21 глубоких цитата про «авторство»

21 цитата про «авторство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Красота этой книги была совершенна потому, что у нее не должно было быть читателя.

   Красота этой книги была совершенна потому, что у нее не должно было быть читателя.

   — Виктор Пелевин · книга
2. «

   0000613. Ошибочно приписывать авторство М. А. Булгакову, — так говорят, — а себе — плагиат: «в кабинете костюм за письменным столом есть, а человека — нет».

   0000613. Ошибочно приписывать авторство М. А. Булгакову, — так говорят, — а себе — плагиат: «в кабинете костюм за письменным столом есть, а человека — нет».
3. «

   Творец книги — автор, творец её судьбы — общество.

   Творец книги — автор, творец её судьбы — общество.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Когда не удаётся атаковать мысль, атакуют её автора.

   Когда не удаётся атаковать мысль, атакуют её автора.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   ... Персонажи романов — не более чем марионетки, которыми управляет могущественный кукловод. В детстве Герберт сам был таким. Однако, решив стать писателем, он усвоил раз и навсегда: авторский вымысел нельзя принимать за чистую монету, герои книг не вольны в своих поступках. Все, что они делают и думают, зависит от воли высшего существа, которое, запершись в своем кабинете, лениво передвигает фигуры на шахматной доске, отнюдь не испытывая чувств, что надеется вызвать в читателях. Романы — не куски живой жизни, а ее модели, образцы усовершенствованной, отполированной реальности, в которой пустое время и бесполезную рутину подменяют придуманные события, увлекательные и значительные.

   ... Персонажи романов — не более чем марионетки, которыми управляет могущественный кукловод. В детстве Герберт сам был таким. Однако, решив стать писателем, он усвоил раз и навсегда: авторский вымысел нельзя принимать за чистую монету, герои книг не вольны в своих поступках. Все, что они делают и думают, зависит от воли высшего существа, которое, запершись в своем кабинете, лениво передвигает фигуры на шахматной доске, отнюдь не испытывая чувств, что надеется вызвать в читателях. Романы — не куски живой жизни, а ее модели, образцы усовершенствованной, отполированной реальности, в которой пустое время и бесполезную рутину подменяют придуманные события, увлекательные и значительные.

   — Феликс Пальма · книга
6. «

   Я до сих пор чувствую себя так, когда слышу нашу музыку на радио. Что-то такое личное и близкое нам ушло жить собственной жизнью и для каждого теперь будет значить что-то своё.

   Я до сих пор чувствую себя так, когда слышу нашу музыку на радио. Что-то такое личное и близкое нам ушло жить собственной жизнью и для каждого теперь будет значить что-то своё.

   — Майкл Питер Бэлзари · книга
7. «

   Я устал от политики, которую можно назвать привычной всем фразой «главное от души». Это фраза паразит, фраза убийца. Нет, я не оспариваю того, что в своё творение необходимо вкладывать и душу, и сердце, и чувства, иначе оно будет плоским и одномерным, но это не единственное, что должно в нём быть.

   Я устал от политики, которую можно назвать привычной всем фразой «главное от души». Это фраза паразит, фраза убийца. Нет, я не оспариваю того, что в своё творение необходимо вкладывать и душу, и сердце, и чувства, иначе оно будет плоским и одномерным, но это не единственное, что должно в нём быть.

   — Аль Квотион · книга
8. «

   Автор никогда не бывает доволен своей работой.

   Автор никогда не бывает доволен своей работой.

   — Руфус Хамфри (Rufus Humphrey) · сериал
9. «

   Оригинал, ты потускнел от копий!

   Оригинал, ты потускнел от копий!

   — Игорь Северянин
10. «

    Я не говорила почти ничего из того, что мне приписывают, но если фраза хорошая — она уж точно моя.

    Я не говорила почти ничего из того, что мне приписывают, но если фраза хорошая — она уж точно моя.

    — Таллула Банкхед
11. «

    Зритель ждет искренности, разговора о нем самом, о том, что с ним происходит, о его страхах и надеждах, безднах и вершинах. Я, например, тот зритель, который не читает аннотаций к фильмам, я знаю, что от этого автора можно ждать чего-то интересного, нового, и прихожу в кинозал за сновидением. Когда ложитесь спать, вы же не можете прочесть аннотацию к будущему сну, вы просто видите его. Примерно то же происходит и со зрителем: он приходит в зал и будет счастлив окунуться в неизведанное, тревожащее его, как страшный сон, или напротив, как мечту. Люди издревле трактуют свои сны, пытаясь понять, какие уроки дает им этот сон. Примерно то же происходит со зрителем, когда он выходит из кинотеатра: он вошел в зал одним, а вышел измененным. И он начинает думать, невольно выстраивать связи, он размышляет, сличает увиденное с собственным взглядом, пропускает через себя этот чужой опыт, потому что усилия автора, его искренность, глубина и художественная честность во взаимоотношениях с миром выносят его в такие откровения, которые часто человек сам готов был бы произнести. Знаете, как это бывает, читаете книгу и думаете: «Я тоже, я тоже об этом же думал!» Но только ты не умеешь превратить это в форму. Или это не твоя задача. А бывает и так, что художник подарит тебе откровение о тебе самом и за эту новую для тебя ценность ты будешь ему признателен еще долго; как ты благодаришь тот сон, что увел тебя от беды или поведал то, чего не прочтешь в книгах.

    Зритель ждет искренности, разговора о нем самом, о том, что с ним происходит, о его страхах и надеждах, безднах и вершинах. Я, например, тот зритель, который не читает аннотаций к фильмам, я знаю, что от этого автора можно ждать чего-то интересного, нового, и прихожу в кинозал за сновидением. Когда ложитесь спать, вы же не можете прочесть аннотацию к будущему сну, вы просто видите его. Примерно то же происходит и со зрителем: он приходит в зал и будет счастлив окунуться в неизведанное, тревожащее его, как страшный сон, или напротив, как мечту. Люди издревле трактуют свои сны, пытаясь понять, какие уроки дает им этот сон. Примерно то же происходит со зрителем, когда он выходит из кинотеатра: он вошел в зал одним, а вышел измененным. И он начинает думать, невольно выстраивать связи, он размышляет, сличает увиденное с собственным взглядом, пропускает через себя этот чужой опыт, потому что усилия автора, его искренность, глубина и художественная честность во взаимоотношениях с миром выносят его в такие откровения, которые часто человек сам готов был бы произнести. Знаете, как это бывает, читаете книгу и думаете: «Я тоже, я тоже об этом же думал!» Но только ты не умеешь превратить это в форму. Или это не твоя задача. А бывает и так, что художник подарит тебе откровение о тебе самом и за эту новую для тебя ценность ты будешь ему признателен еще долго; как ты благодаришь тот сон, что увел тебя от беды или поведал то, чего не прочтешь в книгах.

    — Андрей Петрович Звягинцев
12. «

    Рассказчик — автор, наблюдатель, экспериментатор, — чтобы описать хотя бы малую часть жизни, должен сначала полюбить её.

    Рассказчик — автор, наблюдатель, экспериментатор, — чтобы описать хотя бы малую часть жизни, должен сначала полюбить её.

    — Максимилиан Неаполитанский · книга
13. «

    Здраствуйте! Да-да, я — тот самый рассказчик, который есть во всех фильмах, передачах, рекламных роликах, и даже в мобильных приложениях. И сегодня я хочу пригласить вас в одно особенное место — в Скайленд.

    Здраствуйте! Да-да, я — тот самый рассказчик, который есть во всех фильмах, передачах, рекламных роликах, и даже в мобильных приложениях. И сегодня я хочу пригласить вас в одно особенное место — в Скайленд.

    — Рассказчик · мультфильм
14. «

    Понятия «писатель», «журналист» все чаще заменяются словом «автор». Изменился запрос. Люди читают не меньше, но хотят, чтобы было короче. Не книги и не статьи, а тексты. В которых есть позиция, цепляющие суждения и яркая эмоциональная окраска.

    Понятия «писатель», «журналист» все чаще заменяются словом «автор». Изменился запрос. Люди читают не меньше, но хотят, чтобы было короче. Не книги и не статьи, а тексты. В которых есть позиция, цепляющие суждения и яркая эмоциональная окраска.

    — Елена Котова
15. «

    Ну, скажите, какая дубина не дрогнет, увидев свое имя, свой труд в печати? Лейтенант шагал по Грейговской улице Кронштадта, не в силах сдержать улыбки, и нес журнал в руке, уверенный, все прохожие смотрят на него — вот, видите, идет сам автор!

    Ну, скажите, какая дубина не дрогнет, увидев свое имя, свой труд в печати? Лейтенант шагал по Грейговской улице Кронштадта, не в силах сдержать улыбки, и нес журнал в руке, уверенный, все прохожие смотрят на него — вот, видите, идет сам автор!

    — Валентин Пикуль · книга
16. «

    Я был писателем, обреченным жить так, словно я лишен всякого таланта, способного облагородить окружающий мир. Можешь ли ты представить себе большую муку? Я — нет.

    Я был писателем, обреченным жить так, словно я лишен всякого таланта, способного облагородить окружающий мир. Можешь ли ты представить себе большую муку? Я — нет.

    — Феликс Пальма · книга
17. «

    Если прозрение автора передается на основе его внутренней ясности, а читатель обладает необходимой восприимчивостью – значит, сошлись подобающие условия, чтобы вековая истина сработала как алхимия и произвела переворот в сознании.

    Если прозрение автора передается на основе его внутренней ясности, а читатель обладает необходимой восприимчивостью – значит, сошлись подобающие условия, чтобы вековая истина сработала как алхимия и произвела переворот в сознании.

    — Садхгуру · книга
18. «

    Он всегда относился к романам так, будто они возникали сами по себе, вне всякой связи с конкретными авторами, потому что те были людьми, а все люди, как правило, омерзительны...

    Он всегда относился к романам так, будто они возникали сами по себе, вне всякой связи с конкретными авторами, потому что те были людьми, а все люди, как правило, омерзительны...

    — Феликс Пальма · книга
19. «

    Ни один писатель не позволит напечатать свою книгу без его имени на обложке. А с инженерами так обходятся постоянно.

    Ни один писатель не позволит напечатать свою книгу без его имени на обложке. А с инженерами так обходятся постоянно.

    — Ральф Баер
20. «

    А ведь забавно: автор романа о путешествиях во времени — единственный, кто не верит в их возможность. Он заразил мечтами всю страну, а сам соблазну не поддался.

    А ведь забавно: автор романа о путешествиях во времени — единственный, кто не верит в их возможность. Он заразил мечтами всю страну, а сам соблазну не поддался.

    — Феликс Пальма · книга