26 известных цитат персонажа «Утред Беббанбургский»

26 цитат персонажа «Утред Беббанбургский» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Как ты можешь служить тому, кто не видит твоей цены? — Он ее видит, но его Бог не дает ее принять.

   — Как ты можешь служить тому, кто не видит твоей цены? — Он ее видит, но его Бог не дает ее принять.

   — Финан · сериал
2. «

   В странной земле Нортумбрии все стало в тот день еще более странным.

   В странной земле Нортумбрии все стало в тот день еще более странным.

   — Бернард Корнуэлл · книга
3. «

   — Не отворачивайся, это сделали от твоего имени. — Я не давал таких приказов, Утред. — Разве Этельгельм подчиняется не тебе? Смотри на меня! — Я не просил об этом, потому что знал, что это не сработает. Лорд Этельгельм глуп, если думал, что сломит тебя. Расскажи, откуда берется твоя смелость? Ты столько страдал, ради чего? Едва знакомого ребенка? <...> — Того, что привело меня в Теотанхилль — искренней любви к мерсийской политике. — Так ты любишь мою сестру?.. — Она только овдовела, я выказывал ей уважение. — Я завидовал твоей способности выбирать свой путь. Когда видел, как люди следуют за тобой, я ощущал воодушевление, даже против своей воли. Теперь я гадаю, может, мы с тобой оба пленники, не способные уйти от навязанной нам жизни? Мы оба не хотели быть здесь и с каждым шагом мой путь становится уже. Я пытался найти решение, которое удовлетворит мерсийцев и сохранит порядок, но все обернулось против меня. Теперь я хочу понять, желает ли Бог, чтобы я боролся за свои цели? Я слишком долго следовал советам других, совершал ошибки, знаю. Я будто бы продолжал жить в тени Альфреда. — А теперь увидел свет? — Я знаю, ты искренне веришь, что в союзе наши королевства сильнее, так может мне стоит объединить их самому, чем полагаться на помощь девочки? Ты свободен, Утред. Вернись к Эльфвине, найди мою сестру и защищай их, пока не придет порядок.

   — Не отворачивайся, это сделали от твоего имени. — Я не давал таких приказов, Утред. — Разве Этельгельм подчиняется не тебе? Смотри на меня! — Я не просил об этом, потому что знал, что это не сработает. Лорд Этельгельм глуп, если думал, что сломит тебя. Расскажи, откуда берется твоя смелость? Ты столько страдал, ради чего? Едва знакомого ребенка? <...> — Того, что привело меня в Теотанхилль — искренней любви к мерсийской политике. — Так ты любишь мою сестру?.. — Она только овдовела, я выказывал ей уважение. — Я завидовал твоей способности выбирать свой путь. Когда видел, как люди следуют за тобой, я ощущал воодушевление, даже против своей воли. Теперь я гадаю, может, мы с тобой оба пленники, не способные уйти от навязанной нам жизни? Мы оба не хотели быть здесь и с каждым шагом мой путь становится уже. Я пытался найти решение, которое удовлетворит мерсийцев и сохранит порядок, но все обернулось против меня. Теперь я хочу понять, желает ли Бог, чтобы я боролся за свои цели? Я слишком долго следовал советам других, совершал ошибки, знаю. Я будто бы продолжал жить в тени Альфреда. — А теперь увидел свет? — Я знаю, ты искренне веришь, что в союзе наши королевства сильнее, так может мне стоит объединить их самому, чем полагаться на помощь девочки? Ты свободен, Утред. Вернись к Эльфвине, найди мою сестру и защищай их, пока не придет порядок.

   — Утред Беббанбургский · сериал
4. «

   Я сражался всю жизнь. Такова моя судьба, такова судьба нас всех.

   Я сражался всю жизнь. Такова моя судьба, такова судьба нас всех.

   — Бернард Корнуэлл · книга
5. «

   Мы все чего-то боимся. Страх ползает внутри тебя, как дикий зверь, царапает когтями твои внутренности, делает слабыми твои мускулы, пытается сыграть дурную шутку с твоими кишками. Он хочет, чтобы ты корчился и плакал, но страх надо отбросить и призвать все свое мастерство, и тогда тебе поможет свирепость.

   Мы все чего-то боимся. Страх ползает внутри тебя, как дикий зверь, царапает когтями твои внутренности, делает слабыми твои мускулы, пытается сыграть дурную шутку с твоими кишками. Он хочет, чтобы ты корчился и плакал, но страх надо отбросить и призвать все свое мастерство, и тогда тебе поможет свирепость.

   — Бернард Корнуэлл · книга
6. «

   — Открыто. — Видишь стражу? — Нет, вижу западню. — Раз это западня, конечно, мы должны войти в нее!

   — Открыто. — Видишь стражу? — Нет, вижу западню. — Раз это западня, конечно, мы должны войти в нее!

   — Финан · сериал
7. «

   — Вид будто из могилы. — Это не наша судьба, клянусь тебе. — Думаешь, эти гады станут рыть тебе яму? Просто вышвырнут за борт, с остальным мусором. — Поверь мне, Финан, будет гораздо хуже, если меня выбросят за борт живым — я не умею плавать.

   — Вид будто из могилы. — Это не наша судьба, клянусь тебе. — Думаешь, эти гады станут рыть тебе яму? Просто вышвырнут за борт, с остальным мусором. — Поверь мне, Финан, будет гораздо хуже, если меня выбросят за борт живым — я не умею плавать.

   — Халег · сериал
8. «

   Локи — бог-хитрец, источник бед в Асгарде, бог, заслуживший смерть. Христиане рассказывают о змее в раю — это и есть Локи.

   Локи — бог-хитрец, источник бед в Асгарде, бог, заслуживший смерть. Христиане рассказывают о змее в раю — это и есть Локи.

   — Бернард Корнуэлл · книга
9. «

   — Я ведь дал обещание отомстить Кьяртану. — Тогда почему ты здесь? Зачем? — Я получу землю, стану лордом Альфреда, скоплю богатств, наберу людей и верну свой город. — Этих причин достаточно. И обещание ты сдержишь. Кровная вражда живет поколениями. Твоя задача — просто дожить до нужного дня.

   — Я ведь дал обещание отомстить Кьяртану. — Тогда почему ты здесь? Зачем? — Я получу землю, стану лордом Альфреда, скоплю богатств, наберу людей и верну свой город. — Этих причин достаточно. И обещание ты сдержишь. Кровная вражда живет поколениями. Твоя задача — просто дожить до нужного дня.

   — Утред Беббанбургский · сериал
10. «

    Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

    Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

    — Бернард Корнуэлл · книга
11. «

    На время будто воцарился мир, но воитель не может знать покоя.

    На время будто воцарился мир, но воитель не может знать покоя.
12. «

    — Харальд заплатит за мою свободу. — Моя цена за твою свободу — печень Харальда.

    — Харальд заплатит за мою свободу. — Моя цена за твою свободу — печень Харальда.

    — Бернард Корнуэлл · книга
13. «

    Христиане твердят нам, что мы непреклонно движемся к лучшим временам, к Царству Божьему на земле, мои же боги обещают нам хаос конца света, и человеку достаточно оглядеться вокруг, чтобы убедиться: все рушится и приходит в упадок. И это действительно доказывает, что грядет хаос. Мы не поднимаемся по лестнице Иакова к какому-то неземному совершенству, а катимся вниз к Рагнарёку.

    Христиане твердят нам, что мы непреклонно движемся к лучшим временам, к Царству Божьему на земле, мои же боги обещают нам хаос конца света, и человеку достаточно оглядеться вокруг, чтобы убедиться: все рушится и приходит в упадок. И это действительно доказывает, что грядет хаос. Мы не поднимаемся по лестнице Иакова к какому-то неземному совершенству, а катимся вниз к Рагнарёку.

    — Бернард Корнуэлл · книга
14. «

    Мир — это замечательная штука, но мир мы получим только тогда, когда наши враги будут бояться затеять войну.

    Мир — это замечательная штука, но мир мы получим только тогда, когда наши враги будут бояться затеять войну.

    — Бернард Корнуэлл · книга
15. «

    Похоть — обманщица. Похоть выворачивает наши жизни, пока все не становится не важным, кроме людей, которых, как кажется, мы любим. И под действием этих обманчивых чар мы убиваем за этих людей, отдаем все ради них, а потом, получив желаемое, обнаруживаем, что все оказалось лишь иллюзией, не более. Похоть — путешествие в никуда, в пустую землю, но некоторые любят такие путешествия и никогда не заботятся о цели назначения. Любовь — тоже путешествие; путешествие, цель которого — лишь смерть, но это путешествие блаженства.

    Похоть — обманщица. Похоть выворачивает наши жизни, пока все не становится не важным, кроме людей, которых, как кажется, мы любим. И под действием этих обманчивых чар мы убиваем за этих людей, отдаем все ради них, а потом, получив желаемое, обнаруживаем, что все оказалось лишь иллюзией, не более. Похоть — путешествие в никуда, в пустую землю, но некоторые любят такие путешествия и никогда не заботятся о цели назначения. Любовь — тоже путешествие; путешествие, цель которого — лишь смерть, но это путешествие блаженства.

    — Бернард Корнуэлл · книга
16. «

    — А кто такой Христос? Тот, который умер, да? А потом вернулся к жизни? — Да. — Боги это могут. Умирать и воскресать. Они же боги.

    — А кто такой Христос? Тот, который умер, да? А потом вернулся к жизни? — Да. — Боги это могут. Умирать и воскресать. Они же боги.

    — Бернард Корнуэлл · книга
17. «

    Что привязывает человека к земле? Что за сила внутри него позволяет ему отдать жизнь за землю и жизни родных, что трудятся на ней? Это может быть лишь любовь.

    Что привязывает человека к земле? Что за сила внутри него позволяет ему отдать жизнь за землю и жизни родных, что трудятся на ней? Это может быть лишь любовь.
18. «

    — Каждую ночь, запирая дверь на засов, тебе придется опасаться врагов во тьме, каждый день ты будешь высматривать врагов. Для вас не будет мира — нигде. — Дунхолм. — Мне знакомо это место. — Тогда ты знаешь, что эту крепость нельзя взять. — Я взял ее.

    — Каждую ночь, запирая дверь на засов, тебе придется опасаться врагов во тьме, каждый день ты будешь высматривать врагов. Для вас не будет мира — нигде. — Дунхолм. — Мне знакомо это место. — Тогда ты знаешь, что эту крепость нельзя взять. — Я взял ее.

    — Бернард Корнуэлл · книга
19. «

    Трусость всегда с нами и храбрость тоже — та, что побуждает поэтов слагать о нас песни. Храбрость — просто воля, преодолевающая страх

    Трусость всегда с нами и храбрость тоже — та, что побуждает поэтов слагать о нас песни. Храбрость — просто воля, преодолевающая страх

    — Бернард Корнуэлл · книга
20. «

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Бернард Корнуэлл · книга