Подборка персонажа: 56 цитат — «Лютик»

56 цитат персонажа «Лютик» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   У него, Куколка, нет ни голоса, ни слуха, а срифмовать он может только «попа» и «жопа». Это представитель цеха ведьмаков, Геральт из Ривии.

   У него, Куколка, нет ни голоса, ни слуха, а срифмовать он может только «попа» и «жопа». Это представитель цеха ведьмаков, Геральт из Ривии.

   — Анджей Сапковский · книга
2. «

   — Тебе только кажется, будто знаешь меня. Не забывай — я натура сложная! — Ты циник, свинтус, бабник и лжец. И ничего, поверь, ничего сложного в тебе нет.

   — Тебе только кажется, будто знаешь меня. Не забывай — я натура сложная! — Ты циник, свинтус, бабник и лжец. И ничего, поверь, ничего сложного в тебе нет.

   — Анджей Сапковский · книга
3. «

   Он только выглядит идиотом. Но я постоянно рассчитываю на то, что ему в конце концов захочется пошевелить мозгами. Может, тогда он сделает верные выводы? Может, поймёт, что единственное, что у одиночек получается хорошо, – это рукоблудство?

   Он только выглядит идиотом. Но я постоянно рассчитываю на то, что ему в конце концов захочется пошевелить мозгами. Может, тогда он сделает верные выводы? Может, поймёт, что единственное, что у одиночек получается хорошо, – это рукоблудство?

   — Анджей Сапковский · книга
4. «

   — Не правда! — топнула ногой Цири. — Геральт вовсе так не говорит. Он... он вообще молчит. Я же видела. Он стоит и молчит... — В том-то и состоит роль поэзии, Цири. Говорить о том, о чем другие молчат.

   — Не правда! — топнула ногой Цири. — Геральт вовсе так не говорит. Он... он вообще молчит. Я же видела. Он стоит и молчит... — В том-то и состоит роль поэзии, Цири. Говорить о том, о чем другие молчат.

   — Анджей Сапковский · книга
5. «

   Жизнь слишком коротка. Делай то, что хочешь, пока можешь.

   Жизнь слишком коротка. Делай то, что хочешь, пока можешь.
6. «

   — Невнимательность — вот что делает из тебя лопуха. — Женщине простительна милая маленькая рассеянность.

   — Невнимательность — вот что делает из тебя лопуха. — Женщине простительна милая маленькая рассеянность.

   — Галина Гончарова · книга
7. «

   Ну, поехали. Подгони своего сонного мерина. — Моего жеребца зовут Пегас. — Само собой! Знаешь, что? Мою эльфью кобылу тоже надо бы как-то назвать. Хммм... — Может, Плотвичка? — съехидничал трубадур. — Плотва? — согласился ведьмак. — А что, звучит. — Геральт? — Слушаю. — У тебя в жизни была хоть одна лошадина, которую не называли бы Плотва? — Нет, — ответил ведьмак после недолгого раздумья. — Не было. Подгони своего кастрированного жеребца. Лютик. Путь дальний.

   Ну, поехали. Подгони своего сонного мерина. — Моего жеребца зовут Пегас. — Само собой! Знаешь, что? Мою эльфью кобылу тоже надо бы как-то назвать. Хммм... — Может, Плотвичка? — съехидничал трубадур. — Плотва? — согласился ведьмак. — А что, звучит. — Геральт? — Слушаю. — У тебя в жизни была хоть одна лошадина, которую не называли бы Плотва? — Нет, — ответил ведьмак после недолгого раздумья. — Не было. Подгони своего кастрированного жеребца. Лютик. Путь дальний.

   — Анджей Сапковский · книга
8. «

   — Что же мне теперь делать, Геральт? Я не думал, что всё кончится вот так... Я напишу про тебя свою лучшую балладу. Пусть люди узнают всё про тебя... Ты всегда говорил, что у меня замечательный голос... — Они живы. — Да ты гонишь!!

   — Что же мне теперь делать, Геральт? Я не думал, что всё кончится вот так... Я напишу про тебя свою лучшую балладу. Пусть люди узнают всё про тебя... Ты всегда говорил, что у меня замечательный голос... — Они живы. — Да ты гонишь!!

   — Лютик · сериал
9. «

   — Песни и баллады, — поклонился артист, — никогда не оканчиваются, милсдарыня, ибо поэзия вечна и бессмертна, ей не ведомы ни начала, ни концы…

   — Песни и баллады, — поклонился артист, — никогда не оканчиваются, милсдарыня, ибо поэзия вечна и бессмертна, ей не ведомы ни начала, ни концы…

   — Анджей Сапковский · книга
10. «

    – Это Плотва? Но Плотва же была гнедой, а эта каштановая. – Все мои лошади зовутся Плотвами. Ты прекрасно знаешь и перестань болтать.

    – Это Плотва? Но Плотва же была гнедой, а эта каштановая. – Все мои лошади зовутся Плотвами. Ты прекрасно знаешь и перестань болтать.

    — Анджей Сапковский · книга
11. «

    — Сидр из Ривии, как вы хотели. А еще жена просила узнать, как вы находите свининку? — Мы находим её среди каши, — ответил Лютик. — Время от времени. Не так часто, как хотелось бы.

    — Сидр из Ривии, как вы хотели. А еще жена просила узнать, как вы находите свининку? — Мы находим её среди каши, — ответил Лютик. — Время от времени. Не так часто, как хотелось бы.

    — Анджей Сапковский · книга
12. «

    — Она хочет стать ещё сильнее. Она же умрёт. — Ну, помолимся за неё по дороге из этого города.

    — Она хочет стать ещё сильнее. Она же умрёт. — Ну, помолимся за неё по дороге из этого города.

    — Геральт из Ривии · сериал
13. «

    — Говорят, конь никогда не наступит на лежащего человека... — Не уверен, что каждый конь об этом слышал. Под телегу! Быстро!

    — Говорят, конь никогда не наступит на лежащего человека... — Не уверен, что каждый конь об этом слышал. Под телегу! Быстро!

    — Анджей Сапковский · книга
14. «

    Знаешь, в чем проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей «инностью», с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей «ненормальностью» нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

    Знаешь, в чем проблема, Геральт? Тебе кажется, будто ты иной. Ты носишься со своей «инностью», с тем, что принимаешь за ненормальность. Ты со своей «ненормальностью» нагло навязываешься всем, не понимая, что для большинства трезво мыслящих людей ты самый нормальнейший в мире человек, и дайте боги, чтобы все были такими нормальными.

    — Анджей Сапковский · книга
15. «

    — Наконец-то ты проснулся. — Где мы? — В самом безопасном месте в лагере, дружище. — Это бордель? — Ага.

    — Наконец-то ты проснулся. — Где мы? — В самом безопасном месте в лагере, дружище. — Это бордель? — Ага.

    — Лютик · игра
16. «

    – Старею, видать, – буркнул ведьмак немного погодя. – Принципы наружу вылезли. – У стариков это бывает. – Мильва с сочувствием глянула на него. – И часто вылезают? Отвар из медуницы, говорят, помогает. И вправлять надо. А пока – клади себе подушечку под зад. – Принципы, – серьёзно пояснил Лютик, – не геморройные шишки. Ты путаешь понятия.

    – Старею, видать, – буркнул ведьмак немного погодя. – Принципы наружу вылезли. – У стариков это бывает. – Мильва с сочувствием глянула на него. – И часто вылезают? Отвар из медуницы, говорят, помогает. И вправлять надо. А пока – клади себе подушечку под зад. – Принципы, – серьёзно пояснил Лютик, – не геморройные шишки. Ты путаешь понятия.

    — Анджей Сапковский · книга
17. «

    Поэты должны знать все. В противном случае мы компрометировали бы себя.

    Поэты должны знать все. В противном случае мы компрометировали бы себя.

    — Анджей Сапковский · книга
18. «

    Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.

    Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.

    — Анджей Сапковский · книга
19. «

    О, нет! Этот хлебушек я маслом не намазывал!

    О, нет! Этот хлебушек я маслом не намазывал!
20. «

    — Лютик! Не спи в седле! — А я и не сплю. Я творчески мыслю.

    — Лютик! Не спи в седле! — А я и не сплю. Я творчески мыслю.

    — Анджей Сапковский · книга