«Остап Бендер» в 163 цитаты

Собрали 163 цитаты персонажа «Остап Бендер» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Пан или пропал. Я выбираю пана, хотя он и явный поляк.

   Пан или пропал. Я выбираю пана, хотя он и явный поляк.

   — Илья Ильф · книга
2. «

   — А почему у них нет занавеса? — Ищут. — Что, ищут занавес? — Не только занавес, они вообще в поиске. — Ну вы знаете, по-моему, у них нет и декораций, хорошо мы прошли бесплатно, но тот, кто заплатил деньги...

   — А почему у них нет занавеса? — Ищут. — Что, ищут занавес? — Не только занавес, они вообще в поиске. — Ну вы знаете, по-моему, у них нет и декораций, хорошо мы прошли бесплатно, но тот, кто заплатил деньги...

   — Ипполит Матвеевич (Киса) Воробьянинов · сериал
3. «

   Эх, Киса! Мы чужие на этом празднике жизни...

   Эх, Киса! Мы чужие на этом празднике жизни...

   — 12 стульев (1971) · фильм
4. «

   Эх, Киса, — сказал Остап, — мы чужие на этом празднике жизни.

   Эх, Киса, — сказал Остап, — мы чужие на этом празднике жизни.

   — Илья Ильф · книга
5. «

   У меня налицо все пошлые признаки влюбленности: отсутствие аппетита, бессонница и маниакальное стремление сочинять стихи. Слушайте, что я накропал вчера ночью при колеблющемся свете электрической лампы: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты». Правда, хорошо? Талантливо? И только на рассвете, когда дописаны были последние строки, я вспомнил, что этот стих уже написал А. Пушкин. Такой удар со стороны классика! А?

   У меня налицо все пошлые признаки влюбленности: отсутствие аппетита, бессонница и маниакальное стремление сочинять стихи. Слушайте, что я накропал вчера ночью при колеблющемся свете электрической лампы: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты, как мимолетное виденье, как гений чистой красоты». Правда, хорошо? Талантливо? И только на рассвете, когда дописаны были последние строки, я вспомнил, что этот стих уже написал А. Пушкин. Такой удар со стороны классика! А?

   — Илья Ильф · книга
6. «

   – Морду бы ему набить... – Морду ему мы пощупать всегда успеем.

   – Морду бы ему набить... – Морду ему мы пощупать всегда успеем.

   — Ипполит Матвеевич (Киса) Воробьянинов · сериал
7. «

   Люблю стариков. С ними никогда не соскучишься.

   Люблю стариков. С ними никогда не соскучишься.

   — Илья Ильф · книга
8. «

   Вот тебе седина в бороду! Вот тебе бес в ребро!

   Вот тебе седина в бороду! Вот тебе бес в ребро!
9. «

   А нам грубиянов не надо. Мы сами грубияны.

   А нам грубиянов не надо. Мы сами грубияны.

   — Илья Ильф · книга
10. «

    Действовать смело. Побольше цинизма — людям это нравится, но без уголовщины — кодекс мы должны чтить!

    Действовать смело. Побольше цинизма — людям это нравится, но без уголовщины — кодекс мы должны чтить!
11. «

    — А что, отец, в вашем городе женихи требуются? Невесты у вас есть? — Кому и кобыла — невеста. — Больше вопросов не имею.

    — А что, отец, в вашем городе женихи требуются? Невесты у вас есть? — Кому и кобыла — невеста. — Больше вопросов не имею.

    — Остап Бендер · фильм
12. «

    Идея — это человеческая мысль, облеченная в логическую шахматную форму.

    Идея — это человеческая мысль, облеченная в логическую шахматную форму.

    — 12 стульев (1971) · фильм
13. «

    Все учтено могучим ураганом...

    Все учтено могучим ураганом...

    — Илья Ильф · книга
14. «

    Странствуя по свету словно птица, Преодолевая жизни путь, Изредка, однажды, иногда, как говорится, Я б хотел забыться и заснуть. <...> Но в этот час, когда рукой Своею я ласкаю Вас, Когда любовь сама собой Идет, не спрашивая нас, С безумной силою я тихо повторяю: «Поймите, милая, поверьте, милая, Вы мой кумир, я не покину Вас».

    Странствуя по свету словно птица, Преодолевая жизни путь, Изредка, однажды, иногда, как говорится, Я б хотел забыться и заснуть. <...> Но в этот час, когда рукой Своею я ласкаю Вас, Когда любовь сама собой Идет, не спрашивая нас, С безумной силою я тихо повторяю: «Поймите, милая, поверьте, милая, Вы мой кумир, я не покину Вас».
15. «

    В бурном море людей и событий, Не щадя живота своего, Совершите вы массу открытий, Иногда не желая того.

    В бурном море людей и событий, Не щадя живота своего, Совершите вы массу открытий, Иногда не желая того.
16. «

    Нервных просят не смотреть!

    Нервных просят не смотреть!

    — Илья Ильф · книга
17. «

    Финансовая пропасть — самая глубокая из всех пропастей, в нее можно падать всю жизнь.

    Финансовая пропасть — самая глубокая из всех пропастей, в нее можно падать всю жизнь.

    — Илья Ильф · книга
18. «

    Держитесь, Киса! Мы с вами прошли больше, чем половину пути, сейчас должно открыться второе дыхание! Судя по вашему виду, оно у вас уже открылось.

    Держитесь, Киса! Мы с вами прошли больше, чем половину пути, сейчас должно открыться второе дыхание! Судя по вашему виду, оно у вас уже открылось.
19. «

    Мне 33 года — возраст Иисуса Христа, а что я сделал? Учения не создал, учеников разбазарил, бедного Паниковского не воскресил!

    Мне 33 года — возраст Иисуса Христа, а что я сделал? Учения не создал, учеников разбазарил, бедного Паниковского не воскресил!

    — Илья Ильф · книга
20. «

    Был лунный вечер. Остап несся по серебряной улице легко, как ангел, отталкиваясь от грешной земли. Ввиду несостоявшегося превращения Васюков в центр мироздания, бежать пришлось не среди дворцов, а среди бревенчатых домиков с наружными ставнями. Сзади неслись шахматные любители. — Держите гроссмейстера! — ревел одноглазый. — Жулье! — поддерживали остальные. — Пижоны! — огрызался гроссмейстер, увеличивая скорость. — Караул! — кричали изобиженные шахматисты. Остап запрыгал по лестнице, ведущей на пристань. Ему предстояло пробежать четыреста ступенек.

    Был лунный вечер. Остап несся по серебряной улице легко, как ангел, отталкиваясь от грешной земли. Ввиду несостоявшегося превращения Васюков в центр мироздания, бежать пришлось не среди дворцов, а среди бревенчатых домиков с наружными ставнями. Сзади неслись шахматные любители. — Держите гроссмейстера! — ревел одноглазый. — Жулье! — поддерживали остальные. — Пижоны! — огрызался гроссмейстер, увеличивая скорость. — Караул! — кричали изобиженные шахматисты. Остап запрыгал по лестнице, ведущей на пристань. Ему предстояло пробежать четыреста ступенек.

    — Илья Ильф · книга