11 фраз персонажа «Вика» — избранное

Собрали 11 цитат персонажа «Вика» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мы, взрослые, никогда не слушаем детей — а ведь зря. Они во многом разбираются лучше нас.

   Мы, взрослые, никогда не слушаем детей — а ведь зря. Они во многом разбираются лучше нас.

   — Олег Рой · книга
2. «

   – Я тебя не узнаю, – с неудовольствием посмотрел он на меня. – Ты никогда не была озлобленной и такой упрямой. – Близость смерти, знаешь ли, меняет человека и избавляет от иллюзий, – ядовито ответила я.

   – Я тебя не узнаю, – с неудовольствием посмотрел он на меня. – Ты никогда не была озлобленной и такой упрямой. – Близость смерти, знаешь ли, меняет человека и избавляет от иллюзий, – ядовито ответила я.

   — Франциска Вудворт · книга
3. «

   – Кошмарного тебе дня, Рид. – Такое приветствие принято у тебя на родине? – сдержанно поинтересовался мужчина. – Нет, но не желать же мне доброго дня своему палачу, – передернула плечами я.

   – Кошмарного тебе дня, Рид. – Такое приветствие принято у тебя на родине? – сдержанно поинтересовался мужчина. – Нет, но не желать же мне доброго дня своему палачу, – передернула плечами я.

   — Франциска Вудворт · книга
4. «

   — Десять дней провела там. По утрам завтракали какой-то кашей на воде, потом три часа медитировали, потом обедали какой-то кашей на воде и овощами какими-то сырыми, после обеда было свободное время — я в основном гуляла вокруг монастыря, — потом медитация, ужин (угадай, что было на ужин) и отбой. И ни слова произнести было нельзя. Я в первый день попробовала, на меня монахи зашипели так злобно. Говорить, значит, нельзя, а шипеть можно. — Понравилось тебе молчать? — Ты знаешь, да. Это прикольно. Первые дня три молчать приятно, появляется ощущение спокойствия какого-то внутреннего. Следующие пару дней очень хочется что-нибудь сказать или даже закричать. А потом появляется страх, что, когда все это закончится, ты начнешь говорить, но никто тебе не будет отвечать. Я последний день молчания так боялась, прямо представляла, как все закончилось, я возвращаюсь домой, звоню подруге, а она берет трубку и молчит. Я что-то ей говорю, а она молчит. Приезжаю домой, открываю дверь, а отец молча уходит в другую комнату. И куда бы я ни пошла, что бы я ни сказала, все в ответ будут молчать. И со мной никогда больше никто не заговорит, никто.

   — Десять дней провела там. По утрам завтракали какой-то кашей на воде, потом три часа медитировали, потом обедали какой-то кашей на воде и овощами какими-то сырыми, после обеда было свободное время — я в основном гуляла вокруг монастыря, — потом медитация, ужин (угадай, что было на ужин) и отбой. И ни слова произнести было нельзя. Я в первый день попробовала, на меня монахи зашипели так злобно. Говорить, значит, нельзя, а шипеть можно. — Понравилось тебе молчать? — Ты знаешь, да. Это прикольно. Первые дня три молчать приятно, появляется ощущение спокойствия какого-то внутреннего. Следующие пару дней очень хочется что-нибудь сказать или даже закричать. А потом появляется страх, что, когда все это закончится, ты начнешь говорить, но никто тебе не будет отвечать. Я последний день молчания так боялась, прямо представляла, как все закончилось, я возвращаюсь домой, звоню подруге, а она берет трубку и молчит. Я что-то ей говорю, а она молчит. Приезжаю домой, открываю дверь, а отец молча уходит в другую комнату. И куда бы я ни пошла, что бы я ни сказала, все в ответ будут молчать. И со мной никогда больше никто не заговорит, никто.

   — Светлана Тюльбашева · книга
5. «

   Какая разница, от чего удовольствие получать — от жизни или от кино.

   Какая разница, от чего удовольствие получать — от жизни или от кино.

   — Александр Мелихов · книга
6. «

   — Вам-то что за забота? — Он был моим наставником, и мне интересно, из-за кого сложил голову человек, которого я уважал. Ты его имя только позоришь. — Знаете, коты породистые по весне сбегают гулять на улицу. Таскаются непонятно где, а потом ищут тёплый дом, где еда и уют. Потасканные, грязные, облезлые, но гордо несут себя. У них ведь родословная... Вот только таких не то что в руки взять, а рядом сидеть противно.

   — Вам-то что за забота? — Он был моим наставником, и мне интересно, из-за кого сложил голову человек, которого я уважал. Ты его имя только позоришь. — Знаете, коты породистые по весне сбегают гулять на улицу. Таскаются непонятно где, а потом ищут тёплый дом, где еда и уют. Потасканные, грязные, облезлые, но гордо несут себя. У них ведь родословная... Вот только таких не то что в руки взять, а рядом сидеть противно.

   — Франциска Вудворт · книга
7. «

   — Знаешь, у нас говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Кажется, это и к женщинам относится, — я хотела легко пошутить, но прозвучало серьёзно. — Неужели мне удалось добраться до твоего сердца? — внимательно посмотрел на меня Рид. Этот взгляд смутил меня, и, защищаясь, ответила в шутливой манере: — Путь твой был извилист: начал с желчного пузыря, достал до печёнок и вынес весь мозг. Ты кормить меня будешь?

   — Знаешь, у нас говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Кажется, это и к женщинам относится, — я хотела легко пошутить, но прозвучало серьёзно. — Неужели мне удалось добраться до твоего сердца? — внимательно посмотрел на меня Рид. Этот взгляд смутил меня, и, защищаясь, ответила в шутливой манере: — Путь твой был извилист: начал с желчного пузыря, достал до печёнок и вынес весь мозг. Ты кормить меня будешь?

   — Франциска Вудворт · книга
8. «

   Нет ничего полезнее случайностей.

   Нет ничего полезнее случайностей.

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   — Это замечательные стихи, — вздохнула Искра. — Я думаю, нет, я даже уверена, что скоро их оценят и Сергею Есенину поставят памятник. — А какую надпись ты бы сделала на этом памятнике?... Они провели конкурс, и Вика тотчас признала, что Искра вышла победительницей, написав: «Спасибо тебе, сердце, которое билось для нас». Только слова «билось для» они дружно заменили на «болело за».

   — Это замечательные стихи, — вздохнула Искра. — Я думаю, нет, я даже уверена, что скоро их оценят и Сергею Есенину поставят памятник. — А какую надпись ты бы сделала на этом памятнике?... Они провели конкурс, и Вика тотчас признала, что Искра вышла победительницей, написав: «Спасибо тебе, сердце, которое билось для нас». Только слова «билось для» они дружно заменили на «болело за».

   — Борис Васильев · книга
10. «

    В своей жизни я повидала много людей, но лишь те, кто не опускал рук, добились того, чего хотели. Нет ничего страшнее отчаяния, когда человек теряет веру в себя и надежду. Я тебе вот что скажу – пока ты жива, все еще может измениться. Жизнь, она такая – никогда не знаешь, какой стороной к тебе повернется, но лишь принимая ее во всех проявлениях, ты обретаешь счастье. Не познав лишений, никогда в полной мере не оценишь и подарков.

    В своей жизни я повидала много людей, но лишь те, кто не опускал рук, добились того, чего хотели. Нет ничего страшнее отчаяния, когда человек теряет веру в себя и надежду. Я тебе вот что скажу – пока ты жива, все еще может измениться. Жизнь, она такая – никогда не знаешь, какой стороной к тебе повернется, но лишь принимая ее во всех проявлениях, ты обретаешь счастье. Не познав лишений, никогда в полной мере не оценишь и подарков.

    — Франциска Вудворт · книга
11. «

    – Это твое окончательное решение? – Окончательной бывает только смерть, но исходя из данных обстоятельств – да.

    – Это твое окончательное решение? – Окончательной бывает только смерть, но исходя из данных обстоятельств – да.

    — Франциска Вудворт · книга