42 фразы персонажа «Шут» — избранное

42 цитаты персонажа «Шут» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   А когда желудок пуст, Человеку не до чувств.

   А когда желудок пуст, Человеку не до чувств.

   — Много шума из ничего (1973) · фильм
2. «

   Того, кто служит за барыш И только деньги ценит, В опасности не сохранишь, И он в беде изменит.

   Того, кто служит за барыш И только деньги ценит, В опасности не сохранишь, И он в беде изменит.

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   — Ну вот. Какая нехорошая леди… а вы, между прочим, мне едва не понравились! Я уже хотел назвать вас Королевой Бала!! Я резко остановилась и повернулась к шуту, которому вдруг пришла в голову не слишком удачная мысль бодро шлепнуться на пол, поджав под себя ноги и скрестив их по-турецки. — Кем? — Королевой! Что, передумали? — хитро прищурился он, но мне уже было не до шуток. Неторопливо вернувшись, я присела, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и, позволив платью белоснежным цветком распластаться по красивому паркету, тихо сказала: — Не стоит меня так принижать, господин шут. И не нужно присваивать мне недостойных званий. У Тим-Тима неприлично отвисла челюсть. — Что?!! — Каждая женщина в душе своей — королева, — так же тихо сказала я. — Поэтому, называя леди королевой всего одной ночи, вы, господин шут, рискуете ее смертельно оскорбить. Надеюсь, вы понимаете, почему? Он ошарашено моргнул и не нашелся, что возразить. Только и спросил растеряно: — Ну… прямо-таки и смертельно? Я хищно улыбнулась, на мгновение вернувшись в недобрый образ Фантома, и вкрадчиво спросила: — Разве вы не знаете, господин шут, что женщины по природе своей гораздо более опасные существа, чем мужчины? И разве никогда не замечали, что порой от хлесткой пощечины вас спасает только белая перчатка? Под моим тяжелым взглядом он странно вздрогнул, отполз назад и уставился, как кролик на удава. Даже побледнел слегка под гримом, хотя, может, мне и почудилось. — П-почему перчатка? И почему именно белая? — Чтобы не запачкаться, — серьезно ответила я.

   — Ну вот. Какая нехорошая леди… а вы, между прочим, мне едва не понравились! Я уже хотел назвать вас Королевой Бала!! Я резко остановилась и повернулась к шуту, которому вдруг пришла в голову не слишком удачная мысль бодро шлепнуться на пол, поджав под себя ноги и скрестив их по-турецки. — Кем? — Королевой! Что, передумали? — хитро прищурился он, но мне уже было не до шуток. Неторопливо вернувшись, я присела, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и, позволив платью белоснежным цветком распластаться по красивому паркету, тихо сказала: — Не стоит меня так принижать, господин шут. И не нужно присваивать мне недостойных званий. У Тим-Тима неприлично отвисла челюсть. — Что?!! — Каждая женщина в душе своей — королева, — так же тихо сказала я. — Поэтому, называя леди королевой всего одной ночи, вы, господин шут, рискуете ее смертельно оскорбить. Надеюсь, вы понимаете, почему? Он ошарашено моргнул и не нашелся, что возразить. Только и спросил растеряно: — Ну… прямо-таки и смертельно? Я хищно улыбнулась, на мгновение вернувшись в недобрый образ Фантома, и вкрадчиво спросила: — Разве вы не знаете, господин шут, что женщины по природе своей гораздо более опасные существа, чем мужчины? И разве никогда не замечали, что порой от хлесткой пощечины вас спасает только белая перчатка? Под моим тяжелым взглядом он странно вздрогнул, отполз назад и уставился, как кролик на удава. Даже побледнел слегка под гримом, хотя, может, мне и почудилось. — П-почему перчатка? И почему именно белая? — Чтобы не запачкаться, — серьезно ответила я.

   — Александра Лисина · книга
4. «

   На старом сливовом дереве в цвету южная ветвь так же обладает весной, как и северная.

   На старом сливовом дереве в цвету южная ветвь так же обладает весной, как и северная.

   — Юрий Вяземский · книга
5. «

   Отходи в сторону, когда с горы катится большое колесо, а то оно сломает тебе шею. Но хватайся за него, если оно подымается в гору.

   Отходи в сторону, когда с горы катится большое колесо, а то оно сломает тебе шею. Но хватайся за него, если оно подымается в гору.

   — Уильям Шекспир · книга
6. «

   Не следует стариться, пока не поумнеешь.

   Не следует стариться, пока не поумнеешь.

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   Судьба корыстная блудница, она с голодным не ложится.

   Судьба корыстная блудница, она с голодным не ложится.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Существуют рожденный и нерожденный. Нерожденный способен породить рожденного, а тот не может не родиться. Поэтому всегда рождаются...

   Существуют рожденный и нерожденный. Нерожденный способен породить рожденного, а тот не может не родиться. Поэтому всегда рождаются...

   — Юрий Вяземский · книга
9. «

   Когда я ввел жену в свой дом - Пошло все в доме кувырком.

   Когда я ввел жену в свой дом - Пошло все в доме кувырком.

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    Каково у нас питание, таково и воспитание.

    Каково у нас питание, таково и воспитание.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    Для дураков — печальный день: Все умники страны Мозги надели набекрень И стали им равны!

    Для дураков — печальный день: Все умники страны Мозги надели набекрень И стали им равны!

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    Жизнь — это непрестанная борьба, в которой каждый борется своим оружием. Умный — своим умом, сильный — силой, подлый — подлостью и т.д.

    Жизнь — это непрестанная борьба, в которой каждый борется своим оружием. Умный — своим умом, сильный — силой, подлый — подлостью и т.д.

    — Юрий Вяземский · книга
13. «

    Кто служит только для того, чтоб извлекать доходы, Тебя оставит одного во время непогоды.

    Кто служит только для того, чтоб извлекать доходы, Тебя оставит одного во время непогоды.

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    Правду всегда гонят из дому, как сторожевую собаку, а лесть лежит в комнате и воняет, как левретка.

    Правду всегда гонят из дому, как сторожевую собаку, а лесть лежит в комнате и воняет, как левретка.

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Шут всегда помнит, что самый опасный его противник — он сам.

    Шут всегда помнит, что самый опасный его противник — он сам.

    — Юрий Вяземский · книга
16. «

    Правда — это дворовая собака, которую выгоняют хлыстом; а госпожа борзая может оставаться у камина, даже когда воняет.

    Правда — это дворовая собака, которую выгоняют хлыстом; а госпожа борзая может оставаться у камина, даже когда воняет.

    — Уильям Шекспир · книга
17. «

    Однажды Володя Кондрашов спросил Шута: Послушай, Валя, почему у тебя нет прозвища? Ведь у всех в классе есть какое-нибудь прозвище. Шут ответил ему вопросом на вопрос: А у тебя тоже есть какое-нибудь прозвище? — Да, меня все зовут Кондриком. — Вот видишь, — улыбнулся Шут. — А меня все зовут Валей.

    Однажды Володя Кондрашов спросил Шута: Послушай, Валя, почему у тебя нет прозвища? Ведь у всех в классе есть какое-нибудь прозвище. Шут ответил ему вопросом на вопрос: А у тебя тоже есть какое-нибудь прозвище? — Да, меня все зовут Кондриком. — Вот видишь, — улыбнулся Шут. — А меня все зовут Валей.

    — Юрий Вяземский · книга
18. «

    Наживайся тайком, Не мели языком, Меньше бегай пешком, Больше езди верхом, Не нуждайся ни в ком, Не водись с игроком, Не гуляй, не кути, А сиди взаперти.

    Наживайся тайком, Не мели языком, Меньше бегай пешком, Больше езди верхом, Не нуждайся ни в ком, Не водись с игроком, Не гуляй, не кути, А сиди взаперти.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Простите, пожалуйста: я вас принял за скамейку.

    Простите, пожалуйста: я вас принял за скамейку.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Был создан мир Бог весть когда - И дождь, и град, и ветер, - Но мы сюда вас ждем, господа, И смешить хотим каждый вечер.

    Был создан мир Бог весть когда - И дождь, и град, и ветер, - Но мы сюда вас ждем, господа, И смешить хотим каждый вечер.

    — Уильям Шекспир · книга