10 цитат персонажа «Томми», которые стоит перечитать

Собрали 10 цитат персонажа «Томми» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — А вы не знали? У русских нет морали. — И совести. — И выбора.

   — А вы не знали? У русских нет морали. — И совести. — И выбора.

   — Княгиня · сериал
2. «

   А дети, как известно, не ведают, что творят. Дети даже не осознают, что причиняют кому-то боль. У них нет сострадания. Понимаешь?

   А дети, как известно, не ведают, что творят. Дети даже не осознают, что причиняют кому-то боль. У них нет сострадания. Понимаешь?

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   Дурная слава — не значит, что ты плохой.

   Дурная слава — не значит, что ты плохой.
4. «

   Мне все чудится река, течение быстрое-быстрое. И двое в воде, ухватились друг за друга, держатся изо всех сил, не хотят отпускать — но в конце концов приходится, такое там течение. Их растаскивает, и все. Так вот и мы с тобой. Жалко, Кэт, ведь мы любили друг друга всю жизнь. Но получается, что до последнего быть вместе не можем.

   Мне все чудится река, течение быстрое-быстрое. И двое в воде, ухватились друг за друга, держатся изо всех сил, не хотят отпускать — но в конце концов приходится, такое там течение. Их растаскивает, и все. Так вот и мы с тобой. Жалко, Кэт, ведь мы любили друг друга всю жизнь. Но получается, что до последнего быть вместе не можем.

   — Кадзуо Исигуро · книга
5. «

   Чарли относится к тем редким и действительно счастливым людям, которые просто живут и не ждут, что когда-нибудь жизнь начнется по-настоящему.

   Чарли относится к тем редким и действительно счастливым людям, которые просто живут и не ждут, что когда-нибудь жизнь начнется по-настоящему.

   — Алан Камминг · книга
6. «

   Любовью нельзя заниматься. Она либо случается, либо нет.

   Любовью нельзя заниматься. Она либо случается, либо нет.

   — Алан Камминг · книга
7. «

   Ну, теперь я совсем стал в тупик. Не могу понять, кем должна быть эта родственная вам душа — импресарио или кондитером?

   Ну, теперь я совсем стал в тупик. Не могу понять, кем должна быть эта родственная вам душа — импресарио или кондитером?

   — О. Генри · книга
8. «

   — Я хочу, чтобы меня запомнили, как лучшего игрока в вышибалы. И поэтому я собираюсь выиграть олимпийские игры. От этого наш мир станет лучше, потому что другие дети тоже захотят стать чемпионами. И это станет моим наследием Миру. — Мы все хотим оставить свой след в жизни, но не для того, чтобы преодолеть экзистенциальный кризис. Рано или поздно, Томи, ты узнаешь, что вышибалы, не олимпийский вид спорта. Наше наследие, это не то, что написано в нашем резюме, не количество нулей в банковских счетах. Это люди, которые вошли в нашу жизнь, и то, с чем мы их оставим. Мы можем знать лишь одно, сейчас мы здесь. Будем стараться изо всех сил пока мы на этой Земле. Вот, что я думаю о наследии.

   — Я хочу, чтобы меня запомнили, как лучшего игрока в вышибалы. И поэтому я собираюсь выиграть олимпийские игры. От этого наш мир станет лучше, потому что другие дети тоже захотят стать чемпионами. И это станет моим наследием Миру. — Мы все хотим оставить свой след в жизни, но не для того, чтобы преодолеть экзистенциальный кризис. Рано или поздно, Томи, ты узнаешь, что вышибалы, не олимпийский вид спорта. Наше наследие, это не то, что написано в нашем резюме, не количество нулей в банковских счетах. Это люди, которые вошли в нашу жизнь, и то, с чем мы их оставим. Мы можем знать лишь одно, сейчас мы здесь. Будем стараться изо всех сил пока мы на этой Земле. Вот, что я думаю о наследии.

   — Генри · фильм
9. «

   — Знаешь, что они должны сделать? Мы должны взять нашего Бога, а они своего. Столкнём их друг с другом, тогда на свете будет меньше убийств. — Бог один, Толли. — Что? — Мусульманский Бог и Бог Христианский — это один и тот же Бог. — Один и тот же? Ты уверен? — Да. — Так значит, ему молятся и те, и те... а он позволяет им убивать друг друга? — Да. — Я не понимаю...

   — Знаешь, что они должны сделать? Мы должны взять нашего Бога, а они своего. Столкнём их друг с другом, тогда на свете будет меньше убийств. — Бог один, Толли. — Что? — Мусульманский Бог и Бог Христианский — это один и тот же Бог. — Один и тот же? Ты уверен? — Да. — Так значит, ему молятся и те, и те... а он позволяет им убивать друг друга? — Да. — Я не понимаю...

   — Томми · сериал
10. «

    Понимаете, этот эльф знал, как надо жить. Он давно понял, что в жизни должна быть радость. Только радость — она не случается просто так. Её надо впустить в свою жизнь. Она повсюду вокруг, эта радость, но многие люди её лишены — потому что боятся впустить её в жизнь. И, понятное дело, чем дольше люди живут без радости, тем больше она их пугает, и они ещё пуще стараются не подпустить её близко, а потом вдруг оказывается, что радости в их жизни и не было вовсе.

    Понимаете, этот эльф знал, как надо жить. Он давно понял, что в жизни должна быть радость. Только радость — она не случается просто так. Её надо впустить в свою жизнь. Она повсюду вокруг, эта радость, но многие люди её лишены — потому что боятся впустить её в жизнь. И, понятное дело, чем дольше люди живут без радости, тем больше она их пугает, и они ещё пуще стараются не подпустить её близко, а потом вдруг оказывается, что радости в их жизни и не было вовсе.

    — Алан Камминг · книга