Топ-278 цитат: «бессмертие»

278 цитат про «бессмертие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мне всё равно: бессмертие иль погост.

   Мне всё равно: бессмертие иль погост.
2. «

   Ярче прожигай жизнь, и ей не дай остыть. На миг себя почувствую бессмертным, Но в «Русской рулетке» так редко выстреливает холостым.

   Ярче прожигай жизнь, и ей не дай остыть. На миг себя почувствую бессмертным, Но в «Русской рулетке» так редко выстреливает холостым.
3. «

   — С тех пор, как увидела... Я смотрела только на тебя, — сказала девушка — вампир парню.

   — С тех пор, как увидела... Я смотрела только на тебя, — сказала девушка — вампир парню.
4. «

   Твое имя идеально подходит к моим губам Лучше, чем моё собственное. Будто, я был рожден, чтобы произносить его, — сказал вампир.

   Твое имя идеально подходит к моим губам Лучше, чем моё собственное. Будто, я был рожден, чтобы произносить его, — сказал вампир.
5. «

   Любовь к тебе, словно лавина... сбила меня с ног. Я знала, что не смогу сбежать от нее, — сказала девушка — вампир. — Поэтому, я позволила ей унести меня, закружить в потоке и лишить опоры под ногами.

   Любовь к тебе, словно лавина... сбила меня с ног. Я знала, что не смогу сбежать от нее, — сказала девушка — вампир. — Поэтому, я позволила ей унести меня, закружить в потоке и лишить опоры под ногами.
6. «

   — Сегодня великий приз вручит особый гость, который дорог всем нам, хоть мы и боимся его до усрачки. Узрите его! Он вернулся к нам с того света! Озарил лучами славы уголки Газтауна! Как и его отец. он победил смерть! Бесмертный, Олимпиец, наш Бог!

   — Сегодня великий приз вручит особый гость, который дорог всем нам, хоть мы и боимся его до усрачки. Узрите его! Он вернулся к нам с того света! Озарил лучами славы уголки Газтауна! Как и его отец. он победил смерть! Бесмертный, Олимпиец, наш Бог!

   — Крикун · игра
7. «

   Первое условие бессмертия — смерть.

   Первое условие бессмертия — смерть.

   — Некромант · игра
8. «

   И тут же другие, отчетливые мысли: его лицо, когда я впервые открыла глаза навстречу своей новой жизни, бесконечному рассвету бессмертия... первый поцелуй... первая ночь...

   И тут же другие, отчетливые мысли: его лицо, когда я впервые открыла глаза навстречу своей новой жизни, бесконечному рассвету бессмертия... первый поцелуй... первая ночь...

   — Стефани Майер · книга
9. «

   Великая ложь о личном бессмертии разрушает всякий разум, всякую естественность в инстинктах; всё, что есть в инстинктах благодетельного, что способствует жизни, ручается за будущее, — возбуждает теперь недоверие.

   Великая ложь о личном бессмертии разрушает всякий разум, всякую естественность в инстинктах; всё, что есть в инстинктах благодетельного, что способствует жизни, ручается за будущее, — возбуждает теперь недоверие.

   — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
10. «

    …на самом деле бессмертна только Смерть.

    …на самом деле бессмертна только Смерть.

    — Джеймс Гудвин · книга
11. «

    – И что дальше, Джек Воробей? Мы, двое бессмертных, так и станем рубиться, пока не настанет судный день? – Да, если ты не сдашься.

    – И что дальше, Джек Воробей? Мы, двое бессмертных, так и станем рубиться, пока не настанет судный день? – Да, если ты не сдашься.

    — Капитан Гектор Барбосса · фильм
12. «

    Вы боитесь всех вещей как смертные и все желаете их как бессмертные.

    Вы боитесь всех вещей как смертные и все желаете их как бессмертные.

    — Луций Анней Сенека
13. «

    Кто тебя заразил иллюзией, что ты не умрешь. Я хочу посмеяться вместе с ними. Сначала напугают смертью, потом продают бессмертие.

    Кто тебя заразил иллюзией, что ты не умрешь. Я хочу посмеяться вместе с ними. Сначала напугают смертью, потом продают бессмертие.

    — Максимилиан Неаполитанский · книга
14. «

    ... на всей земле нет решительно ничего такого, что бы заставляло людей любить себе подобных, что такого закона природы: чтобы человек любил человечество — не существует вовсе, и что если есть и была до сих пор любовь на земле, то не от закона естественного, а единственно потому, что люди веровали в своё бессмертие. <...> в этом-то и состоит весь закон естественный, так что уничтожьте в человечестве веру в своё бессмертие, в нём тотчас же иссякнет не только любовь, но и всякая живая сила, чтобы продолжать мировую жизнь. Мало того: тогда ничего уже не будет безнравственного, всё будет позволено, даже антропофагия. <...> для каждого частного лица, например как бы мы теперь, не верующего ни в бога, ни в бессмертие своё, нравственный закон природы должен немедленно измениться в полную противоположность прежнему, религиозному, и что эгоизм даже до злодейства не только должен быть дозволен человеку, но даже признан необходимым, самым разумным и чуть ли не благороднейшим исходом в его положении.

    ... на всей земле нет решительно ничего такого, что бы заставляло людей любить себе подобных, что такого закона природы: чтобы человек любил человечество — не существует вовсе, и что если есть и была до сих пор любовь на земле, то не от закона естественного, а единственно потому, что люди веровали в своё бессмертие. <...> в этом-то и состоит весь закон естественный, так что уничтожьте в человечестве веру в своё бессмертие, в нём тотчас же иссякнет не только любовь, но и всякая живая сила, чтобы продолжать мировую жизнь. Мало того: тогда ничего уже не будет безнравственного, всё будет позволено, даже антропофагия. <...> для каждого частного лица, например как бы мы теперь, не верующего ни в бога, ни в бессмертие своё, нравственный закон природы должен немедленно измениться в полную противоположность прежнему, религиозному, и что эгоизм даже до злодейства не только должен быть дозволен человеку, но даже признан необходимым, самым разумным и чуть ли не благороднейшим исходом в его положении.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
15. «

    Иногда хорошо думать о том, что тебя уже нет. Почему люди хотят бессмертия — я не могу понять. Я надеюсь, что я смертна.

    Иногда хорошо думать о том, что тебя уже нет. Почему люди хотят бессмертия — я не могу понять. Я надеюсь, что я смертна.

    — Перл Бак
16. «

    Как оно вульгарно, это стремление к бессмертию, как тщеславно и как фальшиво! Композиторы — это всего лишь те, кто процарапывает наскальные росписи в пещерах. Человек пишет музыку, потому что зима бесконечна и потому что иначе волки и вьюги скорее доберутся до его горла.

    Как оно вульгарно, это стремление к бессмертию, как тщеславно и как фальшиво! Композиторы — это всего лишь те, кто процарапывает наскальные росписи в пещерах. Человек пишет музыку, потому что зима бесконечна и потому что иначе волки и вьюги скорее доберутся до его горла.

    — Дэвид Митчелл · книга
17. «

    Вечность может стать проклятьем.

    Вечность может стать проклятьем.

    — Итиро Ясида · фильм
18. «

    Я видел, как одна эпоха сменяла другую. Я был женат пять раз, у меня было много друзей... И все они умерли. Смерть так жестока. Однако бессмертие приносит больше страданий, чем смерть.

    Я видел, как одна эпоха сменяла другую. Я был женат пять раз, у меня было много друзей... И все они умерли. Смерть так жестока. Однако бессмертие приносит больше страданий, чем смерть.
19. «

    Начал накрапывать дождь. Я зашла под навес киоска с журналами и цветами. Смотрела на проносившихся мимо людей: женщин и мужчин в строгих пальто, подростков на скейтбордах, согнувшихся под тяжестью лет старичков. Каждый из них куда-то… следовал. К чему-то. К кому-то. У большинства, наверное, были цели и мечты. “А меня так мотает по миру, что даже думать о таком смысла нет”. И я давно это поняла — и приняла, наверное. Взяла Вечность под руку и позволила вести себя вперёд. Доверилась. Двигалась вслепую, не зная, куда она меня приведёт. Открылась — насколько могла. Перестала бояться людей и связей, но была осторожна и не подпускала никого слишком близко. В конце концов, мне не хотелось никого ранить своим неизбежным уходом.

    Начал накрапывать дождь. Я зашла под навес киоска с журналами и цветами. Смотрела на проносившихся мимо людей: женщин и мужчин в строгих пальто, подростков на скейтбордах, согнувшихся под тяжестью лет старичков. Каждый из них куда-то… следовал. К чему-то. К кому-то. У большинства, наверное, были цели и мечты. “А меня так мотает по миру, что даже думать о таком смысла нет”. И я давно это поняла — и приняла, наверное. Взяла Вечность под руку и позволила вести себя вперёд. Доверилась. Двигалась вслепую, не зная, куда она меня приведёт. Открылась — насколько могла. Перестала бояться людей и связей, но была осторожна и не подпускала никого слишком близко. В конце концов, мне не хотелось никого ранить своим неизбежным уходом.

    — Теодора Эйвери · игра
20. «

    Камерадо, это—не книга. Кто прикасается к ней, дотрагивается до человека (Что сейчас—ночь? мы вместе и никого вокруг?), Это — я, и ты держишь в объятьях меня, а я обнимаю тебя, Я выпрыгиваю со страниц прямо в твои объятья—смерть призывает меня.

    Камерадо, это—не книга. Кто прикасается к ней, дотрагивается до человека (Что сейчас—ночь? мы вместе и никого вокруг?), Это — я, и ты держишь в объятьях меня, а я обнимаю тебя, Я выпрыгиваю со страниц прямо в твои объятья—смерть призывает меня.

    — Уолт Уитмен · книга