70 цитат про «архитектура», проверенных временем

70 цитат про «архитектура»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я уважаю башни из слоновой кости, но мне жалко слонов.

   Я уважаю башни из слоновой кости, но мне жалко слонов.

   — Андрей Рубанов · книга
2. «

   Живопись — искусство, на которое можно смотреть; скульптура — искусство, вокруг которого можно обойти; архитектура — искусство, сквозь которое можно пройти.

   Живопись — искусство, на которое можно смотреть; скульптура — искусство, вокруг которого можно обойти; архитектура — искусство, сквозь которое можно пройти.

   — Дэн Райс
3. «

   Мировая архитектура — каменная, один раз построил — и навеки запечатлел свою идею, свою мысль. А русская архитектура — деревянная. Три-четыре десятилетия, и всё разваливается. Три-четыре десятилетия — срок одного поколения. Мысль, идею сохраняет в себе общество, бесконечно воспроизводя недолговечные и тленные формы. И с таким способом существования мысль всегда живая, всегда — гребень волны, а не глубины океана, всегда отбирается лучшее, максимально насыщенное информацией. Выходит, что деревянное зодчество — это архивация усложняющегося мира каждым новым поколением. Если в Европе её наследие — огромное множество файлов от разных поколений, то в России — один и тот же файл, который вечно в работе. Приходит поколение, этот файл разворачивает, правит, немного дополняет, архивирует. Потом следующее поколение опять разархивирует тот же файл, опять правит, опять дополняет, опять архивирует. И так далее. Такое количество работы над одним и тем же файлом превращает этот файл во что-то вроде намоленной иконы, которая способна творить чудеса.

   Мировая архитектура — каменная, один раз построил — и навеки запечатлел свою идею, свою мысль. А русская архитектура — деревянная. Три-четыре десятилетия, и всё разваливается. Три-четыре десятилетия — срок одного поколения. Мысль, идею сохраняет в себе общество, бесконечно воспроизводя недолговечные и тленные формы. И с таким способом существования мысль всегда живая, всегда — гребень волны, а не глубины океана, всегда отбирается лучшее, максимально насыщенное информацией. Выходит, что деревянное зодчество — это архивация усложняющегося мира каждым новым поколением. Если в Европе её наследие — огромное множество файлов от разных поколений, то в России — один и тот же файл, который вечно в работе. Приходит поколение, этот файл разворачивает, правит, немного дополняет, архивирует. Потом следующее поколение опять разархивирует тот же файл, опять правит, опять дополняет, опять архивирует. И так далее. Такое количество работы над одним и тем же файлом превращает этот файл во что-то вроде намоленной иконы, которая способна творить чудеса.

   — Алексей Иванов · книга
4. «

   Фараоны рекламировали себя при помощи пирамид.

   Фараоны рекламировали себя при помощи пирамид.

   — Рамон Гомес Де Ла Серна
5. «

   Перед ней херувимы парили над каменными зарослями на фасаде, листья винограда на барельефе словно помялись от порыва ветра, не хватало лепестков у ромашек, как если бы кто-то не закончил гадать «Любит — не любит».

   Перед ней херувимы парили над каменными зарослями на фасаде, листья винограда на барельефе словно помялись от порыва ветра, не хватало лепестков у ромашек, как если бы кто-то не закончил гадать «Любит — не любит».

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Голову даю на отсечение — маршрут стал другим. Ей-богу, это место непрестанно меняется, здание поворачивается на своем фундаменте, со скрипом приноравливается к переделкам. Словно строители-невидимки еженощно перекладывают стены, пробивают новые дверные проемы, добавляют проходы в запутанную сеть коридоров.

   Голову даю на отсечение — маршрут стал другим. Ей-богу, это место непрестанно меняется, здание поворачивается на своем фундаменте, со скрипом приноравливается к переделкам. Словно строители-невидимки еженощно перекладывают стены, пробивают новые дверные проемы, добавляют проходы в запутанную сеть коридоров.

   — Сэм Хайес · книга
7. «

   Сооружение границы, обособляющий внутреннее от внешнего, представляет собой первичный акт архитектуры.

   Сооружение границы, обособляющий внутреннее от внешнего, представляет собой первичный акт архитектуры.

   — Рудольф Арнхейм · книга
8. «

   Двигаюсь из грязного Петербурга Достоевского в не более чистые окраины города – пространства урбана постсоветского. Эпитеты продолжая, скажу: «Под властью рациональности, Изыски архитектуры здесь пали жертвой функциональности».

   Двигаюсь из грязного Петербурга Достоевского в не более чистые окраины города – пространства урбана постсоветского. Эпитеты продолжая, скажу: «Под властью рациональности, Изыски архитектуры здесь пали жертвой функциональности».
9. «

   По барельефам старинных зданий читаешь фасады, как книгу живого участия в событиях камня, и видишь, какими мы станем после наложенного алебастра.

   По барельефам старинных зданий читаешь фасады, как книгу живого участия в событиях камня, и видишь, какими мы станем после наложенного алебастра.

   — Андрей Николаевич Дмитриев
10. «

    Архитектура — это искусство, в котором мы живём. Почему никто этого не понимает?

    Архитектура — это искусство, в котором мы живём. Почему никто этого не понимает?

    — Джейкоб Стоун · сериал
11. «

    Архитектура — это не просто какие-то стены, где можно помолиться. Архитектура — это искусство. Архитектура формирует мысли человека, она формирует эмоции человека. И от того, в каких стенах мы находимся, зависит то, какие мысли в наших головах рождаются.

    Архитектура — это не просто какие-то стены, где можно помолиться. Архитектура — это искусство. Архитектура формирует мысли человека, она формирует эмоции человека. И от того, в каких стенах мы находимся, зависит то, какие мысли в наших головах рождаются.

    — Илья Варламов
12. «

    В Чикаго такая превосходная архитектура, что чувствуется необходимость что-нибудь сносить время от времени и воздвигать жуткие здания, чтобы народ мог оценить прелесть старины.

    В Чикаго такая превосходная архитектура, что чувствуется необходимость что-нибудь сносить время от времени и воздвигать жуткие здания, чтобы народ мог оценить прелесть старины.

    — Одри Ниффенеггер · книга
13. «

    Прошлое прошло, мсье, мы уже живём в настоящем, а то, что мы выстроим, будет существовать в будущем, стало быть, мы будущее и проектируем.

    Прошлое прошло, мсье, мы уже живём в настоящем, а то, что мы выстроим, будет существовать в будущем, стало быть, мы будущее и проектируем.

    — Ирина Измайлова · книга
14. «

    Приятное в бетоне то, что он выглядит незавершенным.

    Приятное в бетоне то, что он выглядит незавершенным.

    — Заха Хадид
15. «

    ...важно создавать нечто новое, поскольку архитектура – лицо нынешнего поколения, символ текущего момента. Именно здания создают летопись времени, по ним мы узнаем об истории людей, их образе жизни и нравах.

    ...важно создавать нечто новое, поскольку архитектура – лицо нынешнего поколения, символ текущего момента. Именно здания создают летопись времени, по ним мы узнаем об истории людей, их образе жизни и нравах.

    — Заха Хадид
16. «

    Я двинулся вверх по длинному мосту, с обеих сторон окружённому разбитыми ростовыми статуями. Чем дальше я уходил, тем яснее видел, сколь же величественным некогда должно было быть это место. Восьмиугольный город-храм необыкновенных размеров и сложности. На Колхиде у нас были соборы и крупнее, однако ни один из них не создавали с таким пониманием взаимосвязи реального и нереального. Я сразу же понял — эти давно умершие архитекторы знали, что делали. Им были известны священные степени и пропорции. Знали, где расположить наблюдательные башни и звонницы, чтобы улавливать красный свет проходящего древнего солнца Давина и отбрасывать тени, которые на краю зрения казались похожими на зубы, рога и кривые когти.

    Я двинулся вверх по длинному мосту, с обеих сторон окружённому разбитыми ростовыми статуями. Чем дальше я уходил, тем яснее видел, сколь же величественным некогда должно было быть это место. Восьмиугольный город-храм необыкновенных размеров и сложности. На Колхиде у нас были соборы и крупнее, однако ни один из них не создавали с таким пониманием взаимосвязи реального и нереального. Я сразу же понял — эти давно умершие архитекторы знали, что делали. Им были известны священные степени и пропорции. Знали, где расположить наблюдательные башни и звонницы, чтобы улавливать красный свет проходящего древнего солнца Давина и отбрасывать тени, которые на краю зрения казались похожими на зубы, рога и кривые когти.

    — Крис Райт · книга
17. «

    Женщины привлекательны. Поэтому мы и бегаем за вами. Вы привлекательны головой и телом... Ваши тела прекрасны, но в них нет никакой логики с точки зрения дизайна. Большая грудь, тонкая талия, широкие бёдра, большая задница, короткое ноги, маленькие ступни. Если бы вы попросили архитектора построить женщину, он бы сказал: «Это не безопасно!»

    Женщины привлекательны. Поэтому мы и бегаем за вами. Вы привлекательны головой и телом... Ваши тела прекрасны, но в них нет никакой логики с точки зрения дизайна. Большая грудь, тонкая талия, широкие бёдра, большая задница, короткое ноги, маленькие ступни. Если бы вы попросили архитектора построить женщину, он бы сказал: «Это не безопасно!»

    — Нил Бреннан
18. «

    Величайшее произведение, которое отражает свою эпоху, никогда не должно игнорировать окружение. Серьезный архитектор должен это учитывать. Если он хочет что-то построить, он должен брать во внимание природу, он должен взаимодействовать с освещением.

    Величайшее произведение, которое отражает свою эпоху, никогда не должно игнорировать окружение. Серьезный архитектор должен это учитывать. Если он хочет что-то построить, он должен брать во внимание природу, он должен взаимодействовать с освещением.

    — Саймон Уайлер · фильм
19. «

    Архитектура — выразительница нравов.

    Архитектура — выразительница нравов.

    — Оноре де Бальзак
20. «

    Архитектура! Хрупкое, могущественное, загадочное слово, мудрое, как камни старинных стен, оплетенное, точно картина трещинками, нитями истории всего человечества…

    Архитектура! Хрупкое, могущественное, загадочное слово, мудрое, как камни старинных стен, оплетенное, точно картина трещинками, нитями истории всего человечества…

    — Ирина Измайлова · книга