189 лучших мыслей на тему «алкоголизм»

Тема «алкоголизм» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 189 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Помощь, которую предлагает система, зачастую отталкивает уже на уровне названия. Например, «группа анонимных алкоголиков» мне представляется как какие-то курсы, где меня тупо научат бухать, чтобы об этом никто не знал. Как вообще можно быть анонимным алкоголиком? Алкоголизм очень трудно скрывать. Это невозможно как носить костёр в пакете.

   Помощь, которую предлагает система, зачастую отталкивает уже на уровне названия. Например, «группа анонимных алкоголиков» мне представляется как какие-то курсы, где меня тупо научат бухать, чтобы об этом никто не знал. Как вообще можно быть анонимным алкоголиком? Алкоголизм очень трудно скрывать. Это невозможно как носить костёр в пакете.

   — Денис Чепурненко (Денис Че)
2. «

   После небольшой борьбы с будильником, я опять отправилась спать, и, засыпая, вспомнила, что отрубилась, не смыв макияж. И да, этой ночью я напилась в одиночестве.

   После небольшой борьбы с будильником, я опять отправилась спать, и, засыпая, вспомнила, что отрубилась, не смыв макияж. И да, этой ночью я напилась в одиночестве.
3. «

   дети, особенно дети алкоголиков, часто пользуются маневрами, характерными для алкоголиков. Дети, играющие в «Попробуй поймать меня», лгут, прячут вещи, напрашиваются на брань, ищут тех, кто им посочувствует, и обычно находят сердобольную соседку, дающую им подачки, и т. д. Самобичевание при этом часто откладывается на последующие годы.

   дети, особенно дети алкоголиков, часто пользуются маневрами, характерными для алкоголиков. Дети, играющие в «Попробуй поймать меня», лгут, прячут вещи, напрашиваются на брань, ищут тех, кто им посочувствует, и обычно находят сердобольную соседку, дающую им подачки, и т. д. Самобичевание при этом часто откладывается на последующие годы.

   — Эрик Берн · книга
4. «

   Человек боролся с грехом пьянства и решил, что победил его, ибо не пил целую неделю. Обрадовался он, что одержал победу над своей зависимостью, и услышал как бы внутри себя голос, восхвалявший его: — Вот какой ты молодец, какая сила воли, какая выдержка! Ты вышел победителем в этой схватке. Ты же знал, что всё можешь сделать, если захочешь, пусть теперь и другие знают! Стоило тебе только захотеть бросить пить, и ты бросил. Подумаешь, это для тебя не проблема! А они заладили: «Зависимость, зависимость! Спасать человека надо!» Глупые, да от чего спасать-то? Ты же пьёшь, только когда хочешь. Ты свободный человек, ни от чего не зависишь и делаешь только то, что хочешь! Возгордился человек. Принимает хвалу и почести, а голос ему и говорит: — Ты достаточно потрудился и победил. Теперь надо бы это дело отметить стаканчиком водочки. Согласился человек и налил себе стаканчик. А где один, там поблизости и второй, и третий. Вскоре он валялся на земле мертвецки пьяный. Так окончилась его «победа» над пьянством.

   Человек боролся с грехом пьянства и решил, что победил его, ибо не пил целую неделю. Обрадовался он, что одержал победу над своей зависимостью, и услышал как бы внутри себя голос, восхвалявший его: — Вот какой ты молодец, какая сила воли, какая выдержка! Ты вышел победителем в этой схватке. Ты же знал, что всё можешь сделать, если захочешь, пусть теперь и другие знают! Стоило тебе только захотеть бросить пить, и ты бросил. Подумаешь, это для тебя не проблема! А они заладили: «Зависимость, зависимость! Спасать человека надо!» Глупые, да от чего спасать-то? Ты же пьёшь, только когда хочешь. Ты свободный человек, ни от чего не зависишь и делаешь только то, что хочешь! Возгордился человек. Принимает хвалу и почести, а голос ему и говорит: — Ты достаточно потрудился и победил. Теперь надо бы это дело отметить стаканчиком водочки. Согласился человек и налил себе стаканчик. А где один, там поблизости и второй, и третий. Вскоре он валялся на земле мертвецки пьяный. Так окончилась его «победа» над пьянством.
5. «

   Ты ужасный, ни на что не годный, злобный алкоголик.

   Ты ужасный, ни на что не годный, злобный алкоголик.

   — Суо Павличенко · аниме
6. «

   Вторую пили близ прилавка, в закуточке, Но это были еще цветочки, Потом в скверу, где детские грибочки, Потом не помню — дошел до точки.

   Вторую пили близ прилавка, в закуточке, Но это были еще цветочки, Потом в скверу, где детские грибочки, Потом не помню — дошел до точки.
7. «

   Не так уж много развлечений бате по карману: Батя пьёт водку, Батя бьёт маму. И ни к чему менять программу – и так всё чётко: Батя бьёт маму, Батя пьет водку.

   Не так уж много развлечений бате по карману: Батя пьёт водку, Батя бьёт маму. И ни к чему менять программу – и так всё чётко: Батя бьёт маму, Батя пьет водку.
8. «

   Чем отличается мозг зависимого от алкоголя человека от мозга обычного человека? Обычный человек что-то выпил, немного расслабился и у него в голове заиграл джаз. Раз — и он протрезвел. Зависимый выпил и начался семидневный бразильский карнавал. «Саша, тебе завтра на работу!» И ты в ответ: «Я на карнавале!»

   Чем отличается мозг зависимого от алкоголя человека от мозга обычного человека? Обычный человек что-то выпил, немного расслабился и у него в голове заиграл джаз. Раз — и он протрезвел. Зависимый выпил и начался семидневный бразильский карнавал. «Саша, тебе завтра на работу!» И ты в ответ: «Я на карнавале!»

   — Александр Шаляпин
9. «

   Да, да, в тот день мое прекрасное сердце целых полчаса боролось с рассудком. Как в трагедиях Пьера Корнеля, поэта-лауреата: долг борется с сердечным влечением. Только у меня наоборот: сердечное влечение боролось с рассудком и долгом. Сердце мне говорило: «тебя обидели, тебя сравняли с гов***. Поди, Веничка, и напейся. Встань и поди напейся, как с***». Так говорило мое прекрасное сердце. А мой рассудок? — он брюзжал и упорствовал: «ты не встанешь, Ерофеев, ты никуда не пойдешь и ни капли не выпьешь». А сердце на это: «ну ладно, Веничка, ладно. Много пить не надо, не надо напиваться, как с***, а выпей четыреста граммов и завязывай». «Никаких грамм! — отчеканивал рассудок. — если уж без этого нельзя, поди и выпей три кружки пива; а о граммах своих, Ерофеев, и помнить забудь». А сердце заныло: «ну хоть двести грамм. Ну… ну, хоть сто пятьдесят…» и тогда рассудок: «Ну хорошо, Веня, — сказал, — хорошо, выпей сто пятьдесят, только никуда не ходи, сиди дома». Что ж вы думаете? Я выпил сто пятьдесят и усидел дома? Ха-ха. Я с этого дня пил по тысяче пятьсот каждый день, чтобы усидеть дома, и все-таки не усидел. Потому что на шестой день размок уже настолько, что исчезла грань между рассудком и сердцем, и оба в голос мне затвердили: «Поезжай, поезжай в Петушки! В Петушках — твое спасение и радость твоя, поезжай.»

   Да, да, в тот день мое прекрасное сердце целых полчаса боролось с рассудком. Как в трагедиях Пьера Корнеля, поэта-лауреата: долг борется с сердечным влечением. Только у меня наоборот: сердечное влечение боролось с рассудком и долгом. Сердце мне говорило: «тебя обидели, тебя сравняли с гов***. Поди, Веничка, и напейся. Встань и поди напейся, как с***». Так говорило мое прекрасное сердце. А мой рассудок? — он брюзжал и упорствовал: «ты не встанешь, Ерофеев, ты никуда не пойдешь и ни капли не выпьешь». А сердце на это: «ну ладно, Веничка, ладно. Много пить не надо, не надо напиваться, как с***, а выпей четыреста граммов и завязывай». «Никаких грамм! — отчеканивал рассудок. — если уж без этого нельзя, поди и выпей три кружки пива; а о граммах своих, Ерофеев, и помнить забудь». А сердце заныло: «ну хоть двести грамм. Ну… ну, хоть сто пятьдесят…» и тогда рассудок: «Ну хорошо, Веня, — сказал, — хорошо, выпей сто пятьдесят, только никуда не ходи, сиди дома». Что ж вы думаете? Я выпил сто пятьдесят и усидел дома? Ха-ха. Я с этого дня пил по тысяче пятьсот каждый день, чтобы усидеть дома, и все-таки не усидел. Потому что на шестой день размок уже настолько, что исчезла грань между рассудком и сердцем, и оба в голос мне затвердили: «Поезжай, поезжай в Петушки! В Петушках — твое спасение и радость твоя, поезжай.»

   — Венедикт Васильевич Ерофеев · книга
10. «

    Одним местом чувствую — мы надолго влипли. Тут как с водкой. Откупориваю первую бутылку, и вижу на её дне недельный запой...

    Одним местом чувствую — мы надолго влипли. Тут как с водкой. Откупориваю первую бутылку, и вижу на её дне недельный запой...

    — Митрич
11. «

    Я под забором, в хоккейной маске, пытаюсь вспомнить свое имя и автобус, в который сяду, тупой, как глобус, и, как законченный поэт, уеду вдаль.

    Я под забором, в хоккейной маске, пытаюсь вспомнить свое имя и автобус, в который сяду, тупой, как глобус, и, как законченный поэт, уеду вдаль.
12. «

    Я начал сильно пить. Чтобы забыть о боли, избавиться от одиночества... Но выпивка никогда ни хрена не меняет...

    Я начал сильно пить. Чтобы забыть о боли, избавиться от одиночества... Но выпивка никогда ни хрена не меняет...

    — Джеймс Сандерленд · игра
13. «

    Опасность умеренного потребления спиртных напитков заключается еще в том, что из умеренно пьющих вырабатываются нередко пьяницы. У пьющего человека появляется непреодолимое влечение к алкоголю, так как нервная система привыкает к отравлению и требует все новых и новых раздражений. Яд алкоголя пагубно действует не только на того кто пьет, но и на того, кто рождается от пьющего. Еще не зачатый, он уже обречен нести на себе печать алкогольной отравы, потому что алкоголь, отравляет в организме и те клетки, из которых должен начать свою жизнь новый человек.

    Опасность умеренного потребления спиртных напитков заключается еще в том, что из умеренно пьющих вырабатываются нередко пьяницы. У пьющего человека появляется непреодолимое влечение к алкоголю, так как нервная система привыкает к отравлению и требует все новых и новых раздражений. Яд алкоголя пагубно действует не только на того кто пьет, но и на того, кто рождается от пьющего. Еще не зачатый, он уже обречен нести на себе печать алкогольной отравы, потому что алкоголь, отравляет в организме и те клетки, из которых должен начать свою жизнь новый человек.

    — Николай Тяпугин · книга
14. «

    Если вы спросите меня, почему мой отец стал алкоголиком — я не знаю. Может быть, он слишком разочаровался в жизни. Я не знаю, и это не важно.

    Если вы спросите меня, почему мой отец стал алкоголиком — я не знаю. Может быть, он слишком разочаровался в жизни. Я не знаю, и это не важно.

    — Криштиану Роналду · фильм
15. «

    — Я люблю другого человека. — Качалова? Да все знют об этом! — И что? Тебя это вообще никак не волнует? — Я видел твоего Качалова в театре. Он же старик! Ему сорок! А ревматизм? Алкоголизм? — Алкоголизм... Для артиста это не диагноз! Это источник вдохновения.

    — Я люблю другого человека. — Качалова? Да все знют об этом! — И что? Тебя это вообще никак не волнует? — Я видел твоего Качалова в театре. Он же старик! Ему сорок! А ревматизм? Алкоголизм? — Алкоголизм... Для артиста это не диагноз! Это источник вдохновения.

    — Фаина Раневская · сериал
16. «

    Я вполне доволен нормальными радостями, которые не разрушают моей нервной системы.

    Я вполне доволен нормальными радостями, которые не разрушают моей нервной системы.

    — Герхарт Гауптман · книга
17. «

    Как прекрасен пьяный человек! Когда лежит он со спущенными штанами на асфальте возле входа в железнодорожный вокзал, любой прохожий обязательно испытает чувство гордости. Пусть за себя, а не за него, ну так что ж?

    Как прекрасен пьяный человек! Когда лежит он со спущенными штанами на асфальте возле входа в железнодорожный вокзал, любой прохожий обязательно испытает чувство гордости. Пусть за себя, а не за него, ну так что ж?

    — Дмитрий Горчев · книга
18. «

    Алкоголь не выбирает кого губить — богатого или бедного, глупого или умного, красивого или уродливого — перед ним все равны, как и перед любой болезнью. Только вот болезнь эта не благородная, она не вызывает жалости, поэтому тщательно скрывается, покуда хватает ресурсов.

    Алкоголь не выбирает кого губить — богатого или бедного, глупого или умного, красивого или уродливого — перед ним все равны, как и перед любой болезнью. Только вот болезнь эта не благородная, она не вызывает жалости, поэтому тщательно скрывается, покуда хватает ресурсов.

    — Александра Макарова · книга
19. «

    Формами, которые индивид выбирает в неоргиастической культуре, являются алкоголизм и наркомания. В противоположность тем, кто участвует в социально одобренном действии, такие индивиды страдают от чувства виновности и угрызений совести. Хотя они пытаются бежать от отделенности, находя прибежище в алкоголе и наркотиках, они чувствуют еще большее одиночество после того, как оргиастические переживания заканчиваются, и тогда растет необходимость возвращаться в свое прибежище как можно чаще и интенсивнее. Мало чем отличается от этого прибежища сексуальное оргиастическое решение проблемы. В определенном смысле, это естественная и нормальная форма преодоления отделенности и частичный ответ на проблему изоляции. Но для многих индивидов, чья отделенность не преодолима иными способами, источник сексуального удовлетворения обретает ту функцию, которая делает его не слишком отличимым от алкоголизма и наркомании. Оно становится отчаянной попыткой избежать тревоги, порождаемой отделенностью, и в результате ведет к еще большему увеличению чувства отделенности, поскольку сексуальный акт без любви никогда не может перекинуть мост над пропастью, разделяющей два человеческих существа. Разве что на краткий миг.

    Формами, которые индивид выбирает в неоргиастической культуре, являются алкоголизм и наркомания. В противоположность тем, кто участвует в социально одобренном действии, такие индивиды страдают от чувства виновности и угрызений совести. Хотя они пытаются бежать от отделенности, находя прибежище в алкоголе и наркотиках, они чувствуют еще большее одиночество после того, как оргиастические переживания заканчиваются, и тогда растет необходимость возвращаться в свое прибежище как можно чаще и интенсивнее. Мало чем отличается от этого прибежища сексуальное оргиастическое решение проблемы. В определенном смысле, это естественная и нормальная форма преодоления отделенности и частичный ответ на проблему изоляции. Но для многих индивидов, чья отделенность не преодолима иными способами, источник сексуального удовлетворения обретает ту функцию, которая делает его не слишком отличимым от алкоголизма и наркомании. Оно становится отчаянной попыткой избежать тревоги, порождаемой отделенностью, и в результате ведет к еще большему увеличению чувства отделенности, поскольку сексуальный акт без любви никогда не может перекинуть мост над пропастью, разделяющей два человеческих существа. Разве что на краткий миг.

    — Эрих Фромм · книга
20. «

    — Нет, мне правда что-то нехорошо. Руки трясутся, со зрением что-то не так. Всё как будто во сне. — Брона, ты просто трезвая. — Мне это не нравится, Нив. Совсем не нравится.

    — Нет, мне правда что-то нехорошо. Руки трясутся, со зрением что-то не так. Всё как будто во сне. — Брона, ты просто трезвая. — Мне это не нравится, Нив. Совсем не нравится.

    — Брона · сериал