20 лучших цитат — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран)

20 цитат, по которым узнают Эмиль Мишель Чоран (Сьоран): коротко, точно, без воды.

1. № 1
   «

   Как узнать, что ты на верном пути? Проще простого: если рядом с тобой не осталось никого, значит, ты действительно близок к сути.

   Как узнать, что ты на верном пути? Проще простого: если рядом с тобой не осталось никого, значит, ты действительно близок к сути.
2. № 2
   «

   Верный способ не сойти с ума в иных обстоятельствах: вспомнить о нереальности всего окружающего и не расставаться с этим...

   Верный способ не сойти с ума в иных обстоятельствах: вспомнить о нереальности всего окружающего и не расставаться с этим...

   — Признания и проклятия · книга
3. № 3
   «

   Чем лучше себя узнаешь, тем меньше доверяешь.

   Чем лучше себя узнаешь, тем меньше доверяешь.
4. № 4
   «

   Я живу между ностальгией по катастрофе и восторгом перед рутиной.

   Я живу между ностальгией по катастрофе и восторгом перед рутиной.
5. № 5
   «

   Весь день — состояние острейшей ностальгии, ностальгии по всему: по родине, детству, тому, что своими руками разрушил, по стольким пустым годам, стольким бесслезным дням... Не гожусь я для «жизни». Я был создан для существования совершенно дикого, в абсолютном одиночестве, вне времени, в призрачном, закатном раю. Призвание к тоске я довел до степени порока.

   Весь день — состояние острейшей ностальгии, ностальгии по всему: по родине, детству, тому, что своими руками разрушил, по стольким пустым годам, стольким бесслезным дням... Не гожусь я для «жизни». Я был создан для существования совершенно дикого, в абсолютном одиночестве, вне времени, в призрачном, закатном раю. Призвание к тоске я довел до степени порока.
6. № 6
   «

   Вне музыки все ложь — и одиночество, и даже экстаз. Музыка — это как раз наилучшее сочетание того и другого.

   Вне музыки все ложь — и одиночество, и даже экстаз. Музыка — это как раз наилучшее сочетание того и другого.

   — Признания и проклятия · книга
7. № 7
   «

   Какое количество пустоты я накопил в себе, сохраняя при этом свой статус личности! Это чудо, что я не взорвался под давлением такого объема небытия!

   Какое количество пустоты я накопил в себе, сохраняя при этом свой статус личности! Это чудо, что я не взорвался под давлением такого объема небытия!

   — Признания и проклятия · книга
8. № 8
   «

   Не смерти я боюсь — я боюсь жизни. Это она, сколько себя помню, всегда казалась мне непостижимой и страшной. Полная моя неспособность в нее вписаться. Отсюда и страх перед людьми, как будто они — существа другой природы. Постоянное чувство, что между нами нет ничего общего.

   Не смерти я боюсь — я боюсь жизни. Это она, сколько себя помню, всегда казалась мне непостижимой и страшной. Полная моя неспособность в нее вписаться. Отсюда и страх перед людьми, как будто они — существа другой природы. Постоянное чувство, что между нами нет ничего общего.

   — Молитва неверующего · книга
9. № 9
   «

   Его беззаботность поражает и восхищает меня. Он никуда не спешит, не стремится в определенном направлении, ничто его не увлекает. Можно подумать, что при рождении он выпил успокоительное, которое все еще продолжает действовать, благодаря чему на его лице играет несокрушимая улыбка.

   Его беззаботность поражает и восхищает меня. Он никуда не спешит, не стремится в определенном направлении, ничто его не увлекает. Можно подумать, что при рождении он выпил успокоительное, которое все еще продолжает действовать, благодаря чему на его лице играет несокрушимая улыбка.

   — Признания и проклятия · книга
10. № 10
    «

    Я являюсь самим собой, только находясь выше или ниже себя, только в приступах бешенства или уныния; на обычном моем уровне я просто не знаю, что я существую.

    Я являюсь самим собой, только находясь выше или ниже себя, только в приступах бешенства или уныния; на обычном моем уровне я просто не знаю, что я существую.

    — Горькие силлогизмы · книга
11. № 11
    «

    Когда пропадает желание проявлять себя, находишь убежище в музыке — добром гении всех, кто страдает безволием.

    Когда пропадает желание проявлять себя, находишь убежище в музыке — добром гении всех, кто страдает безволием.

    — Признания и проклятия · книга
12. № 12
    «

    Ненавидеть человека — значит желать, чтобы он был кем угодно, только не собой. Т. пишет, что любит меня, как никого на свете... и в то же время умоляет освободиться от навязчивых мыслей, избрать другой путь, переделать себя, разорвать всякую связь с собой прежним. Иными словами, перечеркивает само мое существование.

    Ненавидеть человека — значит желать, чтобы он был кем угодно, только не собой. Т. пишет, что любит меня, как никого на свете... и в то же время умоляет освободиться от навязчивых мыслей, избрать другой путь, переделать себя, разорвать всякую связь с собой прежним. Иными словами, перечеркивает само мое существование.

    — Попытки забыться · книга
13. № 13
    «

    Беспредельна мощь человека, способного к отказу. Любое побеждённое желание делает сильней; мы растём, борясь со своими природными склонностями. Всякий раз, как ты не сумел себя победить, ты потерпел поражение.

    Беспредельна мощь человека, способного к отказу. Любое побеждённое желание делает сильней; мы растём, борясь со своими природными склонностями. Всякий раз, как ты не сумел себя победить, ты потерпел поражение.

    — После конца истории · книга
14. № 14
    «

    Не будь у меня свободы покончить жизнь самоубийством, я бы уже давно застрелился.

    Не будь у меня свободы покончить жизнь самоубийством, я бы уже давно застрелился.
15. № 15
    «

    Глоток кофе и сигаретная затяжка — вот мои настоящие родители. Теперь я не курю, не пью кофе и чувствую себя сиротой. Я отказался от всего, что имел: от яда, того яда, который давал мне силу работать.

    Глоток кофе и сигаретная затяжка — вот мои настоящие родители. Теперь я не курю, не пью кофе и чувствую себя сиротой. Я отказался от всего, что имел: от яда, того яда, который давал мне силу работать.
16. № 16
    «

    Невозможно больше четверти часа без раздражения наблюдать отчаяние другого человека.

    Невозможно больше четверти часа без раздражения наблюдать отчаяние другого человека.

    — Признания и проклятия · книга
17. № 17
    «

    Рембо выхолостил поэзию на столетие вперед. Настоящий гений делает своих потомков импотентами.

    Рембо выхолостил поэзию на столетие вперед. Настоящий гений делает своих потомков импотентами.

    — Молитва неверующего · книга
18. № 18
    «

    Бывает, разумеется, меланхолия клиническая, на которую иногда еще можно воздействовать лекарствами; но есть и другая, подспудно присутствующая в нас даже в моменты бурного веселья и сопровождающая нас повсюду, ни на миг не оставляя в одиночестве. Ничто не в состоянии освободить нас от этой пагубной вездесущности: она стала нашим «я», навсегда застывшим перед лицом самого себя.

    Бывает, разумеется, меланхолия клиническая, на которую иногда еще можно воздействовать лекарствами; но есть и другая, подспудно присутствующая в нас даже в моменты бурного веселья и сопровождающая нас повсюду, ни на миг не оставляя в одиночестве. Ничто не в состоянии освободить нас от этой пагубной вездесущности: она стала нашим «я», навсегда застывшим перед лицом самого себя.

    — Признания и проклятия · книга
19. № 19
    «

    Пишут не тогда, когда есть что сказать, а когда не терпится сказать хоть что-нибудь.

    Пишут не тогда, когда есть что сказать, а когда не терпится сказать хоть что-нибудь.

    — Попытки забыться · книга
20. № 20
    «

    Любой, кто не умер в молодости, рано или поздно будет в этом раскаиваться.

    Любой, кто не умер в молодости, рано или поздно будет в этом раскаиваться.

    — Признания и проклятия · книга