24 лучших мыслей на тему «бесчувственность»

Тема «бесчувственность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 24 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Что важнее, расширять кругозор или демонстрировать чувства? Может, даже сам вопрос неверный, потому что у тебя чувства нет. Вероятно, если подавить их и жить исключительно логикой, можно стать выдающимся полезным человеком, но ты останешься одинок и будешь никому не нужен.

   Что важнее, расширять кругозор или демонстрировать чувства? Может, даже сам вопрос неверный, потому что у тебя чувства нет. Вероятно, если подавить их и жить исключительно логикой, можно стать выдающимся полезным человеком, но ты останешься одинок и будешь никому не нужен.

   — Дэниел Киз · книга
2. «

   В нем убили все чувства и стали показывать на него пальцем: «Надо же, какой бесчувственный человек!»

   В нем убили все чувства и стали показывать на него пальцем: «Надо же, какой бесчувственный человек!»

   — Станислав Ежи Лец · книга
3. «

   — Я сожалею, Шен. — А я — нет.

   — Я сожалею, Шен. — А я — нет.

   — Шида Каин (Shieda Kayn) · игра
4. «

   — А вы? Что с вашим сердцем? — Разве ты не слышала? У меня нет сердца, все об этом знают. — Только не я, Миледи.

   — А вы? Что с вашим сердцем? — Разве ты не слышала? У меня нет сердца, все об этом знают. — Только не я, Миледи.

   — леди Мэри Тэлбот (Кроули) · сериал
5. «

   Мы часто лишаемся очень многого. Так часто, что к возрасту 30 лет становимся опустошенными и с каждыми новыми отношениями у нас в душе остается всё меньше того, что мы можем отдавать. Но ничего не чувствовать, заставить себя ничего не чувствовать – это неправильно.

   Мы часто лишаемся очень многого. Так часто, что к возрасту 30 лет становимся опустошенными и с каждыми новыми отношениями у нас в душе остается всё меньше того, что мы можем отдавать. Но ничего не чувствовать, заставить себя ничего не чувствовать – это неправильно.

   — Самюэль Перлман · фильм
6. «

   Вы, сударь, камень, сударь, лед.

   Вы, сударь, камень, сударь, лед.

   — Александр Сергеевич Грибоедов · книга
7. «

   Я научилась жить без чувств. В пустом доме без теплоты, уюта. Одна паутина прошлого и бесконечный поток гостей. Приходят, уходят. Никто не задерживается, многие даже не здороваются...

   Я научилась жить без чувств. В пустом доме без теплоты, уюта. Одна паутина прошлого и бесконечный поток гостей. Приходят, уходят. Никто не задерживается, многие даже не здороваются...

   — Эльчин Сафарли · книга
8. «

   Смотри мне в глаза. Смотри внимательно! – сказала она, удерживая мою голову, как я ни уворачивался. – Нельзя так отгораживаться от всего. Я знаю, страдать тяжело, никто страдать не любит. Все мы хотели бы иметь броню, которая защищала бы нас от боли. Но когда строишь вокруг себя стены, чтобы защититься от внешних сил, потом оказывается – ты сам себя заточил в тюрьму. Не отгораживайся, сынок. Лучше мучиться, чем стать бесчувственным чурбаном. Если ты прячешься в броню, то упускаешь всё самое лучшее в жизни! Обещай мне кое-что. Обещай мне, что ничего не упустишь. Что не проглядишь ни одной радости. Ни одной. Обещаешь?

   Смотри мне в глаза. Смотри внимательно! – сказала она, удерживая мою голову, как я ни уворачивался. – Нельзя так отгораживаться от всего. Я знаю, страдать тяжело, никто страдать не любит. Все мы хотели бы иметь броню, которая защищала бы нас от боли. Но когда строишь вокруг себя стены, чтобы защититься от внешних сил, потом оказывается – ты сам себя заточил в тюрьму. Не отгораживайся, сынок. Лучше мучиться, чем стать бесчувственным чурбаном. Если ты прячешься в броню, то упускаешь всё самое лучшее в жизни! Обещай мне кое-что. Обещай мне, что ничего не упустишь. Что не проглядишь ни одной радости. Ни одной. Обещаешь?

   — Марсело Фигерас · книга
9. «

   И ненависти нет, и воли нет. И так всегда со всеми чувствами. Никаких чувств, один ум; ум полон, а сердце – как пустой орех…

   И ненависти нет, и воли нет. И так всегда со всеми чувствами. Никаких чувств, один ум; ум полон, а сердце – как пустой орех…

   — Дмитрий Мережковский · книга
10. «

    Характерная особенность андроидов — рассуждать о проблемах всемирного значения в шутливой манере. Полнейшая бесчувственность, непонимание смысловой нагрузки произносимых слов. Лишь пустое, формальное умствование; определения и аксиомы.

    Характерная особенность андроидов — рассуждать о проблемах всемирного значения в шутливой манере. Полнейшая бесчувственность, непонимание смысловой нагрузки произносимых слов. Лишь пустое, формальное умствование; определения и аксиомы.

    — Филип К. Дик · книга
11. «

    Если ничто не способно задеть тебя за живое, значит, ты давно умер.

    Если ничто не способно задеть тебя за живое, значит, ты давно умер.

    — Авессалом Подводный · книга
12. «

    ...ценность жизни не во внешних изменениях, но в субъективных переживаниях. Чуткий крестьянин живет жизнью более полной, широкой, драматической, чем толстокожий король.

    ...ценность жизни не во внешних изменениях, но в субъективных переживаниях. Чуткий крестьянин живет жизнью более полной, широкой, драматической, чем толстокожий король.

    — Томас Гарди · книга
13. «

    У всякого места есть свое предназначение. Есть места, подходящие для радости, и места, подходящие для страданий. И ни в коем случае нельзя подменять одни другими. Беда в том, что люди давно разучились видеть очевидное. Ничего не чувствуют, ничего не понимают. И ведут себя как слоны.

    У всякого места есть свое предназначение. Есть места, подходящие для радости, и места, подходящие для страданий. И ни в коем случае нельзя подменять одни другими. Беда в том, что люди давно разучились видеть очевидное. Ничего не чувствуют, ничего не понимают. И ведут себя как слоны.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Мне не лучше и не хуже. Мне — никак.

    Мне не лучше и не хуже. Мне — никак.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    У кого больше увечье? У того, кто не может ходить или говорить, слышать или видеть, или у того, кто не способен смеяться, плакать и любить?

    У кого больше увечье? У того, кто не может ходить или говорить, слышать или видеть, или у того, кто не способен смеяться, плакать и любить?

    — Адам Джексон · книга
16. «

    …и вообще, она замечала, религиозный экстаз делает людей черствыми («идеи» разные – тоже), бесчувственными.

    …и вообще, она замечала, религиозный экстаз делает людей черствыми («идеи» разные – тоже), бесчувственными.

    — Вирджиния Вулф · книга
17. «

    — Но слова остывают у меня в горле, желания — в сердце, а жест — на кончиках пальцев.

    — Но слова остывают у меня в горле, желания — в сердце, а жест — на кончиках пальцев.

    — Симона де Бовуар · книга
18. «

    Часто мне хочется разодрать себе грудь и размозжить голову оттого, что люди так мало способны дать друг другу. Увы, если во мне самом нет любви, радости, восторга и жара, другой не подарит мне их, и, будь мое сердце полно блаженства, я не сделаю счастливым того, кто стоит передо мной, бесчувственный и бессильный.

    Часто мне хочется разодрать себе грудь и размозжить голову оттого, что люди так мало способны дать друг другу. Увы, если во мне самом нет любви, радости, восторга и жара, другой не подарит мне их, и, будь мое сердце полно блаженства, я не сделаю счастливым того, кто стоит передо мной, бесчувственный и бессильный.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
19. «

    — О, — возразила Эстелла, — у меня, разумеется, есть сердце в том смысле, что его можно пронзить ножом или прострелить. И конечно, если бы оно перестало биться, я бы умерла. Но вы понимаете, что я хочу сказать. У меня нет никакой мягкости — никаких чувств... сентиментов... глупостей.

    — О, — возразила Эстелла, — у меня, разумеется, есть сердце в том смысле, что его можно пронзить ножом или прострелить. И конечно, если бы оно перестало биться, я бы умерла. Но вы понимаете, что я хочу сказать. У меня нет никакой мягкости — никаких чувств... сентиментов... глупостей.

    — Чарльз Диккенс · книга
20. «

    Долгая зима смеялась мне в глаза, Но лишь она со мной была, она была со мною вместе. Долгая зима, я все ей отдала за то, чтоб стало у меня такое ледяное сердце...

    Долгая зима смеялась мне в глаза, Но лишь она со мной была, она была со мною вместе. Долгая зима, я все ей отдала за то, чтоб стало у меня такое ледяное сердце...