30 фраз персонажа «Лютик» — избранное

30 цитат персонажа «Лютик» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   О, нет! Этот хлебушек я маслом не намазывал!

   О, нет! Этот хлебушек я маслом не намазывал!
2. «

   — Не правда! — топнула ногой Цири. — Геральт вовсе так не говорит. Он... он вообще молчит. Я же видела. Он стоит и молчит... — В том-то и состоит роль поэзии, Цири. Говорить о том, о чем другие молчат.

   — Не правда! — топнула ногой Цири. — Геральт вовсе так не говорит. Он... он вообще молчит. Я же видела. Он стоит и молчит... — В том-то и состоит роль поэзии, Цири. Говорить о том, о чем другие молчат.

   — Анджей Сапковский · книга
3. «

   Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

   Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

   — Анджей Сапковский · книга
4. «

   Берегитесь разочарований, ибо впечатления бывают ошибочны. Вещи редко бывают такими, какими кажутся. А женщины — никогда.

   Берегитесь разочарований, ибо впечатления бывают ошибочны. Вещи редко бывают такими, какими кажутся. А женщины — никогда.

   — Анджей Сапковский · книга
5. «

   – Это Плотва? Но Плотва же была гнедой, а эта каштановая. – Все мои лошади зовутся Плотвами. Ты прекрасно знаешь и перестань болтать.

   – Это Плотва? Но Плотва же была гнедой, а эта каштановая. – Все мои лошади зовутся Плотвами. Ты прекрасно знаешь и перестань болтать.

   — Анджей Сапковский · книга
6. «

   Женщинам деньги не нужны. Да и зачем они им? Пить не пьют, в кости не играют, а женщинами... Ну, женщины-то, черт побери, они сами и есть.

   Женщинам деньги не нужны. Да и зачем они им? Пить не пьют, в кости не играют, а женщинами... Ну, женщины-то, черт побери, они сами и есть.

   — Анджей Сапковский · книга
7. «

   Если мутанты тебя сцапают, пусть твой призрак мучит меня... Думаю, я построю храм в твою честь. Надо только раздобыть свечей и благовоний.

   Если мутанты тебя сцапают, пусть твой призрак мучит меня... Думаю, я построю храм в твою честь. Надо только раздобыть свечей и благовоний.
8. «

   — Наконец-то ты проснулся. — Где мы? — В самом безопасном месте в лагере, дружище. — Это бордель? — Ага.

   — Наконец-то ты проснулся. — Где мы? — В самом безопасном месте в лагере, дружище. — Это бордель? — Ага.

   — Лютик · игра
9. «

   Такая банальная мелодрама может случиться только в реальной жизни. Попытайся я таким манером закончить одну из своих баллад, меня б подняли на смех.

   Такая банальная мелодрама может случиться только в реальной жизни. Попытайся я таким манером закончить одну из своих баллад, меня б подняли на смех.

   — Анджей Сапковский · книга
10. «

    — Ой, вот не надо этого, не надо так недовольно рычать. Всего одну ночь поохраняешь своего лучшего на свете друга. Подумаешь, сложности... — Я тебе не друг. — О, вот оно как! То есть, ты кому попало позволяешь натирать твою задницу ромашкой. Понятно. Я так и думал.

    — Ой, вот не надо этого, не надо так недовольно рычать. Всего одну ночь поохраняешь своего лучшего на свете друга. Подумаешь, сложности... — Я тебе не друг. — О, вот оно как! То есть, ты кому попало позволяешь натирать твою задницу ромашкой. Понятно. Я так и думал.

    — Лютик · сериал
11. «

    Ну, поехали. Подгони своего сонного мерина. — Моего жеребца зовут Пегас. — Само собой! Знаешь, что? Мою эльфью кобылу тоже надо бы как-то назвать. Хммм... — Может, Плотвичка? — съехидничал трубадур. — Плотва? — согласился ведьмак. — А что, звучит. — Геральт? — Слушаю. — У тебя в жизни была хоть одна лошадина, которую не называли бы Плотва? — Нет, — ответил ведьмак после недолгого раздумья. — Не было. Подгони своего кастрированного жеребца. Лютик. Путь дальний.

    Ну, поехали. Подгони своего сонного мерина. — Моего жеребца зовут Пегас. — Само собой! Знаешь, что? Мою эльфью кобылу тоже надо бы как-то назвать. Хммм... — Может, Плотвичка? — съехидничал трубадур. — Плотва? — согласился ведьмак. — А что, звучит. — Геральт? — Слушаю. — У тебя в жизни была хоть одна лошадина, которую не называли бы Плотва? — Нет, — ответил ведьмак после недолгого раздумья. — Не было. Подгони своего кастрированного жеребца. Лютик. Путь дальний.

    — Анджей Сапковский · книга
12. «

    – Рассказывай, Лютик, – нетерпеливо бросил ведьмак. – Не торчать же тут до вечера. Бард ухватил пальцами гриф лютни, резко ударил по струнам. – Как предпочитаете, стихотворной речью или нормальной? – Нормальной. – Извольте. – Лютик тем не менее не отложил лютни. – Послушайте же, благородные господа, что случилось неделю тому непоодаль города вольного, Голопольем наречённого. Так вот, ранним утром, едва поднимающееся солнышко зарумянило висящие над полями и лугами покровы туманов… – Ведь решили – нормальной! – напомнил Геральт. – А разве нет? Ну ладно, ладно. Понимаю. Кратко, без метафор.

    – Рассказывай, Лютик, – нетерпеливо бросил ведьмак. – Не торчать же тут до вечера. Бард ухватил пальцами гриф лютни, резко ударил по струнам. – Как предпочитаете, стихотворной речью или нормальной? – Нормальной. – Извольте. – Лютик тем не менее не отложил лютни. – Послушайте же, благородные господа, что случилось неделю тому непоодаль города вольного, Голопольем наречённого. Так вот, ранним утром, едва поднимающееся солнышко зарумянило висящие над полями и лугами покровы туманов… – Ведь решили – нормальной! – напомнил Геральт. – А разве нет? Ну ладно, ладно. Понимаю. Кратко, без метафор.

    — Анджей Сапковский · книга
13. «

    — Если кто-нибудь остановит, прикинемся солдатами. — Хорошо. В случае чего скажу... — Мы прикинемся глупыми солдатами!

    — Если кто-нибудь остановит, прикинемся солдатами. — Хорошо. В случае чего скажу... — Мы прикинемся глупыми солдатами!

    — Анджей Сапковский · книга
14. «

    Двадцать лет на службе поэзии достаточно много, чтобы знать: есть вещи, которые либо понимаешь сразу, даже без слов, либо не поймёшь никогда.

    Двадцать лет на службе поэзии достаточно много, чтобы знать: есть вещи, которые либо понимаешь сразу, даже без слов, либо не поймёшь никогда.

    — Анджей Сапковский · книга
15. «

    Когда скромняга бард отдыхал от дел С Геральтом из Ривии он песню эту пел. Сразился Белый Волк с велеречивым чертом Эльфов покромсал несчетные когорты. Сзади подползли, хоть это стыд и срам Сломали мне лютню, дали по зубам. Целился тот черт мне рогом прямо в глаз И тут Ведьмак крикнул «Вот твой смертный час!»

    Когда скромняга бард отдыхал от дел С Геральтом из Ривии он песню эту пел. Сразился Белый Волк с велеречивым чертом Эльфов покромсал несчетные когорты. Сзади подползли, хоть это стыд и срам Сломали мне лютню, дали по зубам. Целился тот черт мне рогом прямо в глаз И тут Ведьмак крикнул «Вот твой смертный час!»
16. «

    Он только выглядит идиотом. Но я постоянно рассчитываю на то, что ему в конце концов захочется пошевелить мозгами. Может, тогда он сделает верные выводы? Может, поймёт, что единственное, что у одиночек получается хорошо, – это рукоблудство?

    Он только выглядит идиотом. Но я постоянно рассчитываю на то, что ему в конце концов захочется пошевелить мозгами. Может, тогда он сделает верные выводы? Может, поймёт, что единственное, что у одиночек получается хорошо, – это рукоблудство?

    — Анджей Сапковский · книга
17. «

    Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.

    Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.

    — Анджей Сапковский · книга
18. «

    Знаешь, в чем проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей «инностью», с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей «ненормальностью» нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

    Знаешь, в чем проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей «инностью», с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей «ненормальностью» нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

    — Анджей Сапковский · книга
19. «

    Хватит изображать девицу в беде. Это моя роль.

    Хватит изображать девицу в беде. Это моя роль.
20. «

    — Она хочет стать ещё сильнее. Она же умрёт. — Ну, помолимся за неё по дороге из этого города.

    — Она хочет стать ещё сильнее. Она же умрёт. — Ну, помолимся за неё по дороге из этого города.

    — Геральт из Ривии · сериал