28 цитат персонажа «Соня» — подборка редакции

Собрали 28 цитат персонажа «Соня» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

   День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

   — Юрий Поляков · книга
2. «

   Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим всё небо в алмазах, мы увидим, как всё зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую...

   Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим всё небо в алмазах, мы увидим, как всё зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую...

   — Антон Павлович Чехов · книга
3. «

   — Да я бы все не плакала...я бы все не плакала, но ты не можешь...никто не может понять...какая у него душа... И она опять принялась плакать о том, что душа его была так хороша.

   — Да я бы все не плакала...я бы все не плакала, но ты не можешь...никто не может понять...какая у него душа... И она опять принялась плакать о том, что душа его была так хороша.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
4. «

   В восемнадцать лет оно ещё понятно. К тебе подходит пузан в дымчатых очках: «Деточка, я ставлю «Алые паруса». Мне нужна Ассоль!» И ты таешь, как эскимо. Потом выясняется: ничего он не ставит, а ты ему нужна, чтобы нахлобучить на свой озабоченный вагиноискатель. Но клюнуть на это в тридцать... два...

   В восемнадцать лет оно ещё понятно. К тебе подходит пузан в дымчатых очках: «Деточка, я ставлю «Алые паруса». Мне нужна Ассоль!» И ты таешь, как эскимо. Потом выясняется: ничего он не ставит, а ты ему нужна, чтобы нахлобучить на свой озабоченный вагиноискатель. Но клюнуть на это в тридцать... два...

   — Юрий Поляков · книга
5. «

   — Так вот, — продолжала Соня, — этот самый мармелад они ели или пили — делали что хотели... Тут Алиса не выдержала. — Как же это они пили мармелад?! — закричала она. — Этого не может быть! — А кто сказал, что они его пили? — спросила Соня. — Как — кто? Вы сами сказали. — Я сказала — они его ели! — ответила Соня. — Ели и лепили! Лепили из него все, что хотели, — все, что начинается на букву М.

   — Так вот, — продолжала Соня, — этот самый мармелад они ели или пили — делали что хотели... Тут Алиса не выдержала. — Как же это они пили мармелад?! — закричала она. — Этого не может быть! — А кто сказал, что они его пили? — спросила Соня. — Как — кто? Вы сами сказали. — Я сказала — они его ели! — ответила Соня. — Ели и лепили! Лепили из него все, что хотели, — все, что начинается на букву М.

   — Льюис Кэрролл · книга
6. «

   «Полюбить кого-то – это всё равно как поселиться в новом доме, – говорила Соня. – Сперва тебе нравится, всё-то в нём новое, и каждое утро себе удивляешься: да неужто это всё моё? Всё боишься: ну ворвётся кто да закричит: дескать, произошло страшное недоразумение, никто не собирался селить вас в такие хоромы. Но годы идут, фасад ветшает, одна трещинка пошла, другая. И ты начинаешь любить дом уже не за достоинства, а скорее за недостатки. С закрытыми глазами помнишь все его углы и закутки. Умеешь так хитро повернуть ключ, чтобы не заело замок и дом впустил тебя с мороза. Знаешь, какие половицы прогибаются под ногами. Как открыть платяной шкаф, чтоб не скрипнули дверцы. Из таких вот секретов и тайн и складывается твой дом». Уве иной раз недоумевал, уж не он ли сам тот скрипучий шкаф? Недаром Соня, осерчав на него, нет-нет да проворчит: «Иной раз только руками разведёшь: как поправим дом, когда у него даже фундамент наперекосяк». Прекрасно Уве знал, что она имеет в виду.

   «Полюбить кого-то – это всё равно как поселиться в новом доме, – говорила Соня. – Сперва тебе нравится, всё-то в нём новое, и каждое утро себе удивляешься: да неужто это всё моё? Всё боишься: ну ворвётся кто да закричит: дескать, произошло страшное недоразумение, никто не собирался селить вас в такие хоромы. Но годы идут, фасад ветшает, одна трещинка пошла, другая. И ты начинаешь любить дом уже не за достоинства, а скорее за недостатки. С закрытыми глазами помнишь все его углы и закутки. Умеешь так хитро повернуть ключ, чтобы не заело замок и дом впустил тебя с мороза. Знаешь, какие половицы прогибаются под ногами. Как открыть платяной шкаф, чтоб не скрипнули дверцы. Из таких вот секретов и тайн и складывается твой дом». Уве иной раз недоумевал, уж не он ли сам тот скрипучий шкаф? Недаром Соня, осерчав на него, нет-нет да проворчит: «Иной раз только руками разведёшь: как поправим дом, когда у него даже фундамент наперекосяк». Прекрасно Уве знал, что она имеет в виду.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   Вы когда-нибудь испытывали чувство вины? Может, вы бросили жену и детей, оставили их без гроша за душой, а может кого-то убили? Родственника или соседа? И от этого у вас под ложечкой неприятное ощущение, которое потихоньку растет и превращается в ноющую пульсирующую боль, которая гложет вас, лишает уверенности, заставляет вас чувствовать себя жалким, несчастным и напуганным. Так вот, бояться больше нечего, потому что в продажу поступила чистая совесть, самое последнее поступление из замечательного чуда из чудес — Червонного казино!

   Вы когда-нибудь испытывали чувство вины? Может, вы бросили жену и детей, оставили их без гроша за душой, а может кого-то убили? Родственника или соседа? И от этого у вас под ложечкой неприятное ощущение, которое потихоньку растет и превращается в ноющую пульсирующую боль, которая гложет вас, лишает уверенности, заставляет вас чувствовать себя жалким, несчастным и напуганным. Так вот, бояться больше нечего, потому что в продажу поступила чистая совесть, самое последнее поступление из замечательного чуда из чудес — Червонного казино!
8. «

   … Уве всё гадал, ну почему она выбрала его. Она ведь любит всякие абстрактные вещи – музыку там, книги, всякие чудные слова. Уве же человек дела. Ему по душе отвёртки и масляные фильтры. Он шёл по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она – танцуя. – Одного солнечного луча довольно, чтобы прогнать все тени, – ответила она, когда он поинтересовался, откуда в ней эдакая прорва оптимизма.

   … Уве всё гадал, ну почему она выбрала его. Она ведь любит всякие абстрактные вещи – музыку там, книги, всякие чудные слова. Уве же человек дела. Ему по душе отвёртки и масляные фильтры. Он шёл по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она – танцуя. – Одного солнечного луча довольно, чтобы прогнать все тени, – ответила она, когда он поинтересовался, откуда в ней эдакая прорва оптимизма.

   — Фредрик Бакман · книга
9. «

   — Но я считаю, секс без любви — это скучно. — А любовь без секса — ещё скучнее.

   — Но я считаю, секс без любви — это скучно. — А любовь без секса — ещё скучнее.

   — Юрий Поляков · книга
10. «

    – Обещай теперь любить меня вдвое сильнее прежнего. И Уве пообещал. Хотя прекрасно знал, что любить сильнее, чем любит сейчас, просто невозможно.

    – Обещай теперь любить меня вдвое сильнее прежнего. И Уве пообещал. Хотя прекрасно знал, что любить сильнее, чем любит сейчас, просто невозможно.

    — Фредрик Бакман · книга
11. «

    Уве, блажен не тот, кто принимает подаяние. Блажен, кто подает.

    Уве, блажен не тот, кто принимает подаяние. Блажен, кто подает.

    — Фредрик Бакман · книга
12. «

    Удивительно, как мало мы знаем о самых близких людях.

    Удивительно, как мало мы знаем о самых близких людях.

    — Кармен Мола · книга
13. «

    Я уже думала о тебе в третьем лице, в моих мыслях ты стал для меня «он», думая о тебе я уже не обращалась к тебе непосредственно, а будто говорила о тебе с кем-то другим, с кем-то, кто стал мне ближе, чем ты и этот «кто-то» — был мой разум. Так я стала тебе чужой.

    Я уже думала о тебе в третьем лице, в моих мыслях ты стал для меня «он», думая о тебе я уже не обращалась к тебе непосредственно, а будто говорила о тебе с кем-то другим, с кем-то, кто стал мне ближе, чем ты и этот «кто-то» — был мой разум. Так я стала тебе чужой.

    — Марк Агеев · книга
14. «

    На другой стороне глобуса я стою в тапках, курю и пью кока-колу. Надо мною — совсем иная карта звёздного неба. По этой мостовой бродят люди, говорящие на другом языке. Милый продавец ночного магазина пьёт отвратительный кофе, а я... Я — на другой стороне глобуса, стою в тапках, курю и пью кока-колу...

    На другой стороне глобуса я стою в тапках, курю и пью кока-колу. Надо мною — совсем иная карта звёздного неба. По этой мостовой бродят люди, говорящие на другом языке. Милый продавец ночного магазина пьёт отвратительный кофе, а я... Я — на другой стороне глобуса, стою в тапках, курю и пью кока-колу...

    — Татьяна Соломатина · книга
15. «

    «Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно – на то, чтобы жить. Уве, надо идти вперед!» И они пошли.

    «Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно – на то, чтобы жить. Уве, надо идти вперед!» И они пошли.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    [Федор считает деньги] — Мало! — Если ты девушке нравишься, достаточно, а не нравишься — миллиона не хватит. Поэтому жениться надо по любви. Дешевле выходит.

    [Федор считает деньги] — Мало! — Если ты девушке нравишься, достаточно, а не нравишься — миллиона не хватит. Поэтому жениться надо по любви. Дешевле выходит.

    — Юрий Поляков · книга
17. «

    Она верила в судьбу. Какими бы путями ты ни шел, все они в конце концов «приведут тебя к твоему предназначению».

    Она верила в судьбу. Какими бы путями ты ни шел, все они в конце концов «приведут тебя к твоему предназначению».

    — Фредрик Бакман · книга
18. «

    — Кто это? [Эдик, выглядывая с опаской из ванной]. — Муж! — Кошмар! — У тебя три минуты, чтобы исчезнуть. — Почему так мало? — Не лезь в мою семейную жизнь!

    — Кто это? [Эдик, выглядывая с опаской из ванной]. — Муж! — Кошмар! — У тебя три минуты, чтобы исчезнуть. — Почему так мало? — Не лезь в мою семейную жизнь!

    — Юрий Поляков · книга
19. «

    — Мое тело... Исчезает. — Ваше Величество... Спасибо вам за все, что вы сделали. Вы ведь спасли меня. — Соня... Я впервые... Вижу твою улыбку. — А я впервые увидела слёзы дракона...

    — Мое тело... Исчезает. — Ваше Величество... Спасибо вам за все, что вы сделали. Вы ведь спасли меня. — Соня... Я впервые... Вижу твою улыбку. — А я впервые увидела слёзы дракона...

    — Соня · аниме
20. «

    Ну, конечно, твоя идиотская привычка — одно из правил, но пить чай в баре — это нечто.

    Ну, конечно, твоя идиотская привычка — одно из правил, но пить чай в баре — это нечто.