«Миа (Mia)»: 13 цитат

Ниже 13 цитат персонажа «Миа (Mia)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   – А как же аскеза? Ты же монах. – Будда проповедовал срединный путь, а значит, и умеренность в аскезе. Клянусь своим хвостом, я и так предавался ей почти три часа! Так что собираюсь воздать хвалу его учению посредством этой птицы.

   – А как же аскеза? Ты же монах. – Будда проповедовал срединный путь, а значит, и умеренность в аскезе. Клянусь своим хвостом, я и так предавался ей почти три часа! Так что собираюсь воздать хвалу его учению посредством этой птицы.

   — Миа (Mia)
2. «

   Когда идёшь через ад, надо только продолжать идти.

   Когда идёшь через ад, надо только продолжать идти.
3. «

   — Я плакала над письмами матери в первом. — Честно? — Не стану же я здесь плеваться в доказательство своей искренности! Это было бы верхом неприличия.

   — Я плакала над письмами матери в первом. — Честно? — Не стану же я здесь плеваться в доказательство своей искренности! Это было бы верхом неприличия.

   — Марк Леви · книга
4. «

   На кольце есть инициалы. Вдруг, эти супруги живут неподалёку? Вдруг, они неподалёку умерли? Лет сто назад.

   На кольце есть инициалы. Вдруг, эти супруги живут неподалёку? Вдруг, они неподалёку умерли? Лет сто назад.

   — Миа (Mia) · игра
5. «

   — Макс, знаешь, на дорогах Европы мне не везёт. Постоянно случаются неприятности. То колесо пробьётся, то засада, то придурки встретятся. — Эм-м... Мия, а ты уверена, что дело именно в европейских дорогах?

   — Макс, знаешь, на дорогах Европы мне не везёт. Постоянно случаются неприятности. То колесо пробьётся, то засада, то придурки встретятся. — Эм-м... Мия, а ты уверена, что дело именно в европейских дорогах?

   — Миа (Mia) · игра
6. «

   — Почему ты называешь меня героем? — «Героиня» — звучит слишком пафосно или киношно. На тебя — очень молодую, где-то наивную девушку — обрушилось столько проблем... Иной мужчина скис бы и от половины. А ты держишься, лапками сучишь. Стараешься приспособиться жить. Ты мой хрупкий и трепетный герой.

   — Почему ты называешь меня героем? — «Героиня» — звучит слишком пафосно или киношно. На тебя — очень молодую, где-то наивную девушку — обрушилось столько проблем... Иной мужчина скис бы и от половины. А ты держишься, лапками сучишь. Стараешься приспособиться жить. Ты мой хрупкий и трепетный герой.

   — Миа (Mia) · игра
7. «

   — Харизма открывает любые двери. — Харизма и скромность. — И чувство юмора.

   — Харизма открывает любые двери. — Харизма и скромность. — И чувство юмора.

   — Макс Фолл · игра
8. «

   — Он [плюшевый волк] милый. — Нет, милый я, а он просто плюшевый. — Вы оба чудо. — Ну ладно, так уж и быть.

   — Он [плюшевый волк] милый. — Нет, милый я, а он просто плюшевый. — Вы оба чудо. — Ну ладно, так уж и быть.

   — Макс Фолл · игра
9. «

   – Я не хочу! – сказала она, когда директор распустил пояс на ее кимоно. – Захочешь! – самоуверенно отозвался он. – Тебе понравится. – Я буду кричать, господин Такухати. – Если только от страсти, – он запустил руку в ее волосы, заставляя запрокинуть голову. И тут же возмущенно отпрянул, когда вроде бы покорная девочка до крови прокусила ему губу при попытке поцеловать ее.

   – Я не хочу! – сказала она, когда директор распустил пояс на ее кимоно. – Захочешь! – самоуверенно отозвался он. – Тебе понравится. – Я буду кричать, господин Такухати. – Если только от страсти, – он запустил руку в ее волосы, заставляя запрокинуть голову. И тут же возмущенно отпрянул, когда вроде бы покорная девочка до крови прокусила ему губу при попытке поцеловать ее.

   — Миа (Mia)
10. «

    – Не смотри на меня так! – А как мне на тебя смотреть? – с теплой улыбкой спросил Джин. – Ты похожа на встрепанного воробушка. – Все так ужасно?

    – Не смотри на меня так! – А как мне на тебя смотреть? – с теплой улыбкой спросил Джин. – Ты похожа на встрепанного воробушка. – Все так ужасно?

    — Миа (Mia)
11. «

    — Сыграй на мне, — сказал он. — Что? — Я хочу, чтобы ты поиграла на мне, как на виолончели. Я начала было говорить, что это бредовая идея, но вдруг поняла: идея-то прекрасная. Я достала из шкафа один из запасных смычков. — Сними рубашку, — попросила я дрогнувшим голосом. Адам снял. При всей своей худобе он был на удивление хорошо сложен. Я бы могла минут двадцать разглядывать рельефные выпуклости и впадины его груди. Но он хотел большей близости. Я хотела большей близости. Я села рядом с ним на кровать, так чтобы его длинное тело лежало передо мной. Смычок завибрировал, когда я положила его на постель. Левой рукой я огладила голову Адама, словно головку своей виолончели. Он снова заулыбался и закрыл глаза. Я немного расслабилась. Поиграла с его ушами, как с колками, и шутливо пощекотала, когда он тихонько засмеялся. Потом провела двумя пальцами по его кадыку и, поглубже вдохнув для храбрости, опустила руки ему на грудь. Пробежала пальцами вверх и вниз по торсу, особенное внимание уделяя сухожилиям мышц, и мысленно назначила их струнами: ля, соль, до, ре [Порядок струн на виолончели на самом деле другой: ля, ре, соль, до — сверху вниз.]. Кончиками пальцев я по одному проследила их сверху вниз. Тогда Адам затих, словно концентрировался на чем-то. Я взяла смычок и опустила поперек его тела, чуть выше бедер, где, по моим расчетам, должна была находиться подставка виолончели. Сначала я водила смычком легко, а потом все плотнее и быстрее, поскольку музыка в моей голове набирала темп и громкость. Адам лежал совершенно неподвижно, с его губ срывались легкие стоны. Я взглянула на смычок, на свои руки, на лицо Адама, и на меня накатила волна любви, желания и незнакомое прежде ощущение власти. Мне и в голову не приходило, что я могу вызвать у кого-то такие переживания. Когда я закончила, Адам встал и поцеловал меня, крепко и долго.

    — Сыграй на мне, — сказал он. — Что? — Я хочу, чтобы ты поиграла на мне, как на виолончели. Я начала было говорить, что это бредовая идея, но вдруг поняла: идея-то прекрасная. Я достала из шкафа один из запасных смычков. — Сними рубашку, — попросила я дрогнувшим голосом. Адам снял. При всей своей худобе он был на удивление хорошо сложен. Я бы могла минут двадцать разглядывать рельефные выпуклости и впадины его груди. Но он хотел большей близости. Я хотела большей близости. Я села рядом с ним на кровать, так чтобы его длинное тело лежало передо мной. Смычок завибрировал, когда я положила его на постель. Левой рукой я огладила голову Адама, словно головку своей виолончели. Он снова заулыбался и закрыл глаза. Я немного расслабилась. Поиграла с его ушами, как с колками, и шутливо пощекотала, когда он тихонько засмеялся. Потом провела двумя пальцами по его кадыку и, поглубже вдохнув для храбрости, опустила руки ему на грудь. Пробежала пальцами вверх и вниз по торсу, особенное внимание уделяя сухожилиям мышц, и мысленно назначила их струнами: ля, соль, до, ре [Порядок струн на виолончели на самом деле другой: ля, ре, соль, до — сверху вниз.]. Кончиками пальцев я по одному проследила их сверху вниз. Тогда Адам затих, словно концентрировался на чем-то. Я взяла смычок и опустила поперек его тела, чуть выше бедер, где, по моим расчетам, должна была находиться подставка виолончели. Сначала я водила смычком легко, а потом все плотнее и быстрее, поскольку музыка в моей голове набирала темп и громкость. Адам лежал совершенно неподвижно, с его губ срывались легкие стоны. Я взглянула на смычок, на свои руки, на лицо Адама, и на меня накатила волна любви, желания и незнакомое прежде ощущение власти. Мне и в голову не приходило, что я могу вызвать у кого-то такие переживания. Когда я закончила, Адам встал и поцеловал меня, крепко и долго.

    — Гейл Форман · книга
12. «

    – Умная, да? – Я недаром первая ученица, господин Такухати, – сказала Мия, пряча улыбку.

    – Умная, да? – Я недаром первая ученица, господин Такухати, – сказала Мия, пряча улыбку.

    — Миа (Mia)
13. «

    «У меня ненормальные коллеги, сумасшедшая подруга. А я терзаюсь вопросом, кто я?»

    «У меня ненормальные коллеги, сумасшедшая подруга. А я терзаюсь вопросом, кто я?»