13 фраз персонажа «Жак», которые запомнились

Ниже 13 цитат персонажа «Жак»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я искал слабости и нашел ее, но слабость убивает силу, потому что слабость хочет жить и наслаждаться, а сила умеет отказаться от наслаждений и умереть.

   Я искал слабости и нашел ее, но слабость убивает силу, потому что слабость хочет жить и наслаждаться, а сила умеет отказаться от наслаждений и умереть.

   — Жорж Санд · книга
2. «

   Этот человек олицетворяет всё, что с детства выводило меня из себя. Все эти типы, думающие, что всё знают, полные уверенности и в особенности не желающие слышать ничего, что может поставить под сомнение их маленькие, сто раз пережеванные истины.

   Этот человек олицетворяет всё, что с детства выводило меня из себя. Все эти типы, думающие, что всё знают, полные уверенности и в особенности не желающие слышать ничего, что может поставить под сомнение их маленькие, сто раз пережеванные истины.

   — Бернар Вербер · книга
3. «

   Знаешь, в одиночестве человек меняется. Становишься ко всему безразличен. И еще какой-то смутный страх, который ни на минуту тебя не отпускает. Ходишь, что-то делаешь, но в голове пустота. В конце концов почти перестаешь понимать, кто ты такой, и уже толком не знаешь, существуешь ты или нет.

   Знаешь, в одиночестве человек меняется. Становишься ко всему безразличен. И еще какой-то смутный страх, который ни на минуту тебя не отпускает. Ходишь, что-то делаешь, но в голове пустота. В конце концов почти перестаешь понимать, кто ты такой, и уже толком не знаешь, существуешь ты или нет.

   — Роже Мартен дю Гар · книга
4. «

   Любовь — совсем особое чувство, связывающее нас независимо от обязательств, налагаемых законом и совестью.

   Любовь — совсем особое чувство, связывающее нас независимо от обязательств, налагаемых законом и совестью.

   — Жорж Санд · книга
5. «

   Жизнь такая, как её видят. Это достаточно волшебно, чтобы не изобретать ничего больше.

   Жизнь такая, как её видят. Это достаточно волшебно, чтобы не изобретать ничего больше.

   — Бернар Вербер · книга
6. «

   В любви скорбь заразительна, и если любовник, испытывающий душевную боль, не сумел ее скрыть, она тотчас передается возлюбленной, даже если он ничего ей не объяснит.

   В любви скорбь заразительна, и если любовник, испытывающий душевную боль, не сумел ее скрыть, она тотчас передается возлюбленной, даже если он ничего ей не объяснит.

   — Жорж Санд · книга
7. «

   По-моему, я ошибся планетой.

   По-моему, я ошибся планетой.

   — Бернар Вербер · книга
8. «

   Не нужно отдавать религиям и сектам исключительное право говорить о Смерти и Рае.

   Не нужно отдавать религиям и сектам исключительное право говорить о Смерти и Рае.

   — Бернар Вербер · книга
9. «

   Потерять любимую и всё, что было сделано, — это как будто немного умереть.

   Потерять любимую и всё, что было сделано, — это как будто немного умереть.

   — Бернар Вербер · книга
10. «

    — А как ты думаешь, почему твоя подруга всё-таки согласилась выйти за него замуж? Он-то понятно, любит её без памяти, это любому теперь ясно. А она? Как он её уломал? — Видишь ли... Кира... Она немного странная, как все женщины-воительницы. Когда за ней ухаживали, как за нормальной женщиной, это в ней не пробуждало никаких чувств. А стоило ей один раз попасть в неприятность в компании его величества, она тут же прониклась к нему таким восторженным обожанием, какого я за ней прежде вообще не замечала. Она мне три вечера подряд рассказывала, какой он бесстрашный, мужественный и как бы она с ним хоть в битву, хоть в разведку, хоть на подвиги... — Хоть замуж.

    — А как ты думаешь, почему твоя подруга всё-таки согласилась выйти за него замуж? Он-то понятно, любит её без памяти, это любому теперь ясно. А она? Как он её уломал? — Видишь ли... Кира... Она немного странная, как все женщины-воительницы. Когда за ней ухаживали, как за нормальной женщиной, это в ней не пробуждало никаких чувств. А стоило ей один раз попасть в неприятность в компании его величества, она тут же прониклась к нему таким восторженным обожанием, какого я за ней прежде вообще не замечала. Она мне три вечера подряд рассказывала, какой он бесстрашный, мужественный и как бы она с ним хоть в битву, хоть в разведку, хоть на подвиги... — Хоть замуж.

    — Оксана Панкеева · книга
11. «

    Каковы бы ни были первоначальные намерения, люди всегда будут шагать по головам других. И если эксплуататоры отказываются играть свою роль, эксплуатируемые заставляют их это делать! Рабочие требуют у хозяев, ученики у гуру, граждане у президентов. Люди так боятся свободы, им так страшно думать самим, они боятся самоутверждаться… Я хочу быть Автономом. Автоном… и ещё три А: Анархист. Агностик. Автодидактик.

    Каковы бы ни были первоначальные намерения, люди всегда будут шагать по головам других. И если эксплуататоры отказываются играть свою роль, эксплуатируемые заставляют их это делать! Рабочие требуют у хозяев, ученики у гуру, граждане у президентов. Люди так боятся свободы, им так страшно думать самим, они боятся самоутверждаться… Я хочу быть Автономом. Автоном… и ещё три А: Анархист. Агностик. Автодидактик.

    — Бернар Вербер · книга
12. «

    Нам действительно есть чему поучиться у своих врагов.

    Нам действительно есть чему поучиться у своих врагов.

    — Бернар Вербер · книга
13. «

    Человек не властен над своим сердцем, никого нельзя считать преступником за то, что он полюбил или разлюбил.

    Человек не властен над своим сердцем, никого нельзя считать преступником за то, что он полюбил или разлюбил.

    — Жорж Санд · книга