67 лучших цитат персонажа «Зевс»

67 цитат персонажа «Зевс» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Наши первые возлюбленные оставляют в нас глубокий отпечаток. Потом мы сами метим других.

   Наши первые возлюбленные оставляют в нас глубокий отпечаток. Потом мы сами метим других.

   — Морис Дрюон · книга
2. «

   — В твоих глазах я не вижу ненависти к богам. Скажи мне, зачем ты пришёл сюда сражаться с ними? — И ты не понимаешь? Вы все кучка идиотов. Ненависть, месть — всё это глупости. Нет никакой причины. Нужна ли тебе причина, чтобы защищать своих детей?

   — В твоих глазах я не вижу ненависти к богам. Скажи мне, зачем ты пришёл сюда сражаться с ними? — И ты не понимаешь? Вы все кучка идиотов. Ненависть, месть — всё это глупости. Нет никакой причины. Нужна ли тебе причина, чтобы защищать своих детей?

   — Зевс · аниме
3. «

   Порой нужны исключительные обстоятельства, чтобы человек исполнил свое исключительное предназначение.

   Порой нужны исключительные обстоятельства, чтобы человек исполнил свое исключительное предназначение.

   — Морис Дрюон · книга
4. «

   Театр для людей — то же самое, что Олимп для бессмертных. Это через него все ваши возможности могут воплотиться в миге подлинного существования, через него каждый из вас в своей хрупкой и преходящей идентичности может испытать чувство, будто содержит в себе целую вселенную и достигает бесконечности. Именно в этом сверхсостоянии, к которому возносит театр, на вас может снизойти, вопреки всем доказательствам и всякой логике, уверенность в потусторонней жизни и вечном сообществе душ.

   Театр для людей — то же самое, что Олимп для бессмертных. Это через него все ваши возможности могут воплотиться в миге подлинного существования, через него каждый из вас в своей хрупкой и преходящей идентичности может испытать чувство, будто содержит в себе целую вселенную и достигает бесконечности. Именно в этом сверхсостоянии, к которому возносит театр, на вас может снизойти, вопреки всем доказательствам и всякой логике, уверенность в потусторонней жизни и вечном сообществе душ.

   — Морис Дрюон · книга
5. «

   Великим честолюбцам больше всего угождает преданность глупцов.

   Великим честолюбцам больше всего угождает преданность глупцов.

   — Морис Дрюон · книга
6. «

   Что воистину восхитительно во Вселенной, так это не протяженность ее пространств, не многообразие форм, не бесконечность размеров, не сложность систем, не разнообразие сочетаний, не последовательные ряды мутаций, нет, самое восхитительное, чем и вас призываю восхититься, — это равновесие, точнее, вечное и всеобщее стремление к равновесию.

   Что воистину восхитительно во Вселенной, так это не протяженность ее пространств, не многообразие форм, не бесконечность размеров, не сложность систем, не разнообразие сочетаний, не последовательные ряды мутаций, нет, самое восхитительное, чем и вас призываю восхититься, — это равновесие, точнее, вечное и всеобщее стремление к равновесию.

   — Морис Дрюон · книга
7. «

   Огласка доставляет нашим любовницам единственную возможность отыграться на наших законных женах.

   Огласка доставляет нашим любовницам единственную возможность отыграться на наших законных женах.

   — Морис Дрюон · книга
8. «

   О тиранические матери, любящие в своих детях только самих себя, готовые на все, вплоть до преступления, лишь бы через них обеспечить свое превосходство.

   О тиранические матери, любящие в своих детях только самих себя, готовые на все, вплоть до преступления, лишь бы через них обеспечить свое превосходство.

   — Морис Дрюон · книга
9. «

   Краснеть за то, что имеешь, и требовать большего — значит отрекаться от того, что ты есть.

   Краснеть за то, что имеешь, и требовать большего — значит отрекаться от того, что ты есть.

   — Морис Дрюон · книга
10. «

    Смертные чада мои, вы приходите в этот мир лишь для того, чтобы исчезнуть; вас неумолимо забирает та же сила, что и создала.

    Смертные чада мои, вы приходите в этот мир лишь для того, чтобы исчезнуть; вас неумолимо забирает та же сила, что и создала.

    — Морис Дрюон · книга
11. «

    Чтобы быть воином, недостаточно умения поражать противника мечом, нужно еще знать, ради чего обнажаешь меч!

    Чтобы быть воином, недостаточно умения поражать противника мечом, нужно еще знать, ради чего обнажаешь меч!

    — Война Богов: Бессмертные (Immortals) · фильм
12. «

    — Скажи мне, Зевс, — Гермес налил себе еще амброзии, которая в этом сезоне называлась «Beefeater». — Зачем все это? Неужели непонятно, что эта дура, даром, что Пандора, никогда этот ящик не найдет? Она ведь все забыла еще тогда, когда открыла его в первый раз. Да и миссию свою она уже выполнила. А ты все равно, что ни эпоха, посылаешь ей подсказки да знамения. — У нее должен быть шанс, — твердо сказал Зевс, нетвердой рукой поднимая кубок. — Там, на дне, я точно помню, еще оставалась надежда.

    — Скажи мне, Зевс, — Гермес налил себе еще амброзии, которая в этом сезоне называлась «Beefeater». — Зачем все это? Неужели непонятно, что эта дура, даром, что Пандора, никогда этот ящик не найдет? Она ведь все забыла еще тогда, когда открыла его в первый раз. Да и миссию свою она уже выполнила. А ты все равно, что ни эпоха, посылаешь ей подсказки да знамения. — У нее должен быть шанс, — твердо сказал Зевс, нетвердой рукой поднимая кубок. — Там, на дне, я точно помню, еще оставалась надежда.

    — Наталья Крайнер · книга
13. «

    Наука и магия — одной природы; и та и другая первым делом определяют взаимоотношения между вещами, даже если на первый взгляд их нет.

    Наука и магия — одной природы; и та и другая первым делом определяют взаимоотношения между вещами, даже если на первый взгляд их нет.

    — Морис Дрюон · книга
14. «

    Это чувство, которое приходит внезапно, и есть самое ценное в жизни.

    Это чувство, которое приходит внезапно, и есть самое ценное в жизни.
15. «

    Раз ввязался в бой — побеждай. Так устроены все боги.

    Раз ввязался в бой — побеждай. Так устроены все боги.
16. «

    Вы, бесконечно ничтожные бациллы в гигантском теле Вселенной, видите очень мало. Ибо то, что вы полагаете слепящим светом, — всего лишь тусклая коптилка или свечной огарок, с которыми вы на ощупь обследуете ваш уголок темноты.

    Вы, бесконечно ничтожные бациллы в гигантском теле Вселенной, видите очень мало. Ибо то, что вы полагаете слепящим светом, — всего лишь тусклая коптилка или свечной огарок, с которыми вы на ощупь обследуете ваш уголок темноты.

    — Морис Дрюон · книга
17. «

    — Мишель, ты хотел знать, и теперь ты знаешь. История повторяется. Меняются только детали, а результат всегда один. — Но можно ведь как-то прекратить это хождение по кругу! Должен быть способ! Зевс грустно качает головой. — Значит, что бы мы ни делали, ничего нельзя изменить? — настаиваю я. Зевс кивает. — Ты должен смириться. Смертные жители Земли таковы, и ты не можешь изменить их судьбу.

    — Мишель, ты хотел знать, и теперь ты знаешь. История повторяется. Меняются только детали, а результат всегда один. — Но можно ведь как-то прекратить это хождение по кругу! Должен быть способ! Зевс грустно качает головой. — Значит, что бы мы ни делали, ничего нельзя изменить? — настаиваю я. Зевс кивает. — Ты должен смириться. Смертные жители Земли таковы, и ты не можешь изменить их судьбу.

    — Бернар Вербер · книга
18. «

    Вскоре я сполна познал, каково это — быть царем. Со всех сторон меня обступали боги земли, животных, растений, они требовали распоряжений, законов, указаний. Но в первую очередь все ждали рецептов счастья, словно сама смена правления должна была сразу же предоставить лекарство от прежних недугов, а мое вмешательство — немедленно наделить каждого подлинным блаженством.

    Вскоре я сполна познал, каково это — быть царем. Со всех сторон меня обступали боги земли, животных, растений, они требовали распоряжений, законов, указаний. Но в первую очередь все ждали рецептов счастья, словно сама смена правления должна была сразу же предоставить лекарство от прежних недугов, а мое вмешательство — немедленно наделить каждого подлинным блаженством.

    — Морис Дрюон · книга
19. «

    Весьма часто, дети мои, я видел среди вас пары, состоящие из уродливого, но гениально трудолюбивого, ловкого в обогащении мужчины и праздной красотки, влюбленной в самое себя, вечно неудовлетворенной, возбуждающей желание, выпрашивающей подарки. Такая красотка ни одного мужчину не считает по-настоящему достойной этого дара — позволения любить ее.

    Весьма часто, дети мои, я видел среди вас пары, состоящие из уродливого, но гениально трудолюбивого, ловкого в обогащении мужчины и праздной красотки, влюбленной в самое себя, вечно неудовлетворенной, возбуждающей желание, выпрашивающей подарки. Такая красотка ни одного мужчину не считает по-настоящему достойной этого дара — позволения любить ее.

    — Морис Дрюон · книга
20. «

    Что такое равновесие, если не постоянно исправляемое неравновесие?

    Что такое равновесие, если не постоянно исправляемое неравновесие?

    — Морис Дрюон · книга