570 фраз, которые всё говорят о «актерство»

Собрали 570 цитат на тему «актерство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Актёрство — это смесь везения и намерения. Мне повезло.

   Актёрство — это смесь везения и намерения. Мне повезло.

   — Джон Траволта
2. «

   Скажу больше, роли порой формируют мировоззрение.

   Скажу больше, роли порой формируют мировоззрение.

   — Евгений Миронов
3. «

   Глубокое заблуждение считать, что актёр должен быть умным.

   Глубокое заблуждение считать, что актёр должен быть умным.

   — Александр Калягин
4. «

   Актриса, которая хотела изобразить плач угнетенного и обиженного человека и изобразила его так, что кот спятил и изодрал занавеску, играть ничего не может.

   Актриса, которая хотела изобразить плач угнетенного и обиженного человека и изобразила его так, что кот спятил и изодрал занавеску, играть ничего не может.

   — Михаил Булгаков · книга
5. «

   Основная задача актера — быть понятным. В конце концов, публика платит за вход, и других обязанностей у неё нет.

   Основная задача актера — быть понятным. В конце концов, публика платит за вход, и других обязанностей у неё нет.

   — Джозеф Фрэнк Китон (Бастер Китон)
6. «

   Признаюсь, думал, вы типаж, Но жизнь сомнения разбила. Вновь вижу я в который раз Не просто роль, а просто диво.

   Признаюсь, думал, вы типаж, Но жизнь сомнения разбила. Вновь вижу я в который раз Не просто роль, а просто диво.

   — Валентин Гафт
7. «

   Сцена — место для тех, чей крест в себе копаться, Плакать навзрыд, на поворотах терять себя, Жить не придумано, а на разрыв связок.

   Сцена — место для тех, чей крест в себе копаться, Плакать навзрыд, на поворотах терять себя, Жить не придумано, а на разрыв связок.
8. «

   Рамки амплуа всегда суживали возможности актёра.

   Рамки амплуа всегда суживали возможности актёра.

   — Андрей Миронов
9. «

   Для тебя нет разницы между правдой и выдумкой. Ты всегда играешь. Эта привычка — твоя вторая натура. Ты играешь, когда принимаешь гостей. Ты играешь перед слугами, перед отцом, передо мной. Ты не существуешь. Ты — это только бесчисленные роли, которые ты исполняла. Я часто спрашиваю себя: была ли ты когда-нибудь сама собой или с самого начала служила лишь средством воплощения в жизнь тех персонажей, которых ты изображала. Когда ты заходишь в пустую комнату, мне иногда хочется внезапно распахнуть дверь туда, но я ни разу не решился на это — боюсь, что никого там не найду.

   Для тебя нет разницы между правдой и выдумкой. Ты всегда играешь. Эта привычка — твоя вторая натура. Ты играешь, когда принимаешь гостей. Ты играешь перед слугами, перед отцом, передо мной. Ты не существуешь. Ты — это только бесчисленные роли, которые ты исполняла. Я часто спрашиваю себя: была ли ты когда-нибудь сама собой или с самого начала служила лишь средством воплощения в жизнь тех персонажей, которых ты изображала. Когда ты заходишь в пустую комнату, мне иногда хочется внезапно распахнуть дверь туда, но я ни разу не решился на это — боюсь, что никого там не найду.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
10. «

    Ты, Боря, не мог бы! Зайчик – серьезная роль. Надо же все-таки взвешивать свои возможности, нельзя же так зарываться!

    Ты, Боря, не мог бы! Зайчик – серьезная роль. Надо же все-таки взвешивать свои возможности, нельзя же так зарываться!

    — Тюнин · фильм
11. «

    В 1940 году, во время «странной войны», я полюбил возвращаться домой за полночь. Жил я тогда на улице Соммерар. Как-то раз ко мне подошла нетвердой походкой старая проститутка с седыми волосами. Она попросила проводить её домой, опасаясь облавы. Мы немного поболтали. На следующую ночь она встретилась мне опять. Мы познакомились. Теперь она каждую ночь, часа в три, когда я обычно возвращался, ждала меня на обычном месте, чтобы поговорить, нередко — до утра. Так продолжалось до вступления немцев в Париж, после чего она исчезла. У неё был поразительный талант изображать человека или обстановку и жесты настоящей трагической актрисы. Однажды, когда я ополчился на весь мир, на всех этих спящих вокруг вшиварей, как я их назвал, она — с выразительностью, достойной лучших сцен мира, — подняла руки и глаза к небу и бросила: «А этот вшиварь там, наверху!»

    В 1940 году, во время «странной войны», я полюбил возвращаться домой за полночь. Жил я тогда на улице Соммерар. Как-то раз ко мне подошла нетвердой походкой старая проститутка с седыми волосами. Она попросила проводить её домой, опасаясь облавы. Мы немного поболтали. На следующую ночь она встретилась мне опять. Мы познакомились. Теперь она каждую ночь, часа в три, когда я обычно возвращался, ждала меня на обычном месте, чтобы поговорить, нередко — до утра. Так продолжалось до вступления немцев в Париж, после чего она исчезла. У неё был поразительный талант изображать человека или обстановку и жесты настоящей трагической актрисы. Однажды, когда я ополчился на весь мир, на всех этих спящих вокруг вшиварей, как я их назвал, она — с выразительностью, достойной лучших сцен мира, — подняла руки и глаза к небу и бросила: «А этот вшиварь там, наверху!»

    — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) · книга
12. «

    Человек по натуре актер, хороший или плохой — это не важно. И ему никто уже не сможет помочь, когда его талант умирает.

    Человек по натуре актер, хороший или плохой — это не важно. И ему никто уже не сможет помочь, когда его талант умирает.

    — Гнев (Man on Fire) · фильм
13. «

    Знаешь, почему актеры выбирают эту профессию? Мы хотим, чтобы нас любили. Бездонный сосуд, который нужно постоянно наполнять любовью и признанием.

    Знаешь, почему актеры выбирают эту профессию? Мы хотим, чтобы нас любили. Бездонный сосуд, который нужно постоянно наполнять любовью и признанием.

    — Рэйчел Берри · сериал
14. «

    Люди постоянно говорят мне: «Знаешь, а я посмотрел все пять сезонов за пять дней». Вначале я не знал, как относиться к этому, а потом понял, что все же мне это не нравится. Не нравится, потому что работу шести лет кто-то пытается упихнуть в пять дней.

    Люди постоянно говорят мне: «Знаешь, а я посмотрел все пять сезонов за пять дней». Вначале я не знал, как относиться к этому, а потом понял, что все же мне это не нравится. Не нравится, потому что работу шести лет кто-то пытается упихнуть в пять дней.

    — Аарон Пол
15. «

    Какой пассаж, какая смелость: Перед комиссией разделась. Актрисой стали Вы теперь, «Мой ласковый и нежный зверь».

    Какой пассаж, какая смелость: Перед комиссией разделась. Актрисой стали Вы теперь, «Мой ласковый и нежный зверь».

    — Валентин Гафт
16. «

    Каждая роль — это семейство, что ли. Любой участок режь — любой больно. Любая роль, она семья твоя. Круг твоих знакомых, хороших, добрых, которым ты отдаёшь своим мысли, свои надежды, свои чаяния. Облагораживаешь их, либо уничтожаешь. Или, если это отрицательная роль, стараешься найти какие-то наиболее резкие, точные краски, разоблачающие. И всё равно это предмет твоих мыслей, предмет твоих наблюдений, предмет твоего творчества. Каждодневного тренажа и каждодневной творческой работы.

    Каждая роль — это семейство, что ли. Любой участок режь — любой больно. Любая роль, она семья твоя. Круг твоих знакомых, хороших, добрых, которым ты отдаёшь своим мысли, свои надежды, свои чаяния. Облагораживаешь их, либо уничтожаешь. Или, если это отрицательная роль, стараешься найти какие-то наиболее резкие, точные краски, разоблачающие. И всё равно это предмет твоих мыслей, предмет твоих наблюдений, предмет твоего творчества. Каждодневного тренажа и каждодневной творческой работы.

    — Анатолий Папанов
17. «

    — Вам не хочется бросить [работу актёра], на дачку уехать отдыхать? — А вам не хочется бросить вашу журналистскую работу? — А я только начала. — Только начали... Надо каждый день, как будто ты только начинаешь. А когда ты будешь делать так, как-будто в последний раз, тогда надо уходить. <...> Как может надоесть? Театр — это вообще какая-то зараза.

    — Вам не хочется бросить [работу актёра], на дачку уехать отдыхать? — А вам не хочется бросить вашу журналистскую работу? — А я только начала. — Только начали... Надо каждый день, как будто ты только начинаешь. А когда ты будешь делать так, как-будто в последний раз, тогда надо уходить. <...> Как может надоесть? Театр — это вообще какая-то зараза.

    — Спартак Мишулин
18. «

    Заканчивается «Мадемуазель Нитуш». Четыре часа идёт спектакль. Я выхожу на улицу и думаю: «Господи, как же я устала». Стоит женщина и говорит: «Машенька, вы меня простите, я вот вас дождалась». Я говорю: «Да, я вас слушаю. Здравствуйте». Уставшая артистка. Она говорит: «Вы знаете, у меня четвертая степень рака, а я восьмой раз на вашем спектакле». Еле дышит стоит. «Вы мне жизнь продлеваете». Я думала, я сдохну от стыда. Тебе Господь дал возможность лечить. Души лечить. Настроение лечить. И чем страшнее вокруг, тем больше ты должен работать.

    Заканчивается «Мадемуазель Нитуш». Четыре часа идёт спектакль. Я выхожу на улицу и думаю: «Господи, как же я устала». Стоит женщина и говорит: «Машенька, вы меня простите, я вот вас дождалась». Я говорю: «Да, я вас слушаю. Здравствуйте». Уставшая артистка. Она говорит: «Вы знаете, у меня четвертая степень рака, а я восьмой раз на вашем спектакле». Еле дышит стоит. «Вы мне жизнь продлеваете». Я думала, я сдохну от стыда. Тебе Господь дал возможность лечить. Души лечить. Настроение лечить. И чем страшнее вокруг, тем больше ты должен работать.

    — Мария Аронова
19. «

    Насколько я понимаю, актерство — это выражение самого себя, воплощение своих мыслей в жизнь. Художник делает это с его картинами, музыкант с его песнями. Актерство — это очень инстинктивные формы искусства, я использую свой инстинкт, когда я играю.

    Насколько я понимаю, актерство — это выражение самого себя, воплощение своих мыслей в жизнь. Художник делает это с его картинами, музыкант с его песнями. Актерство — это очень инстинктивные формы искусства, я использую свой инстинкт, когда я играю.

    — Эван МакГрегор
20. «

    Я люблю антигероев. Мне почему-то трудно играть кого-то светлого и пушистого. Вроде это должно быть проще, но у меня не выходит. Мой герой — это всегда сложный человек.

    Я люблю антигероев. Мне почему-то трудно играть кого-то светлого и пушистого. Вроде это должно быть проще, но у меня не выходит. Мой герой — это всегда сложный человек.

    — Джереми Ли Реннер