17 цитат персонажа «Соня» — читать онлайн

Собрали 17 цитат персонажа «Соня» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   На другой стороне глобуса я стою в тапках, курю и пью кока-колу. Надо мною — совсем иная карта звёздного неба. По этой мостовой бродят люди, говорящие на другом языке. Милый продавец ночного магазина пьёт отвратительный кофе, а я... Я — на другой стороне глобуса, стою в тапках, курю и пью кока-колу...

   На другой стороне глобуса я стою в тапках, курю и пью кока-колу. Надо мною — совсем иная карта звёздного неба. По этой мостовой бродят люди, говорящие на другом языке. Милый продавец ночного магазина пьёт отвратительный кофе, а я... Я — на другой стороне глобуса, стою в тапках, курю и пью кока-колу...

   — Татьяна Соломатина · книга
2. «

   Покончив с этим, она обернулась к Соне и снова спросила: — Почему они жили под ключом? Соня подумала немного и сказала: — Чтобы сироп к ним капал сверху. Это был сиропный ключ.

   Покончив с этим, она обернулась к Соне и снова спросила: — Почему они жили под ключом? Соня подумала немного и сказала: — Чтобы сироп к ним капал сверху. Это был сиропный ключ.

   — Льюис Кэрролл · книга
3. «

   — Я расту как все, прилично, — сказала Соня. — А ты безобразничаешь!

   — Я расту как все, прилично, — сказала Соня. — А ты безобразничаешь!

   — Льюис Кэрролл · книга
4. «

   Король забылся, и предал народ ради собственной выгоды.

   Король забылся, и предал народ ради собственной выгоды.
5. «

   Ну, конечно, твоя идиотская привычка — одно из правил, но пить чай в баре — это нечто.

   Ну, конечно, твоя идиотская привычка — одно из правил, но пить чай в баре — это нечто.
6. «

   Что же делать, надо жить! Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный, длинный ряд дней, долгих вечеров; будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба; будем трудиться для других и теперь и в старости, не зная покоя, а когда наступит наш час, мы покорно умрём и там за гробом мы скажем, что мы страдали, что мы плакали, что нам было горько, и Бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой — и отдохнём. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно... Мы отдохнём!

   Что же делать, надо жить! Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный, длинный ряд дней, долгих вечеров; будем терпеливо сносить испытания, какие пошлет нам судьба; будем трудиться для других и теперь и в старости, не зная покоя, а когда наступит наш час, мы покорно умрём и там за гробом мы скажем, что мы страдали, что мы плакали, что нам было горько, и Бог сжалится над нами, и мы с тобою, дядя, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, изящную, мы обрадуемся и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением, с улыбкой — и отдохнём. Я верую, дядя, я верую горячо, страстно... Мы отдохнём!

   — Антон Павлович Чехов · книга
7. «

   Я получила посылку. Такую странную... Там, среди прочего, тёплое бельё: что-то вроде трико с кальсонами. Ну, по женскому любопытству стала примерять... да и сослепу засунула обе ноги в одну штанину. Тут у меня приступ случился, сердечный. Стою и думаю: вот сейчас помру, и так меня и найдут — с двумя ногами в одной штанине! Смешно стало. От смеха и приступ прошёл.

   Я получила посылку. Такую странную... Там, среди прочего, тёплое бельё: что-то вроде трико с кальсонами. Ну, по женскому любопытству стала примерять... да и сослепу засунула обе ноги в одну штанину. Тут у меня приступ случился, сердечный. Стою и думаю: вот сейчас помру, и так меня и найдут — с двумя ногами в одной штанине! Смешно стало. От смеха и приступ прошёл.

   — Дневник его жены · фильм
8. «

   Когда женщина некрасива, то ей говорят: «У вас прекрасные глаза, у вас прекрасные волосы...»

   Когда женщина некрасива, то ей говорят: «У вас прекрасные глаза, у вас прекрасные волосы...»

   — Антон Павлович Чехов · книга
9. «

   — Но я считаю, секс без любви — это скучно. — А любовь без секса — ещё скучнее.

   — Но я считаю, секс без любви — это скучно. — А любовь без секса — ещё скучнее.

   — Юрий Поляков · книга
10. «

    Я уже думала о тебе в третьем лице, в моих мыслях ты стал для меня «он», думая о тебе я уже не обращалась к тебе непосредственно, а будто говорила о тебе с кем-то другим, с кем-то, кто стал мне ближе, чем ты и этот «кто-то» — был мой разум. Так я стала тебе чужой.

    Я уже думала о тебе в третьем лице, в моих мыслях ты стал для меня «он», думая о тебе я уже не обращалась к тебе непосредственно, а будто говорила о тебе с кем-то другим, с кем-то, кто стал мне ближе, чем ты и этот «кто-то» — был мой разум. Так я стала тебе чужой.

    — Марк Агеев · книга
11. «

    Профессия мужчины — быть мужчиной. Остальное — хобби...

    Профессия мужчины — быть мужчиной. Остальное — хобби...

    — Юрий Поляков · книга
12. «

    День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

    День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

    — Юрий Поляков · книга
13. «

    Почему на меня всю жизнь всякая ерунда сыплется?

    Почему на меня всю жизнь всякая ерунда сыплется?
14. «

    — Так вот, — продолжала Соня, — этот самый мармелад они ели или пили — делали что хотели... Тут Алиса не выдержала. — Как же это они пили мармелад?! — закричала она. — Этого не может быть! — А кто сказал, что они его пили? — спросила Соня. — Как — кто? Вы сами сказали. — Я сказала — они его ели! — ответила Соня. — Ели и лепили! Лепили из него все, что хотели, — все, что начинается на букву М.

    — Так вот, — продолжала Соня, — этот самый мармелад они ели или пили — делали что хотели... Тут Алиса не выдержала. — Как же это они пили мармелад?! — закричала она. — Этого не может быть! — А кто сказал, что они его пили? — спросила Соня. — Как — кто? Вы сами сказали. — Я сказала — они его ели! — ответила Соня. — Ели и лепили! Лепили из него все, что хотели, — все, что начинается на букву М.

    — Льюис Кэрролл · книга
15. «

    Вы когда-нибудь испытывали чувство вины? Может, вы бросили жену и детей, оставили их без гроша за душой, а может кого-то убили? Родственника или соседа? И от этого у вас под ложечкой неприятное ощущение, которое потихоньку растет и превращается в ноющую пульсирующую боль, которая гложет вас, лишает уверенности, заставляет вас чувствовать себя жалким, несчастным и напуганным. Так вот, бояться больше нечего, потому что в продажу поступила чистая совесть, самое последнее поступление из замечательного чуда из чудес — Червонного казино!

    Вы когда-нибудь испытывали чувство вины? Может, вы бросили жену и детей, оставили их без гроша за душой, а может кого-то убили? Родственника или соседа? И от этого у вас под ложечкой неприятное ощущение, которое потихоньку растет и превращается в ноющую пульсирующую боль, которая гложет вас, лишает уверенности, заставляет вас чувствовать себя жалким, несчастным и напуганным. Так вот, бояться больше нечего, потому что в продажу поступила чистая совесть, самое последнее поступление из замечательного чуда из чудес — Червонного казино!
16. «

    Она верила в судьбу. Какими бы путями ты ни шел, все они в конце концов «приведут тебя к твоему предназначению».

    Она верила в судьбу. Какими бы путями ты ни шел, все они в конце концов «приведут тебя к твоему предназначению».

    — Фредрик Бакман · книга
17. «

    Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим всё небо в алмазах, мы увидим, как всё зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую...

    Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим всё небо в алмазах, мы увидим, как всё зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую...

    — Антон Павлович Чехов · книга