25 цитат персонажа «Тед» — топ по популярности

25 цитат персонажа «Тед» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Могучий боевой киборг, гроза углеводов!

   Могучий боевой киборг, гроза углеводов!

   — Ольга Громыко · книга
2. «

   – Красота спасет мир! – Красота – это прям супергерой какой-то…

   – Красота спасет мир! – Красота – это прям супергерой какой-то…

   — Александр Вяземка · книга
3. «

   – Стоит ли судить о человеке по его прошлому? Или же стоит судить о нем по его настоящему? – О человеке стоит судить по его принципам, а даже не поступкам. Мы не всегда знаем, что стоит за поступками, пусть они и вызывают у нас резкое отторжение. Но что если это поступки людей, принципы которых нам близки?

   – Стоит ли судить о человеке по его прошлому? Или же стоит судить о нем по его настоящему? – О человеке стоит судить по его принципам, а даже не поступкам. Мы не всегда знаем, что стоит за поступками, пусть они и вызывают у нас резкое отторжение. Но что если это поступки людей, принципы которых нам близки?

   — Александр Вяземка · книга
4. «

   — Ну что, попробуем тортик? — предложил Теодор, когда все осушили бокалы. Тортик был на его совести, и, вспоминая процесс готовки, пилот слегка нервничал. — Будем надеяться, что он съедобный. Потому что мы вообще-то собирались испечь «Триумф Дарта Вейдера», но благодаря кое-кому… — Я честно предупредил, что не умею готовить! — отбивался Дэн, чья авангардная методика отделения желтков от белков произвела на Теда неизгладимое впечатление. — Но ты не говорил, что тебя, похоже, вообще никогда на кухню не пускали! — Пускали, — с достоинством возразил рыжий. — Посуду мыть.

   — Ну что, попробуем тортик? — предложил Теодор, когда все осушили бокалы. Тортик был на его совести, и, вспоминая процесс готовки, пилот слегка нервничал. — Будем надеяться, что он съедобный. Потому что мы вообще-то собирались испечь «Триумф Дарта Вейдера», но благодаря кое-кому… — Я честно предупредил, что не умею готовить! — отбивался Дэн, чья авангардная методика отделения желтков от белков произвела на Теда неизгладимое впечатление. — Но ты не говорил, что тебя, похоже, вообще никогда на кухню не пускали! — Пускали, — с достоинством возразил рыжий. — Посуду мыть.

   — Ольга Громыко · книга
5. «

   – Чем вы тут без меня занимаетесь? – Дочищаю грузовое отделение! Не успел капитан приятно удивиться такой инициативе, как парень выпрямился и повернулся к нему лицом. Станислав вздрогнул и отшатнулся: – Оно что, отбивается?!

   – Чем вы тут без меня занимаетесь? – Дочищаю грузовое отделение! Не успел капитан приятно удивиться такой инициативе, как парень выпрямился и повернулся к нему лицом. Станислав вздрогнул и отшатнулся: – Оно что, отбивается?!

   — Ольга Громыко · книга
6. «

   – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

   – Пап, никто никому ничего не должен. – Правильно. Каждый себя от долга перед другими освободил. Каждый сам определяет для себя свой долг, его природу и меру. – Ну и отлично. Теперь свобода, папа. Нет больше рабства долга. – Да не рабство это было, а нити общности. Только носить их было так же тяжело, как зимнюю одежду летом. Освободив себя от долга перед другими, человек оказался без поддержки других членов социума. Он оказался никому не нужен. Вот она, истинная природа принципа «никто никому ничего не должен» – власть одиночества. Никто… никому… не-ин-те-ре-сен! Не ну-жен!

   — Александр Вяземка · книга
7. «

   [Френсиса было легко победить, столкнувши его в чан с супер-смесью, которую он хотел использовать на щенков.] — Родители заперты в коробке, и её не сдвинуть. Малыш, я знаю, как переместить коробку, при помощи щенков. — Полетели. Забрасывай меня, я открою. [Открыв щенков до запуска, щенки вывалились все с ракеты, тем самым подымая и перемещая коробку с родителями. Так же ракета улетела без щенков, так что план Френсиса не работал] — Получилось. Победили. — Тим, что там происходит? Вы в порядке? [Открыв родителей.] Ты нас спас. Ты наш герой. И чудесный старший брат. Мы так вас любим. — Обоих?! — Любим всем сердцем.

   [Френсиса было легко победить, столкнувши его в чан с супер-смесью, которую он хотел использовать на щенков.] — Родители заперты в коробке, и её не сдвинуть. Малыш, я знаю, как переместить коробку, при помощи щенков. — Полетели. Забрасывай меня, я открою. [Открыв щенков до запуска, щенки вывалились все с ракеты, тем самым подымая и перемещая коробку с родителями. Так же ракета улетела без щенков, так что план Френсиса не работал] — Получилось. Победили. — Тим, что там происходит? Вы в порядке? [Открыв родителей.] Ты нас спас. Ты наш герой. И чудесный старший брат. Мы так вас любим. — Обоих?! — Любим всем сердцем.

   — Босс-молокосос · мультфильм
8. «

   Мы создали думающие машины, а надо было – чувствующие!

   Мы создали думающие машины, а надо было – чувствующие!

   — Александр Вяземка · книга
9. «

   ...мужчина не может быть с женщиной, которая отказывает ему в сочувствии.

   ...мужчина не может быть с женщиной, которая отказывает ему в сочувствии.

   — Александр Вяземка · книга
10. «

    – Да, но… это уже эпидемия! Настоящая эпидемия одиночеств! Понимаешь, твоя жизнь – это даже не жизнь холостяка. Ты – отшельник. У холостяка хоть какое-то подобие личной жизни. У него хотя бы есть подружка, которую он то любит, то бросает. – Вот – то любит, то бросает… И кому нужна такая суета? – Сердцу. – Шутишь. – Вовсе нет. Сердцу нужно томиться. Сердцу нужно скакать. Это держит его в тонусе. – Прямо комплекс упражнений для сердца… – Конечно. Есть упражнения для ума – чтобы ум был острым. А есть и для сердца – чтобы оно не забывало, в чем его предназначение. – А в чем его предназначение? У ума, понимаю, – думать. А у сердца? – У сердца – чувствовать.

    – Да, но… это уже эпидемия! Настоящая эпидемия одиночеств! Понимаешь, твоя жизнь – это даже не жизнь холостяка. Ты – отшельник. У холостяка хоть какое-то подобие личной жизни. У него хотя бы есть подружка, которую он то любит, то бросает. – Вот – то любит, то бросает… И кому нужна такая суета? – Сердцу. – Шутишь. – Вовсе нет. Сердцу нужно томиться. Сердцу нужно скакать. Это держит его в тонусе. – Прямо комплекс упражнений для сердца… – Конечно. Есть упражнения для ума – чтобы ум был острым. А есть и для сердца – чтобы оно не забывало, в чем его предназначение. – А в чем его предназначение? У ума, понимаю, – думать. А у сердца? – У сердца – чувствовать.

    — Александр Вяземка · книга
11. «

    То, что называется красивым именем «борьба за выживание», частенько – не более чем обычная, вульгарная драка.

    То, что называется красивым именем «борьба за выживание», частенько – не более чем обычная, вульгарная драка.

    — Александр Вяземка · книга
12. «

    – Я юн душой и сердцем! – К сожалению, еще и умом.

    – Я юн душой и сердцем! – К сожалению, еще и умом.

    — Александр Вяземка · книга
13. «

    – Интересно, в моем контракте что-нибудь сказано про пытки?! – Только про регулярные физические упражнения для поддержания формы, – немедленно доложил Дэн. – Которые капитан или доктор могут назначить в обязательном порядке.

    – Интересно, в моем контракте что-нибудь сказано про пытки?! – Только про регулярные физические упражнения для поддержания формы, – немедленно доложил Дэн. – Которые капитан или доктор могут назначить в обязательном порядке.

    — Ольга Громыко · книга
14. «

    Просто сестра – это такая зараза, которую вроде как и любишь больше всех, но и выбешивает она почему-то ужасно!

    Просто сестра – это такая зараза, которую вроде как и любишь больше всех, но и выбешивает она почему-то ужасно!

    — Ольга Громыко · книга
15. «

    — А ваш капитан как, не против незваных гостей? — на всякий случай уточнил Теодор. Мисс Отвертка сдавленно фыркнула, вспомнив произнесенную Роджером фразу из примерно дюжины слов, где не японскими и не матерными были только начальное «каких» и заключительное «принесло».

    — А ваш капитан как, не против незваных гостей? — на всякий случай уточнил Теодор. Мисс Отвертка сдавленно фыркнула, вспомнив произнесенную Роджером фразу из примерно дюжины слов, где не японскими и не матерными были только начальное «каких» и заключительное «принесло».

    — Ольга Громыко · книга
16. «

    А наши подростковые мысли? То, что занимало наши головы, оно же все было на заборах. Никто не писал на заборах цитаты из классиков. Ты видела на заборе хоть одну цитату из Твена или Хемингуэя? Я – нет. Самое безобидное из того, что мы писали на заборах – это «Моника, я буду любить тебя вечно» и «Моника – дура».

    А наши подростковые мысли? То, что занимало наши головы, оно же все было на заборах. Никто не писал на заборах цитаты из классиков. Ты видела на заборе хоть одну цитату из Твена или Хемингуэя? Я – нет. Самое безобидное из того, что мы писали на заборах – это «Моника, я буду любить тебя вечно» и «Моника – дура».

    — Александр Вяземка · книга
17. «

    Странная это штука, жизненная философия. Есть она у каждого, но не каждый из нас философ…

    Странная это штука, жизненная философия. Есть она у каждого, но не каждый из нас философ…

    — Александр Вяземка · книга
18. «

    – Не любишь ты людей, папа. – Я люблю человека! Но его так трудно любить… Он делает все возможное, чтобы моя любовь к нему не состоялась.

    – Не любишь ты людей, папа. – Я люблю человека! Но его так трудно любить… Он делает все возможное, чтобы моя любовь к нему не состоялась.

    — Александр Вяземка · книга
19. «

    Любовь – собственническое чувство, поэтому воспевать его стоит с осторожностью: иногда она прекрасна, иногда уродлива.

    Любовь – собственническое чувство, поэтому воспевать его стоит с осторожностью: иногда она прекрасна, иногда уродлива.

    — Александр Вяземка · книга
20. «

    – Пап, всякий человек отлит по лекалам своей эпохи. Поэтому с наступлением новой эпохи он теряется, чувствует свою ненужность – как в эпоху цифровой связи чувствует свою ненужность дисковый телефон или в эпоху компьютеров – пишущая машинка. – То есть я дисковый телефон? Пишущая машинка? Старый хлам, одним словом?... Нет, нет – не возражай. Сравнение в точку. Думаю, если бы я был тобой, а ты – моим отцом, у нас сейчас происходил бы точно такой же разговор. Это не мы разные. Это разнятся эпохи, которые нас сформировали.

    – Пап, всякий человек отлит по лекалам своей эпохи. Поэтому с наступлением новой эпохи он теряется, чувствует свою ненужность – как в эпоху цифровой связи чувствует свою ненужность дисковый телефон или в эпоху компьютеров – пишущая машинка. – То есть я дисковый телефон? Пишущая машинка? Старый хлам, одним словом?... Нет, нет – не возражай. Сравнение в точку. Думаю, если бы я был тобой, а ты – моим отцом, у нас сейчас происходил бы точно такой же разговор. Это не мы разные. Это разнятся эпохи, которые нас сформировали.

    — Александр Вяземка · книга