   Три короля объявили мне, что за все их царствование они ни разу не назначили на государственные должности ни одного достойного человека, разве что по ошибке.

   Три короля объявили мне, что за все их царствование они ни разу не назначили на государственные должности ни одного достойного человека, разве что по ошибке.

   — Джонатан Свифт · книга
9. «

   Бедные нации алчны, богатые — надменны, а надменность и алчность всегда не в ладах.

   Бедные нации алчны, богатые — надменны, а надменность и алчность всегда не в ладах.

   — Джонатан Свифт · книга
10. «

    Дружба и доброжелательство являются двумя главными добродетелями гуигнгнмов, и они не ограничиваются отдельными особями, но простираются на всю расу. Гуигнгнмы думают, что природа учит их одинаково любить всех подобных им и один только разум устанавливает различия между индивидуумами соответственно высоте их добродетели.

    Дружба и доброжелательство являются двумя главными добродетелями гуигнгнмов, и они не ограничиваются отдельными особями, но простираются на всю расу. Гуигнгнмы думают, что природа учит их одинаково любить всех подобных им и один только разум устанавливает различия между индивидуумами соответственно высоте их добродетели.

    — Джонатан Свифт · книга
11. «

    Сначала я очень болезненно ощущал отсутсвие соли, но скоро привык обходиться без нее; и я убежден, что обильное употребление этого вещества есть результат сластолюбия, и соль была введена, главным образом, для возбуждения жажды, исключая, конечно, случаев, где она необходима для сохранения мяса в далеких путешествиях или в местах, удаленных от рынков.

    Сначала я очень болезненно ощущал отсутсвие соли, но скоро привык обходиться без нее; и я убежден, что обильное употребление этого вещества есть результат сластолюбия, и соль была введена, главным образом, для возбуждения жажды, исключая, конечно, случаев, где она необходима для сохранения мяса в далеких путешествиях или в местах, удаленных от рынков.

    — Джонатан Свифт · книга
12. «

    Каждая из наций гордится древностью, красотой и выразительностью своего языка, относясь с явным презрением к языку своего соседа.

    Каждая из наций гордится древностью, красотой и выразительностью своего языка, относясь с явным презрением к языку своего соседа.

    — Джонатан Свифт · книга
13. «

    Большинство населения добывает у нас средства к существованию снабжением богачей и вообще друг друга предметами первой необходимости и роскоши. Например, когда я нахожусь у себя дома и одеваюсь как мне полагается, я ношу на своем теле работу сотни ремесленников; постройка и обстановка моего дома требуют еще большего количества рабочих, а чтобы нарядить мою жену, нужно увеличить это число еще в пять раз.

    Большинство населения добывает у нас средства к существованию снабжением богачей и вообще друг друга предметами первой необходимости и роскоши. Например, когда я нахожусь у себя дома и одеваюсь как мне полагается, я ношу на своем теле работу сотни ремесленников; постройка и обстановка моего дома требуют еще большего количества рабочих, а чтобы нарядить мою жену, нужно увеличить это число еще в пять раз.

    — Джонатан Свифт · книга
14. «

    Первый министр является существом совершенно не подверженном радости и горю, любви и ненависти, он не проявляет никаких страстей, кроме неистовой жажды богатства, власти и титулов; он пользуется словами для самых различных целей, но только не для выражения своих мыслей.

    Первый министр является существом совершенно не подверженном радости и горю, любви и ненависти, он не проявляет никаких страстей, кроме неистовой жажды богатства, власти и титулов; он пользуется словами для самых различных целей, но только не для выражения своих мыслей.

    — Джонатан Свифт · книга
15. «

    Власть, правительство, война, закон, наказание и тысяча других вещей не имели соответствующих терминов на языке гуигнгнмов.

    Власть, правительство, война, закон, наказание и тысяча других вещей не имели соответствующих терминов на языке гуигнгнмов.

    — Джонатан Свифт · книга
16. «

    Признается справедливой война с самым близким союзником, если какой-нибудь его город расположен удобно для нас или кусок его территории округлит и завершит наши владения.

    Признается справедливой война с самым близким союзником, если какой-нибудь его город расположен удобно для нас или кусок его территории округлит и завершит наши владения.

    — Джонатан Свифт · книга
17. «

    Намерением моим было открыть, если удастся, какой-нибудь необитаемый остров, где я мог бы добывать средства к существованию собственным трудом; подобная жизнь больше прельщала меня, чем пост первого министра при самом лощеном европейском дворе.

    Намерением моим было открыть, если удастся, какой-нибудь необитаемый остров, где я мог бы добывать средства к существованию собственным трудом; подобная жизнь больше прельщала меня, чем пост первого министра при самом лощеном европейском дворе.

    — Джонатан Свифт · книга
18. «

    Хозяин спросил меня, что же служит обыкновенно причиной или поводом, побуждающим одно государство воевать с другим. Я отвечал, что их несметное количество. Иногда таким поводом является честолюбие монархов, которым все бывает мало земель или людей, находящихся под их властью; иногда — испорченность министров, вовлеекающих своих государей в войну, чтобы заглушить и отвлечь жалобы подданных на их дурное управление.

    Хозяин спросил меня, что же служит обыкновенно причиной или поводом, побуждающим одно государство воевать с другим. Я отвечал, что их несметное количество. Иногда таким поводом является честолюбие монархов, которым все бывает мало земель или людей, находящихся под их властью; иногда — испорченность министров, вовлеекающих своих государей в войну, чтобы заглушить и отвлечь жалобы подданных на их дурное управление.

    — Джонатан Свифт · книга
19. «

    Часто мне приходилось читать о великих услугах, оказанным монархам и отечеству, и я исполнился желанием увидеть людей, которыми эти услуги были оказаны. Однако мне ответили, что имена их невозможно найти в архивах, за исключением немногих, которых история изобразила отъявленнейшими мошенниками и предателями.

    Часто мне приходилось читать о великих услугах, оказанным монархам и отечеству, и я исполнился желанием увидеть людей, которыми эти услуги были оказаны. Однако мне ответили, что имена их невозможно найти в архивах, за исключением немногих, которых история изобразила отъявленнейшими мошенниками и предателями.

    — Джонатан Свифт · книга
20. «

    Бедна страна, которая не может прокормить свое население.

    Бедна страна, которая не может прокормить свое население.

    — Джонатан Свифт · книга