211 цитат «бессмертие» для статуса

211 цитат про «бессмертие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Людской век краток и ограничен, и как бы ни мечтал человек о бессмертии, как ни стремился бы его обрести, он всё равно не способен пробыть на этой земле больше нескольких десятков лет, отпущенных ему природой.

   Людской век краток и ограничен, и как бы ни мечтал человек о бессмертии, как ни стремился бы его обрести, он всё равно не способен пробыть на этой земле больше нескольких десятков лет, отпущенных ему природой.

   — Олег Рой · книга
2. «

   Некоторые пираты обрели бессмертие, проявив неимоверную жестокость или безрассудство. Другие — накопив огромные богатства. Но капитан давно решил, что лично он предпочел бы обрести бессмертие, так никогда и не умерев.

   Некоторые пираты обрели бессмертие, проявив неимоверную жестокость или безрассудство. Другие — накопив огромные богатства. Но капитан давно решил, что лично он предпочел бы обрести бессмертие, так никогда и не умерев.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   ...его переполняло сострадание — и к ней, и к остальным собратьям, ставшим, как и он, жертвами легкомысленной эволюции, из собственной прихоти наделяющей несчастных сознанием и не заботящейся о том, чтобы снабдить их психологическим механизмом защиты от страданий бренного бытия. А потому мы год за годом, веками, тысячелетиями с редким упорством продолжаем воздвигать одно доморощенное доказательство собственного бессмертия за другим. Когда же мы, каждый из нас, перестанем искать ту неведомую высшую силу, слившись с которой можно было бы, наконец, обеспечить себе вечность? Когда перестанем вымаливать у небес подробные наставления на путь истинный, цепляться за краешек чей-то большой одежды, плодить все новые церемонии и обряды?

   ...его переполняло сострадание — и к ней, и к остальным собратьям, ставшим, как и он, жертвами легкомысленной эволюции, из собственной прихоти наделяющей несчастных сознанием и не заботящейся о том, чтобы снабдить их психологическим механизмом защиты от страданий бренного бытия. А потому мы год за годом, веками, тысячелетиями с редким упорством продолжаем воздвигать одно доморощенное доказательство собственного бессмертия за другим. Когда же мы, каждый из нас, перестанем искать ту неведомую высшую силу, слившись с которой можно было бы, наконец, обеспечить себе вечность? Когда перестанем вымаливать у небес подробные наставления на путь истинный, цепляться за краешек чей-то большой одежды, плодить все новые церемонии и обряды?

   — Ирвин Ялом · книга
4. «

   Религия... Для меня это что-то вроде огромного шарообразного облака, в центре которого скрыта тайна. Облако, громадное как планета, а может быть, и как вся Солнечная система. Не исключено, что оно чрезмерно велико, и его поперечник следует измерять в световых годах. И каждая из религий прилепилась к поверхности этого облака. Одна вера на миг заглядывает внутрь сферы на своем месте, вторая на мгновение видит то, что под ней. И так продолжается до бесконечности. Однако никому не дано узреть того, что расположено в самом сердце. Или, как говорил мой говнюк зять, который, как тебе известно, атеист: вся эта муть изобретена как успокоительное средство для человеческой расы. Каждый знает, что помрет, а религия преподносит ему свою Большую Ложь. Что за «Большая Ложь», можешь спросить ты. Отвечаю: бессмертие.

   Религия... Для меня это что-то вроде огромного шарообразного облака, в центре которого скрыта тайна. Облако, громадное как планета, а может быть, и как вся Солнечная система. Не исключено, что оно чрезмерно велико, и его поперечник следует измерять в световых годах. И каждая из религий прилепилась к поверхности этого облака. Одна вера на миг заглядывает внутрь сферы на своем месте, вторая на мгновение видит то, что под ней. И так продолжается до бесконечности. Однако никому не дано узреть того, что расположено в самом сердце. Или, как говорил мой говнюк зять, который, как тебе известно, атеист: вся эта муть изобретена как успокоительное средство для человеческой расы. Каждый знает, что помрет, а религия преподносит ему свою Большую Ложь. Что за «Большая Ложь», можешь спросить ты. Отвечаю: бессмертие.

   — Ирвин Шоу · книга
5. «

   Что... что происходит? Я жив?

   Что... что происходит? Я жив?

   — Siris (Сирис) · игра
6. «

   Ты превратил бессмертие в кучу хлама, и, восседая на ней, мы и впрямь выглядим полными идиотами.

   Ты превратил бессмертие в кучу хлама, и, восседая на ней, мы и впрямь выглядим полными идиотами.

   — Энн Райс · книга
7. «

   Они все хотели этого, знаешь ли. Вечной жизни. За нее им пришлось умереть.

   Они все хотели этого, знаешь ли. Вечной жизни. За нее им пришлось умереть.
8. «

   Все вы таковы! — воскликнул он полусердито-полупечально. — Сентиментальничаете о своих бессмертных душах, а умирать боитесь.

   Все вы таковы! — воскликнул он полусердито-полупечально. — Сентиментальничаете о своих бессмертных душах, а умирать боитесь.

   — Джек Лондон · книга
9. «

   Человек действует по своему сценарию, потому что сценарий закреплен в его сознании родителями в очень раннем возрасте; он остается верным этому сценарию всю жизнь, даже когда физические голоса родителей навсегда замолкли. Это напоминает компьютерную запись или пластинку, которая издает звуки в определенной последовательности много лет спустя после того, как тот, кто сделал эту запись, покинул сцену. А наш человек тем временем сидит за пианино и барабанит по клавишам, и у него возникает иллюзия, что именно он исполняет народную песню или величественный концерт.

   Человек действует по своему сценарию, потому что сценарий закреплен в его сознании родителями в очень раннем возрасте; он остается верным этому сценарию всю жизнь, даже когда физические голоса родителей навсегда замолкли. Это напоминает компьютерную запись или пластинку, которая издает звуки в определенной последовательности много лет спустя после того, как тот, кто сделал эту запись, покинул сцену. А наш человек тем временем сидит за пианино и барабанит по клавишам, и у него возникает иллюзия, что именно он исполняет народную песню или величественный концерт.

   — Эрик Берн · книга
10. «

    Во всем есть свой смысл. Не исключено, что рождаясь, вместе с жизнью мы обретаем и дар бессмертия. Ты спросишь: «Почему же мы умираем?». Потому что походу нашей жизни мы совершаем одну ошибку. Всего одну. Но именно она и лишает нас шанса на вечную жизнь. Я уже слышу твой вопрос: «Что за ошибка?». Мы не знаем этого заранее, но совершив её однажды — мы становимся смертны.

    Во всем есть свой смысл. Не исключено, что рождаясь, вместе с жизнью мы обретаем и дар бессмертия. Ты спросишь: «Почему же мы умираем?». Потому что походу нашей жизни мы совершаем одну ошибку. Всего одну. Но именно она и лишает нас шанса на вечную жизнь. Я уже слышу твой вопрос: «Что за ошибка?». Мы не знаем этого заранее, но совершив её однажды — мы становимся смертны.

    — Эд Ферум · фильм
11. «

    В ком жива способность любить, тот обретает шанс на бессмертие.

    В ком жива способность любить, тот обретает шанс на бессмертие.
12. «

    Мне кажется, что люди, обычные заурядные люди, никак не соответствуют грандиозной идее вечной жизни. Со своими ничтожными страстишками, мелкими добродетелями и пороками они вполне на месте в повседневности бытия; но идея бессмертия слишком величественна, она не вмещается в форму столь скромного размера.

    Мне кажется, что люди, обычные заурядные люди, никак не соответствуют грандиозной идее вечной жизни. Со своими ничтожными страстишками, мелкими добродетелями и пороками они вполне на месте в повседневности бытия; но идея бессмертия слишком величественна, она не вмещается в форму столь скромного размера.

    — Уильям Сомерсет Моэм
13. «

    Возможно, испытывать желание сделать мир лучше для наших детей и для детей наших детей и означает приобрести бессмертие и стать божествами.

    Возможно, испытывать желание сделать мир лучше для наших детей и для детей наших детей и означает приобрести бессмертие и стать божествами.

    — Роберт Хайнлайн · книга
14. «

    Прежде всего мне хотелось бы знать, где я умру, — чтобы никогда не посещать этого места.

    Прежде всего мне хотелось бы знать, где я умру, — чтобы никогда не посещать этого места.

    — Чарли Мангер
15. «

    Хочешь предать нас и использовать тайны Хранителя в своих интересах? Тогда ты еще глупее, чем я ожидал. Ты не откроешь этот склеп, предатель, сколько бы раз ты не перерождался. Потому что я — Тейн — первая кровь бессмертных, высший лорд дома Ix и защита Великого Договора. Я уничтожу твоё тело, выслежу твою родословную и заключу твою душу в тюрьму навсегда!

    Хочешь предать нас и использовать тайны Хранителя в своих интересах? Тогда ты еще глупее, чем я ожидал. Ты не откроешь этот склеп, предатель, сколько бы раз ты не перерождался. Потому что я — Тейн — первая кровь бессмертных, высший лорд дома Ix и защита Великого Договора. Я уничтожу твоё тело, выслежу твою родословную и заключу твою душу в тюрьму навсегда!

    — Thane (Тейн) · игра
16. «

    Последнее, что человек может сделать, — это гигантское действие: в воображении построить целый мир, остаться жить в этом мире и победить саму смерть.

    Последнее, что человек может сделать, — это гигантское действие: в воображении построить целый мир, остаться жить в этом мире и победить саму смерть.

    — Михаил Веллер · книга
17. «

    Я — бастион на границе между вечностью и забвением. Царство мёртвых уже у моих ног. Пришёл черёд этого мира.

    Я — бастион на границе между вечностью и забвением. Царство мёртвых уже у моих ног. Пришёл черёд этого мира.

    — Сахн-Азал / Мордекайзер (Sahn-Uzal / Mordekaiser) · игра
18. «

    — Она беременна? Я и не заметила… — Сначала это только по глазам видно. У них особый блеск. — Это какой? — Блеск бессмертия. Страх сгинуть навсегда отступает.

    — Она беременна? Я и не заметила… — Сначала это только по глазам видно. У них особый блеск. — Это какой? — Блеск бессмертия. Страх сгинуть навсегда отступает.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Оливковое дерево, ты сильнее самого сильного из людей. Сколько генералов прошли мимо тебя, надменных, заносчивых, как будто бы они были бессмертными, но они проиграли в битве за существование. А ты, жалкое создание, выжило. Сколько королей прошли мимо тебя в сопровождении величественных кортежей и в конце концов пали в землю, как хрупкие существа. А ты, простое и безымянное, до сегодняшнего дня пишешь свою биографию.

    Оливковое дерево, ты сильнее самого сильного из людей. Сколько генералов прошли мимо тебя, надменных, заносчивых, как будто бы они были бессмертными, но они проиграли в битве за существование. А ты, жалкое создание, выжило. Сколько королей прошли мимо тебя в сопровождении величественных кортежей и в конце концов пали в землю, как хрупкие существа. А ты, простое и безымянное, до сегодняшнего дня пишешь свою биографию.

    — Августо Кури · книга
20. «

    Сто лет ожидания не такой уж тяжкий испытательный срок для тех, кто рассчитывает жить вечно.

    Сто лет ожидания не такой уж тяжкий испытательный срок для тех, кто рассчитывает жить вечно.

    — Жозе Сарамаго · книга