100 цитат персонажа «Романадворатрелундар» с глубоким смыслом

100 цитат персонажа «Романадворатрелундар» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Что мы будем со всем этим делать? — Думаю, просто наслаждаться, пока оно есть.

   — Что мы будем со всем этим делать? — Думаю, просто наслаждаться, пока оно есть.

   — Дуглас Адамс · книга
2. «

   Короче, проблема заключалась в том, что ТАРДИС в упрямстве не уступала Романе. Заставить ее сесть по книжке – это одно, а вот потом снова взлететь – уже совсем другое. Эта ТАРДИС считала ниже своего достоинства короткие вылазки и отказывалась скакать туда-сюда через временную воронку. Ее прельщали большие расстояния, скоростные трассы, на восток и на запад до самого горизонта. Доктор, никогда толком не знавший, как управлять своей колымагой, слишком долго давал ей самоуправствовать. Короче говоря, его ТАРДИС отличалась большой испорченностью. Хорошо, подумала Романа, твердой рукой с хрустом открывая учебник. Мы еще посмотрим, кто кого.

   Короче, проблема заключалась в том, что ТАРДИС в упрямстве не уступала Романе. Заставить ее сесть по книжке – это одно, а вот потом снова взлететь – уже совсем другое. Эта ТАРДИС считала ниже своего достоинства короткие вылазки и отказывалась скакать туда-сюда через временную воронку. Ее прельщали большие расстояния, скоростные трассы, на восток и на запад до самого горизонта. Доктор, никогда толком не знавший, как управлять своей колымагой, слишком долго давал ей самоуправствовать. Короче говоря, его ТАРДИС отличалась большой испорченностью. Хорошо, подумала Романа, твердой рукой с хрустом открывая учебник. Мы еще посмотрим, кто кого.

   — Дуглас Адамс · книга
3. «

   Но нет, Страж не собирался принимать во внимание ни пожеланий Доктора, ни наличия у него прелестной робото-псины. Вместо этого ему выдали другую Повелительницу времени, леди Романадворатрелундар, веселья от которой до сих пор было примерно как от хорошо одетого телефонного справочника.

   Но нет, Страж не собирался принимать во внимание ни пожеланий Доктора, ни наличия у него прелестной робото-псины. Вместо этого ему выдали другую Повелительницу времени, леди Романадворатрелундар, веселья от которой до сих пор было примерно как от хорошо одетого телефонного справочника.

   — Дуглас Адамс · книга
4. «

   За время, проведенное с Доктором, Романа многое узнала о беге. Если кто-нибудь кричит вам «Стоять!» или «Погоди-ка!», лучше их игнорировать – обычно у них при себе оружие. Если стоит выбор между бегством вниз и бегством наверх – выбирайте первое, всегда, даже если внизу темно. Конечно, внизу во мраке часто прячется что-нибудь злое, голодное и со щупальцами, но вы всегда можете обогнуть его – и при доле везения монстр еще и окажет вам услугу, сожрав ваших преследователей вместо вас. Бегство наверх сулит одни беды – вы окажетесь на крыше. Если у вас нет крыльев – останется либо сигануть вниз и неминуемо разбиться, или развернуться физиономией к физиономии врага и серьезно поговорить. Пренебрегайте туфлями на каблуках – может, и красиво, но бесполезно при всяких попытках к бегству. Туфли на каблуках хороши, чтобы войти куда-нибудь, а вот если надо откуда-нибудь убежать – смело и без жалости плюйте на них и спасайтесь босиком. Всегда следуйте за Доктором, если, конечно, он не выбрал какое-то очень уж глупое направление. Если, впрочем, выбор глуп лишь на первый взгляд (дестабилизированный межвременной портал или горящее здание), то, возможно, все в порядке. Но если Доктор кидается голой грудью на амбразуру далеков – пожалуй, стоит все-таки довериться себе. Убегая, следите за вывесками. Знаки вроде «Осторожно – бритвенные деревья» или «Налево – болото смерти» лучше принимать во внимание. Как правило, места, где можно укрыться или спастись от последствий взрыва, не снабжены указателями – что является одним из серьезных вселенских недостатков.

   За время, проведенное с Доктором, Романа многое узнала о беге. Если кто-нибудь кричит вам «Стоять!» или «Погоди-ка!», лучше их игнорировать – обычно у них при себе оружие. Если стоит выбор между бегством вниз и бегством наверх – выбирайте первое, всегда, даже если внизу темно. Конечно, внизу во мраке часто прячется что-нибудь злое, голодное и со щупальцами, но вы всегда можете обогнуть его – и при доле везения монстр еще и окажет вам услугу, сожрав ваших преследователей вместо вас. Бегство наверх сулит одни беды – вы окажетесь на крыше. Если у вас нет крыльев – останется либо сигануть вниз и неминуемо разбиться, или развернуться физиономией к физиономии врага и серьезно поговорить. Пренебрегайте туфлями на каблуках – может, и красиво, но бесполезно при всяких попытках к бегству. Туфли на каблуках хороши, чтобы войти куда-нибудь, а вот если надо откуда-нибудь убежать – смело и без жалости плюйте на них и спасайтесь босиком. Всегда следуйте за Доктором, если, конечно, он не выбрал какое-то очень уж глупое направление. Если, впрочем, выбор глуп лишь на первый взгляд (дестабилизированный межвременной портал или горящее здание), то, возможно, все в порядке. Но если Доктор кидается голой грудью на амбразуру далеков – пожалуй, стоит все-таки довериться себе. Убегая, следите за вывесками. Знаки вроде «Осторожно – бритвенные деревья» или «Налево – болото смерти» лучше принимать во внимание. Как правило, места, где можно укрыться или спастись от последствий взрыва, не снабжены указателями – что является одним из серьезных вселенских недостатков.

   — Дуглас Адамс · книга
5. «

   Убегать от всевозможных монстров – сущее искусство, и Романа не спорила с тем, что Доктор порой в нем был весьма хорош (как и во множестве других вещей, за которые брался, не считая рыбалки). Впрочем, что еще ожидать от джентльмена, управляющего машиной времени, попирающего законы гравитации и всегда проверяющего, каков срок годности на крышечке йогурта, прежде чем этот самый йогурт съесть?

   Убегать от всевозможных монстров – сущее искусство, и Романа не спорила с тем, что Доктор порой в нем был весьма хорош (как и во множестве других вещей, за которые брался, не считая рыбалки). Впрочем, что еще ожидать от джентльмена, управляющего машиной времени, попирающего законы гравитации и всегда проверяющего, каков срок годности на крышечке йогурта, прежде чем этот самый йогурт съесть?

   — Дуглас Адамс · книга
6. «

   Доктор замолчал. Понятно, что Романа пытается помочь. Понемногу привыкаешь даже к спутникам, у которых ответов больше, чем у тебя. — Романа, это я рассказываю историю или ты? — Конечно, ты, Доктор, – мило улыбнулась Романа. – Я только помогаю. — Не могла бы ты помочь мне, мысленно построив таблицу умножения от семисот девяноста восьми? Романа отнеслась к его просьбе со всей серьезностью. — Хорошо, – сказала она, сдвинула брови и как следует сосредоточилась. Нейтрализовав Роману и получив в свое распоряжение несколько минут, Доктор вернулся к разъяснениям. — Так вот, ваша планета… — Закончила! – объявила Романа. — О, просто превосходно. – Доктор сделал вид, что его это совсем не впечатлило. – Тогда просто цыц.

   Доктор замолчал. Понятно, что Романа пытается помочь. Понемногу привыкаешь даже к спутникам, у которых ответов больше, чем у тебя. — Романа, это я рассказываю историю или ты? — Конечно, ты, Доктор, – мило улыбнулась Романа. – Я только помогаю. — Не могла бы ты помочь мне, мысленно построив таблицу умножения от семисот девяноста восьми? Романа отнеслась к его просьбе со всей серьезностью. — Хорошо, – сказала она, сдвинула брови и как следует сосредоточилась. Нейтрализовав Роману и получив в свое распоряжение несколько минут, Доктор вернулся к разъяснениям. — Так вот, ваша планета… — Закончила! – объявила Романа. — О, просто превосходно. – Доктор сделал вид, что его это совсем не впечатлило. – Тогда просто цыц.

   — Дуглас Адамс · книга
7. «

   Никто точно не знал, когда именно ТАРДИС стали разумны, но таки да – они стали. На этот счет бытовало несколько теорий. Одна гласила, что в какой-то момент будущего начали строить разумные ТАРДИС, и одна прошмыгнула назад во времени, чтобы рассказать товаркам, что и как. Сколь бы соблазнительна ни была концепция транстемпоральной юнионизации, существовало и более простое объяснение, и именно его-то Романа и выложила учителю в молодые годы. — Люди все время обращаются к вещам так, словно те живые, – заявила она. – ТАРДИС просто оказались достаточно умны, чтобы понять намек. Впрочем, свою разумность ТАРДИС хорошо скрывали. Но разум у них точно был. Его даже измеряли. У современных моделей были весьма болтливые интерфейсы, но при этом вы все равно разговаривали не с настоящей ТАРДИС. Скорее уж с дворецким, который приветствует тебя на пороге, берет карточку, проводит в гостиную и затем отправляется передать хозяйке дома, что пришел гость. Кроме того, ТАРДИС со временем становились похожи на своих хозяев. ТАРДИС ее учителя являлась на место встречи тяжеловесно, аккуратно и любезно покашливала, прежде чем сесть. Военные ТАРДИС шмякались на поверхность планеты, делали, что надо, и с грохотом отбывали по месту нового назначения. Президентская ТАРДИС всегда прилетала с опозданием. Ну, и была еще ТАРДИС Доктора. Романа летала на ней всего дважды, и оба раза старт сопровождался негодующим уханьем и скрипом. Сейчас, под управлением Следилки, ей полагалось смирно покидать пункт А и появляться в пункте Б. Что она и делала, лишь немного закатывая по дороге несуществующие глаза: «Ох, ну ладно. Если вам правда так нужно. Только чтобы спасти Вселенную. Да, опять. Но, право, я вас умоляю…» Конечно, скорее всего, это была просто игра воображения.

   Никто точно не знал, когда именно ТАРДИС стали разумны, но таки да – они стали. На этот счет бытовало несколько теорий. Одна гласила, что в какой-то момент будущего начали строить разумные ТАРДИС, и одна прошмыгнула назад во времени, чтобы рассказать товаркам, что и как. Сколь бы соблазнительна ни была концепция транстемпоральной юнионизации, существовало и более простое объяснение, и именно его-то Романа и выложила учителю в молодые годы. — Люди все время обращаются к вещам так, словно те живые, – заявила она. – ТАРДИС просто оказались достаточно умны, чтобы понять намек. Впрочем, свою разумность ТАРДИС хорошо скрывали. Но разум у них точно был. Его даже измеряли. У современных моделей были весьма болтливые интерфейсы, но при этом вы все равно разговаривали не с настоящей ТАРДИС. Скорее уж с дворецким, который приветствует тебя на пороге, берет карточку, проводит в гостиную и затем отправляется передать хозяйке дома, что пришел гость. Кроме того, ТАРДИС со временем становились похожи на своих хозяев. ТАРДИС ее учителя являлась на место встречи тяжеловесно, аккуратно и любезно покашливала, прежде чем сесть. Военные ТАРДИС шмякались на поверхность планеты, делали, что надо, и с грохотом отбывали по месту нового назначения. Президентская ТАРДИС всегда прилетала с опозданием. Ну, и была еще ТАРДИС Доктора. Романа летала на ней всего дважды, и оба раза старт сопровождался негодующим уханьем и скрипом. Сейчас, под управлением Следилки, ей полагалось смирно покидать пункт А и появляться в пункте Б. Что она и делала, лишь немного закатывая по дороге несуществующие глаза: «Ох, ну ладно. Если вам правда так нужно. Только чтобы спасти Вселенную. Да, опять. Но, право, я вас умоляю…» Конечно, скорее всего, это была просто игра воображения.

   — Дуглас Адамс · книга
8. «

   — Не переношу отвлекающие маневры, в ходе которых можно погибнуть. — Значит, автору книги «Смертельно опасные отвлекающие маневры» ты не станешь на Рождество открытку слать?

   — Не переношу отвлекающие маневры, в ходе которых можно погибнуть. — Значит, автору книги «Смертельно опасные отвлекающие маневры» ты не станешь на Рождество открытку слать?

   — Дуглас Адамс · книга
9. «

   — Да, Доктор, – сказала Романа и продолжила свое дело. – Доктор, ты на меня сердишься? Человек лучшего склада ума, которому не так часто приходится спасать Вселенную, на этом бы и остановился и извинился бы самым очаровательным образом. Или хотя бы поздравил Роману с тем, как чудесно она подняла целую армию повстанцев всего лишь во второе свое путешествие. Доктор же ограничился тем, что сказал: — Сержусь на тебя? Я? Нет, конечно. Я сержусь вообще на всё.

   — Да, Доктор, – сказала Романа и продолжила свое дело. – Доктор, ты на меня сердишься? Человек лучшего склада ума, которому не так часто приходится спасать Вселенную, на этом бы и остановился и извинился бы самым очаровательным образом. Или хотя бы поздравил Роману с тем, как чудесно она подняла целую армию повстанцев всего лишь во второе свое путешествие. Доктор же ограничился тем, что сказал: — Сержусь на тебя? Я? Нет, конечно. Я сержусь вообще на всё.

   — Дуглас Адамс · книга
10. «

    — Чему ты улыбаешься? – спросила Романа. – Не вижу никакого повода. Крис постарался взять себя в руки. — Извини. Просто… Все это великолепно. — Все это невообразимо далеко от того, что принято вкладывать в понятие «великолепно», – возразил Доктор. – Скагра, кем бы он ни был, убил Повелителя Времени и моего хорошего друга. — И заполучил книгу, – добавил Крис.

    — Чему ты улыбаешься? – спросила Романа. – Не вижу никакого повода. Крис постарался взять себя в руки. — Извини. Просто… Все это великолепно. — Все это невообразимо далеко от того, что принято вкладывать в понятие «великолепно», – возразил Доктор. – Скагра, кем бы он ни был, убил Повелителя Времени и моего хорошего друга. — И заполучил книгу, – добавил Крис.

    — Гарет Робертс · книга
11. «

    – Знаете что? – на удивление спокойно спросил Доктор. – Что? – в том же тоне откликнулась Романа. Доктор пошарил по карманам и извлек из одного из них золотую медаль, которую тут же торжественно прицепил на платье Романы. На лицевой стороне медали большими буквами было выгравировано: «Я ГЕНИЙ».

    – Знаете что? – на удивление спокойно спросил Доктор. – Что? – в том же тоне откликнулась Романа. Доктор пошарил по карманам и извлек из одного из них золотую медаль, которую тут же торжественно прицепил на платье Романы. На лицевой стороне медали большими буквами было выгравировано: «Я ГЕНИЙ».

    — Гарет Робертс · книга
12. «

    Вот вам и еще одна проблема. Леди Романадворатрелундар изволила иметь до невозможности непрактичное имя. Такое не проорешь как следует в минуту опасности… да и на стакане в «Старбаксе» написать не заставишь, если уж на то пошло.

    Вот вам и еще одна проблема. Леди Романадворатрелундар изволила иметь до невозможности непрактичное имя. Такое не проорешь как следует в минуту опасности… да и на стакане в «Старбаксе» написать не заставишь, если уж на то пошло.

    — Дуглас Адамс · книга
13. «

    — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

    — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

    — Гарет Робертс · книга
14. «

    Это с ним вам стоило бы поговорить. Вернее, послушать… если у вас выносливости хватит, – Романа замолчала, убедилась, что Доктора нет в пределах слышимости, и скромно добавила: – Я, видите ли, всего лишь его ассистентка.

    Это с ним вам стоило бы поговорить. Вернее, послушать… если у вас выносливости хватит, – Романа замолчала, убедилась, что Доктора нет в пределах слышимости, и скромно добавила: – Я, видите ли, всего лишь его ассистентка.

    — Дуглас Адамс · книга
15. «

    До сих самых пор Романа наблюдала за воссоединением семьи с чисто познавательным интересом. У галлифрейцев семей как таковых не было. В их привычки не входило объединяться в маленькие группы и орать друг на друга. Больше всего на родителя походил ее учитель – маленький, невероятно старый человечек, уже давно пропустивший плановую регенерацию (если вас интересует мнение Романы). Учителя она обожала, хотя и находила интеллектуально ограниченным. Он так жестко держался правил, что ей временами даже хотелось нарушить пару-тройку – просто чтобы посмотреть, как старый миляга будет реагировать. Контраст с этой командой был просто поразительный. Вот, значит, что такое семья. Несколько любителей побраниться, у которых очень мало общего и которые постоянно надоедают друг другу. Забавно, как они определяют себя по отношению к внешним авторитетным фигурам. Старик с наслаждением подчиняется статус-кво. Дети специально приходят домой, чтобы похвастаться своим непокорством. Видимо, привязанность они демонстрировали, когда приходили к согласию. Доктор вел себя совершенно не так. В этой системе координат он был сущим ребенком, не подчинявшимся никаким авторитетным фигурам. Значило ли это, что в таком случае она выступает в качестве его родительницы? Романа понадеялась, что нет. Бедняга Балатон из-за своей несгибаемости превратился почти в слабоумного. Скорее всего, Романа на него пока не похожа. Тогда возникает следующий вопрос: кто на борту ТАРДИС выступает за взрослого? Она еще немного об этом подумала. Ах, ну да. К-9, конечно. Он отлично подходит. И ему это даже нравится.

    До сих самых пор Романа наблюдала за воссоединением семьи с чисто познавательным интересом. У галлифрейцев семей как таковых не было. В их привычки не входило объединяться в маленькие группы и орать друг на друга. Больше всего на родителя походил ее учитель – маленький, невероятно старый человечек, уже давно пропустивший плановую регенерацию (если вас интересует мнение Романы). Учителя она обожала, хотя и находила интеллектуально ограниченным. Он так жестко держался правил, что ей временами даже хотелось нарушить пару-тройку – просто чтобы посмотреть, как старый миляга будет реагировать. Контраст с этой командой был просто поразительный. Вот, значит, что такое семья. Несколько любителей побраниться, у которых очень мало общего и которые постоянно надоедают друг другу. Забавно, как они определяют себя по отношению к внешним авторитетным фигурам. Старик с наслаждением подчиняется статус-кво. Дети специально приходят домой, чтобы похвастаться своим непокорством. Видимо, привязанность они демонстрировали, когда приходили к согласию. Доктор вел себя совершенно не так. В этой системе координат он был сущим ребенком, не подчинявшимся никаким авторитетным фигурам. Значило ли это, что в таком случае она выступает в качестве его родительницы? Романа понадеялась, что нет. Бедняга Балатон из-за своей несгибаемости превратился почти в слабоумного. Скорее всего, Романа на него пока не похожа. Тогда возникает следующий вопрос: кто на борту ТАРДИС выступает за взрослого? Она еще немного об этом подумала. Ах, ну да. К-9, конечно. Он отлично подходит. И ему это даже нравится.

    — Дуглас Адамс · книга
16. «

    — Между прочим, я только что спас тебя от далека! Вот ведь неблагодарная девчонка. — Который бы тут не появился, если бы ты о нем не подумал, – огрызнулась она.

    — Между прочим, я только что спас тебя от далека! Вот ведь неблагодарная девчонка. — Который бы тут не появился, если бы ты о нем не подумал, – огрызнулась она.

    — Дуглас Адамс · книга
17. «

    — Теперь-то в чем дело? – покосилась на него Романа. — Мы только что мило побеседовали о возможном конце света, – ответил он, качая головой. – Не в общих чертах, как студенты, у которых к двум часам утра закончилось пиво, а вполне конкретно о вполне конкретном конце света, который мог случиться сегодня.

    — Теперь-то в чем дело? – покосилась на него Романа. — Мы только что мило побеседовали о возможном конце света, – ответил он, качая головой. – Не в общих чертах, как студенты, у которых к двум часам утра закончилось пиво, а вполне конкретно о вполне конкретном конце света, который мог случиться сегодня.

    — Гарет Робертс · книга
18. «

    — Я хотела бы вам помочь. Но для этого у меня слишком мало информации. – Романа подошла к Скагре и положила руку ему на плечо. – Все это время вы боролись в одиночку. Но сейчас я могу разделить вашу ношу. Скагра вздрогнул от ее прикосновения. — Я бы этого хотел. Вы не похожи на остальных. — Я во многом похожа на вас, – мягко произнесла Романа, протягивая ему другую руку. Скагра поймал ее ладонь. В следующую секунду Романа перехватила его руку и с неожиданной силой приложила к большой кнопке на краю пульта управления. Она наблюдала за действиями Скагры достаточно долго, чтобы понять: эта клавиша запускает процесс самоуничтожения станции. Теперь же ладонь Скагры вдавила кнопку глубоко в панель. Романа делала все возможное, чтобы он не смог убрать руку – однако ему все-таки удалось вырваться. Отступив на шаг, Скагра ударил ее по лицу, прорычав: «Ведьма!» Несколько краагов по его команде шагнули к пульту управления. — Уничтожить ее, повелитель? – спросил их командир. — Уничтожить! – заорал Скагра.

    — Я хотела бы вам помочь. Но для этого у меня слишком мало информации. – Романа подошла к Скагре и положила руку ему на плечо. – Все это время вы боролись в одиночку. Но сейчас я могу разделить вашу ношу. Скагра вздрогнул от ее прикосновения. — Я бы этого хотел. Вы не похожи на остальных. — Я во многом похожа на вас, – мягко произнесла Романа, протягивая ему другую руку. Скагра поймал ее ладонь. В следующую секунду Романа перехватила его руку и с неожиданной силой приложила к большой кнопке на краю пульта управления. Она наблюдала за действиями Скагры достаточно долго, чтобы понять: эта клавиша запускает процесс самоуничтожения станции. Теперь же ладонь Скагры вдавила кнопку глубоко в панель. Романа делала все возможное, чтобы он не смог убрать руку – однако ему все-таки удалось вырваться. Отступив на шаг, Скагра ударил ее по лицу, прорычав: «Ведьма!» Несколько краагов по его команде шагнули к пульту управления. — Уничтожить ее, повелитель? – спросил их командир. — Уничтожить! – заорал Скагра.

    — Гарет Робертс · книга
19. «

    — Ты обещал мне конец света, а притащил на матч по крикету? — Любой истинный англичанин сказал бы тебе, что это одно и то же.

    — Ты обещал мне конец света, а притащил на матч по крикету? — Любой истинный англичанин сказал бы тебе, что это одно и то же.

    — Дуглас Адамс · книга
20. «

    — Нет, Доктор. Я отправлю кого-нибудь другого. — Если это — Мастер, мне следует быть там. — Это слишком опасно! — Что может быть хуже выступления перед моими несчастными кузенами! Заполнение отчетов Летбридж-Стюарту? Завтрак с ужасной Зодин?.. — Но это верно. Матрица предсказывает девяносто шесть процентов фатальной раны, — сказал Ферейн. Доктор закрыл глаза и спокойно сказал: — Тогда у меня остается четыре процента.

    — Нет, Доктор. Я отправлю кого-нибудь другого. — Если это — Мастер, мне следует быть там. — Это слишком опасно! — Что может быть хуже выступления перед моими несчастными кузенами! Заполнение отчетов Летбридж-Стюарту? Завтрак с ужасной Зодин?.. — Но это верно. Матрица предсказывает девяносто шесть процентов фатальной раны, — сказал Ферейн. Доктор закрыл глаза и спокойно сказал: — Тогда у меня остается четыре процента.

    — Марк Платт · книга