30 цитат персонажа «Теодор» с глубоким смыслом

Собрали 30 цитат персонажа «Теодор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   – ... Вот ты живешь со мной уже столько лет. А почему? – Сам не знаю. Люди привыкают – как к работе. Люди просто привыкают. Случается.

   – ... Вот ты живешь со мной уже столько лет. А почему? – Сам не знаю. Люди привыкают – как к работе. Люди просто привыкают. Случается.

   — Чарльз Буковски · книга
2. «

   – Я хочу знать, почему все эти годы мы живем вместе! Я что, всю жизнь псу под хвост пустила? – Все так делают – почти все. – Пускают жизнь псу под хвост? – По-моему, да.

   – Я хочу знать, почему все эти годы мы живем вместе! Я что, всю жизнь псу под хвост пустила? – Все так делают – почти все. – Пускают жизнь псу под хвост? – По-моему, да.

   — Чарльз Буковски · книга
3. «

   Ссориться и ругаться всегда проще, чем признаться в истинных чувствах друг к другу.

   Ссориться и ругаться всегда проще, чем признаться в истинных чувствах друг к другу.
4. «

   — А какое оно должно быть? — с любопытством спросил Дэн, внимательно наблюдавший за приятелем. — С таким специфическим натуральным душком. — Тед отверг очередной кусок. — Тогда, может, вот это? — Натуральным и свежим, — уточнил пилот, ознакомившись с претендентом. — Ага, ты-то нам и нужен! — Теодор запихал в пакет самый здоровенный и неприглядный с виду экземпляр.

   — А какое оно должно быть? — с любопытством спросил Дэн, внимательно наблюдавший за приятелем. — С таким специфическим натуральным душком. — Тед отверг очередной кусок. — Тогда, может, вот это? — Натуральным и свежим, — уточнил пилот, ознакомившись с претендентом. — Ага, ты-то нам и нужен! — Теодор запихал в пакет самый здоровенный и неприглядный с виду экземпляр.

   — Ольга Громыко · книга
5. «

   Девушка напоследок оглянулась на шлем, и пилот понял, что раритеты надо не вешать на стену, а намертво к ней приваривать.

   Девушка напоследок оглянулась на шлем, и пилот понял, что раритеты надо не вешать на стену, а намертво к ней приваривать.

   — Ольга Громыко · книга
6. «

   — Где эта поганка?! — Да вон же. — Полина недоуменно показала на Котьку, намывавшуюся на столе — как раз на злосчастном широкоформатном планшете в кожаной обложке «под старину». — Нет, я про большую, на шпильках!

   — Где эта поганка?! — Да вон же. — Полина недоуменно показала на Котьку, намывавшуюся на столе — как раз на злосчастном широкоформатном планшете в кожаной обложке «под старину». — Нет, я про большую, на шпильках!

   — Ольга Громыко · книга
7. «

   — ... Это твой дом, в нём должна быть чистота! — В доме должно быть счастье, а не чистота...

   — ... Это твой дом, в нём должна быть чистота! — В доме должно быть счастье, а не чистота...

   — Ольга Громыко · книга
8. «

   — Ну и подстраховался заодно. А то она вечно так на меня смотрит, что хочется фигу от сглаза скрутить. — Еще не хватало тебе моей маме фиги показывать! — возмутилась Полина. — Ну вот и я так подумал. К тому же крестом оно надежнее будет.

   — Ну и подстраховался заодно. А то она вечно так на меня смотрит, что хочется фигу от сглаза скрутить. — Еще не хватало тебе моей маме фиги показывать! — возмутилась Полина. — Ну вот и я так подумал. К тому же крестом оно надежнее будет.

   — Ольга Громыко · книга
9. «

   Я не страшусь ничьего неудовольствия, — молвил Теодор, — когда женщина, попавшая в беду, отдает себя под мою защиту.

   Я не страшусь ничьего неудовольствия, — молвил Теодор, — когда женщина, попавшая в беду, отдает себя под мою защиту.

   — Хорас (Гораций) Уолпол · книга
10. «

    — ... Вот вы знаете, как определить пол центаврианина? — Ну-у-у… — замялся Станислав, смущенно почесывая затылок. — Не «ну», а по припухлостям на шее! Правда, убей не помню, у кого там какие, но Лика три основных и два дополнительных пола нипочем не перепутает, а у них же еще и обращение к каждому свое!

    — ... Вот вы знаете, как определить пол центаврианина? — Ну-у-у… — замялся Станислав, смущенно почесывая затылок. — Не «ну», а по припухлостям на шее! Правда, убей не помню, у кого там какие, но Лика три основных и два дополнительных пола нипочем не перепутает, а у них же еще и обращение к каждому свое!

    — Ольга Громыко · книга
11. «

    — В шашлыке главное — не исходный продукт, а правильный маринад. — Теодор перешел к стеллажу со специями. — А что ты теперь ищешь? — Смесь поароматнее, чтобы отбить запах мяса.

    — В шашлыке главное — не исходный продукт, а правильный маринад. — Теодор перешел к стеллажу со специями. — А что ты теперь ищешь? — Смесь поароматнее, чтобы отбить запах мяса.

    — Ольга Громыко · книга
12. «

    — Ага, вроде даже какие-то подружки завелись, щебетали на заднем плане. Ничего, через неделю занятия начнутся, времени на дурь не останется… — Теодор осекся и самокритично поправился: — Ну, по крайней мере, поменьше будет.

    — Ага, вроде даже какие-то подружки завелись, щебетали на заднем плане. Ничего, через неделю занятия начнутся, времени на дурь не останется… — Теодор осекся и самокритично поправился: — Ну, по крайней мере, поменьше будет.

    — Ольга Громыко · книга
13. «

    — Но тортик — это как-то мелко, — все-таки возразил пилот. — Хотя если засадить в него стриптизершу… — Чтобы Дэнька ее пристрелил, когда она внезапно оттуда выскочит? — съязвила Полина. — И Станислав Федотович тоже, боюсь, не удержится.

    — Но тортик — это как-то мелко, — все-таки возразил пилот. — Хотя если засадить в него стриптизершу… — Чтобы Дэнька ее пристрелил, когда она внезапно оттуда выскочит? — съязвила Полина. — И Станислав Федотович тоже, боюсь, не удержится.

    — Ольга Громыко · книга
14. «

    — А вы когда-нибудь стояли на учете у психиатра? Скажем, насчет паранойи или там мании преследования… — Нет! — так бешено рявкнул Тед, что поверить ему было сложно.

    — А вы когда-нибудь стояли на учете у психиатра? Скажем, насчет паранойи или там мании преследования… — Нет! — так бешено рявкнул Тед, что поверить ему было сложно.

    — Ольга Громыко · книга
15. «

    — Тед, я же просила тебя не издеваться над моей мамой! — Чего? — опешил парень. — Я с ней только поздоровался и сразу на тебя переключил! — А зачем ты при этом перекрестился? — Чтобы она убедилась, что я не сатанист.

    — Тед, я же просила тебя не издеваться над моей мамой! — Чего? — опешил парень. — Я с ней только поздоровался и сразу на тебя переключил! — А зачем ты при этом перекрестился? — Чтобы она убедилась, что я не сатанист.

    — Ольга Громыко · книга
16. «

    — Хватит! — спохватился капитан. — Что вы делаете? Они уже сдались! — Правда? — пилот недоверчиво пнул нижнее тело в бок. — А так агрессивно лежат...

    — Хватит! — спохватился капитан. — Что вы делаете? Они уже сдались! — Правда? — пилот недоверчиво пнул нижнее тело в бок. — А так агрессивно лежат...

    — Ольга Громыко · книга
17. «

    — Ах ты… бешеный жеребец! — ляпнул он неожиданно для себя самого. Теодор предпочел бы услышать такой эпитет от девушки, ибо в капитанском голосе не было ни восхищения, ни нежности, а лишь завуалированное обещание превратить его в мерина.

    — Ах ты… бешеный жеребец! — ляпнул он неожиданно для себя самого. Теодор предпочел бы услышать такой эпитет от девушки, ибо в капитанском голосе не было ни восхищения, ни нежности, а лишь завуалированное обещание превратить его в мерина.

    — Ольга Громыко · книга
18. «

    Мужчина должен жить — и умереть, если надо, — ради своей подруги и своих детенышей, а иначе он никто.

    Мужчина должен жить — и умереть, если надо, — ради своей подруги и своих детенышей, а иначе он никто.

    — Роберт Хайнлайн · книга
19. «

    — Нет! Просто у центавриан на него зуб, нас три недели назад на Маяке такая же тарелка подрезала! — Тогда почему у них на вас, а не у вас на них? — Ну… мы их потом немножко погоняли, — смущенно признался Теодор.

    — Нет! Просто у центавриан на него зуб, нас три недели назад на Маяке такая же тарелка подрезала! — Тогда почему у них на вас, а не у вас на них? — Ну… мы их потом немножко погоняли, — смущенно признался Теодор.

    — Ольга Громыко · книга
20. «

    Пилот тихонько зарычал и хотел рявкнуть: «Ты что, сенсора не видишь?», но вспомнил, что сенсоров там два — второй, в красной рамке, для аварийного сброса груза. — Зеленая кнопка справа от двери. — Ой… — Что?! — Тед резко развернулся к выходу, готовый драпать туда со всех ног, если сестричка успела выбрать кнопку самостоятельно.

    Пилот тихонько зарычал и хотел рявкнуть: «Ты что, сенсора не видишь?», но вспомнил, что сенсоров там два — второй, в красной рамке, для аварийного сброса груза. — Зеленая кнопка справа от двери. — Ой… — Что?! — Тед резко развернулся к выходу, готовый драпать туда со всех ног, если сестричка успела выбрать кнопку самостоятельно.

    — Ольга Громыко · книга