60 цитат персонажа «Мария» — от иронии до философии

Ниже 60 цитат персонажа «Мария»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Тебе нужно было становиться акушером. — Чего? — Любишь доставать людей.

   — Тебе нужно было становиться акушером. — Чего? — Любишь доставать людей.

   — Владислав Викторович Поляков · сериал
2. «

   Я — наивная девочка, которая смотрит на мужчину, замирая от восхищения, и притворяется, будто потрясена тем, какая у него власть, какая слава. Я — Роковая Женщина, которая атакует неуверенных в себе мужчин и берёт инициативу на себя, так что им уже ничего не нужно делать и не о чем беспокоиться. Я Любящая мать, которая нежно опекает тех, кто нуждается в советах, которая терпеливо выслушивает все рассказы, если даже они у неё в одно ухо влетают, а из другого вылетают.

   Я — наивная девочка, которая смотрит на мужчину, замирая от восхищения, и притворяется, будто потрясена тем, какая у него власть, какая слава. Я — Роковая Женщина, которая атакует неуверенных в себе мужчин и берёт инициативу на себя, так что им уже ничего не нужно делать и не о чем беспокоиться. Я Любящая мать, которая нежно опекает тех, кто нуждается в советах, которая терпеливо выслушивает все рассказы, если даже они у неё в одно ухо влетают, а из другого вылетают.

   — Пауло Коэльо · книга
3. «

   — Великий Валерий Киселев, сценарист номер один своего времени. Вы, тот кто создал культовые произведение. Явил миру Кота Кокоса и... А это ещё кто такой? — Это игрушка из первой партии, она так и не пошла в продажу и меня заставили немного переделать мультфильм и убрать этого героя. Изначально их было Двое! — То есть эта крыса тоже должна была быть в мультике? — Это Мышь! Сначала он назывался: «Кот Кокос и Мышь Гашиш». — Аэм... Ещё раз?!? — «Кот Кокос и Мышь Гашиш». — А... То есть Кокос это все таки не орех?!?

   — Великий Валерий Киселев, сценарист номер один своего времени. Вы, тот кто создал культовые произведение. Явил миру Кота Кокоса и... А это ещё кто такой? — Это игрушка из первой партии, она так и не пошла в продажу и меня заставили немного переделать мультфильм и убрать этого героя. Изначально их было Двое! — То есть эта крыса тоже должна была быть в мультике? — Это Мышь! Сначала он назывался: «Кот Кокос и Мышь Гашиш». — Аэм... Ещё раз?!? — «Кот Кокос и Мышь Гашиш». — А... То есть Кокос это все таки не орех?!?

   — Мария · сериал
4. «

   Дни вливаются один в другой, пока не превратятся в прошлую неделю или прошлый месяц, и вот они уже ушли у тебя из-под пальцев, как речная вода.

   Дни вливаются один в другой, пока не превратятся в прошлую неделю или прошлый месяц, и вот они уже ушли у тебя из-под пальцев, как речная вода.

   — Пенелопа Лайвли · книга
5. «

   У меня в душе рай...

   У меня в душе рай...

   — Место на земле · фильм
6. «

   — Конечно, их брак был удачным, — сказала Селия. — Папа обожал Маму. — Обожать ещё не значит быть счастливым, — сказала Мария. — Обычно это обозначает обратное, то есть быть несчастным, — сказала Найэл.

   — Конечно, их брак был удачным, — сказала Селия. — Папа обожал Маму. — Обожать ещё не значит быть счастливым, — сказала Мария. — Обычно это обозначает обратное, то есть быть несчастным, — сказала Найэл.

   — Дафна дю Морье · книга
7. «

   Хотенье ваше, да позволенье наше.

   Хотенье ваше, да позволенье наше.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   – Я в «Скорую» звонить больше не буду! – взорвалась я. – Сам звони! – Давайте так закопаем? – скромно предложила Натка и просяще посмотрела в мою сторону. – У меня есть большие мешки белого цвета. Ему будет приятно!

   – Я в «Скорую» звонить больше не буду! – взорвалась я. – Сам звони! – Давайте так закопаем? – скромно предложила Натка и просяще посмотрела в мою сторону. – У меня есть большие мешки белого цвета. Ему будет приятно!

   — Юлия Славачевская · книга
9. «

   Правы ее родители и романтические книжки: без любви никакое удовольствие в постели невозможно.

   Правы ее родители и романтические книжки: без любви никакое удовольствие в постели невозможно.

   — Пауло Коэльо · книга
10. «

    Искусство любви — сродни живописи: она тоже требует техники, терпения и, главное, навыка. И еще — отваги.

    Искусство любви — сродни живописи: она тоже требует техники, терпения и, главное, навыка. И еще — отваги.

    — Пауло Коэльо · книга
11. «

    Деньги могут все купить и все оправдать.

    Деньги могут все купить и все оправдать.

    — Пауло Коэльо · книга
12. «

    Только дороги могут отодвинуть старость. Когда всё время ездишь и ложишься спать, зная, что ночью тебя разбудит будильник, чтобы успеть на самолёт, который идёт чёрт знает куда и вообще чёрт знает зачем ты на нём летишь, тогда время замирает.

    Только дороги могут отодвинуть старость. Когда всё время ездишь и ложишься спать, зная, что ночью тебя разбудит будильник, чтобы успеть на самолёт, который идёт чёрт знает куда и вообще чёрт знает зачем ты на нём летишь, тогда время замирает.

    — Юлиан Семенов · книга
13. «

    Я встретила мужчину и влюбилась в него. Я позволила себе эту слабость по одной причине — я ничего не жду и ни на что не надеюсь...

    Я встретила мужчину и влюбилась в него. Я позволила себе эту слабость по одной причине — я ничего не жду и ни на что не надеюсь...

    — Пауло Коэльо · книга
14. «

    Вспомни, Мария, на что похож наш мир, — и ты поймёшь: один счастливый день — это почти чудо.

    Вспомни, Мария, на что похож наш мир, — и ты поймёшь: один счастливый день — это почти чудо.

    — Пауло Коэльо · книга
15. «

    Человек сотворен не только для обретения мудрости, но и для того, чтобы пахать землю, ждать дождя, сеять пшеницу, собирать урожай, печь хлеб.

    Человек сотворен не только для обретения мудрости, но и для того, чтобы пахать землю, ждать дождя, сеять пшеницу, собирать урожай, печь хлеб.

    — Пауло Коэльо · книга
16. «

    Я не жертва судьбы, — повторяла она себе ежеминутно, — я не боюсь рисковать, я не скована никакими рамками, я проживаю такие минуты, которые потом, в унынии старости, в безмолвии сердца, буду, как ни странно, вспоминать с отрадой и светлым чувством.

    Я не жертва судьбы, — повторяла она себе ежеминутно, — я не боюсь рисковать, я не скована никакими рамками, я проживаю такие минуты, которые потом, в унынии старости, в безмолвии сердца, буду, как ни странно, вспоминать с отрадой и светлым чувством.

    — Пауло Коэльо · книга
17. «

    У каждого человека — своё собственное желание, которое становится частью хранимых им сокровищ и, хоть оно способно и отпугнуть кого-нибудь, обычно привлекает и притягивает того, кто важен этому человеку.

    У каждого человека — своё собственное желание, которое становится частью хранимых им сокровищ и, хоть оно способно и отпугнуть кого-нибудь, обычно привлекает и притягивает того, кто важен этому человеку.

    — Пауло Коэльо · книга
18. «

    — А что это за предмет? — А чем же бедной несчастной женщине каменного века защитить свое достоинство от хамов, именующих себя мужчинами?

    — А что это за предмет? — А чем же бедной несчастной женщине каменного века защитить свое достоинство от хамов, именующих себя мужчинами?

    — Мария · сериал
19. «

    Старый календарь — самая безжизненная вещь на свете, если только он не прошлогодний ежедневник. Хотя почему? — подумала Мария, ведь оттого, что время уже прошло, оно не сделалось менее интересным, чем время, которое ещё не наступило. Она пролистала назад страницы календаря и вспомнила январь (когда болела ветрянкой), и март (день рождения, и еще она начала ходить на фигурное катание), а в июне она первый раз в жизни сама поехала на поезде к крёстной. Эти месяцы напомнили ей банки с джемом дома в кладовке — полные и с наклейками. Остальные — сентябрь, октябрь и их соседи стояли пустые и непредсказуемые.

    Старый календарь — самая безжизненная вещь на свете, если только он не прошлогодний ежедневник. Хотя почему? — подумала Мария, ведь оттого, что время уже прошло, оно не сделалось менее интересным, чем время, которое ещё не наступило. Она пролистала назад страницы календаря и вспомнила январь (когда болела ветрянкой), и март (день рождения, и еще она начала ходить на фигурное катание), а в июне она первый раз в жизни сама поехала на поезде к крёстной. Эти месяцы напомнили ей банки с джемом дома в кладовке — полные и с наклейками. Остальные — сентябрь, октябрь и их соседи стояли пустые и непредсказуемые.

    — Пенелопа Лайвли · книга
20. «

    Во мне уживаются две женщины: одна желает получить от жизни всю страсть, радость, приключения, какие только может она дать. А другая хочет стать рабыней тихого повседневья, семейного очага, всего того, что можно запланировать и исполнить. Я — мать семейства и проститутка одновременно, и обе живут в моём теле и борются друг с другом.

    Во мне уживаются две женщины: одна желает получить от жизни всю страсть, радость, приключения, какие только может она дать. А другая хочет стать рабыней тихого повседневья, семейного очага, всего того, что можно запланировать и исполнить. Я — мать семейства и проститутка одновременно, и обе живут в моём теле и борются друг с другом.

    — Пауло Коэльо · книга