162 цитаты по теме «благородство» без воды

Собрали 162 цитаты на тему «благородство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Не за спасибо человек помогает человеку, а просто потому, что проникается сочувствием, проявляет участие к судьбе другого человека. Это так естественно. Если ты сегодня еще не можешь никому помочь, ты хотя бы умей в душе своей вырастить и сберечь благодарность к тем, кто тебе помогает. Это не для того вовсе, чтобы вернуть человеку свой моральный долг: «Ты – мне, я – тебе», это грустное производит впечатление. Я полагаю, что благородный человек захочет помочь другому, когда сможет, ибо благодарность делает его чувствительным к чужим заботам и бедам.

   Не за спасибо человек помогает человеку, а просто потому, что проникается сочувствием, проявляет участие к судьбе другого человека. Это так естественно. Если ты сегодня еще не можешь никому помочь, ты хотя бы умей в душе своей вырастить и сберечь благодарность к тем, кто тебе помогает. Это не для того вовсе, чтобы вернуть человеку свой моральный долг: «Ты – мне, я – тебе», это грустное производит впечатление. Я полагаю, что благородный человек захочет помочь другому, когда сможет, ибо благодарность делает его чувствительным к чужим заботам и бедам.

   — Евгений Павлович Леонов · книга
2. «

   Благородство – неуместное качество в деле выживания.

   Благородство – неуместное качество в деле выживания.

   — Алека Вольских · книга
3. «

   Свеча ничего не теряет, если от ее пламени зажглась другая свеча

   Свеча ничего не теряет, если от ее пламени зажглась другая свеча
4. «

   Благородству повседневного существования простых безграмотных молого-шекснинских крестьян можно лишь позавидовать. По жизни выходит так, что не в одной культуре и грамотности дело, не они одни из человека делают настоящего человека. Бывало, начинает большая семья делиться. Нужно молодым ставить свой дом. Стоило в такой момент молодому хозяину молвить о помощи, так не то что родственники, а вся деревня поднималась «на помочь»: за несколько дней поставят для новой семьи свежую избу. За работу «на помочи», а была она, понятное дело, не из лёгких, никто никогда никакой платы не брал. Она была бы оскорблением человеческого достоинства. Со стороны хозяина во время «помочи» была работникам одна плата — харчи.

   Благородству повседневного существования простых безграмотных молого-шекснинских крестьян можно лишь позавидовать. По жизни выходит так, что не в одной культуре и грамотности дело, не они одни из человека делают настоящего человека. Бывало, начинает большая семья делиться. Нужно молодым ставить свой дом. Стоило в такой момент молодому хозяину молвить о помощи, так не то что родственники, а вся деревня поднималась «на помочь»: за несколько дней поставят для новой семьи свежую избу. За работу «на помочи», а была она, понятное дело, не из лёгких, никто никогда никакой платы не брал. Она была бы оскорблением человеческого достоинства. Со стороны хозяина во время «помочи» была работникам одна плата — харчи.

   — Павел Зайцев · книга
5. «

   Благородный человек выдерживает трудности; только мелкий человек падает духом при испытаниях.

   Благородный человек выдерживает трудности; только мелкий человек падает духом при испытаниях.

   — Конфуций
6. «

   Когда вы делаете вещь со своей целой душой и всем, что благородно в пределах вас, вы всегда найдёте вашего партнёра.

   Когда вы делаете вещь со своей целой душой и всем, что благородно в пределах вас, вы всегда найдёте вашего партнёра.

   — Камиль Писсарро
7. «

   Обманет все, любовь сгорит, но благородство победит.

   Обманет все, любовь сгорит, но благородство победит.

   — Курт Воннегут · книга
8. «

   В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

   В то самое время, как описанное происходило в тюрьме, Иоанн сидел в своем тереме, мрачный и недовольный. Незнакомое ему чувство мало-помалу им овладело. Чувство это было невольное уважение к Серебряному, которого смелые поступки возмущали его самодержавное сердце, а между тем не подходили под собственные его понятия об измене. Доселе Иоанн встречал или явное своеволие, как в боярах, омрачавших своими раздорами время его малолетства, или гордое непокорство, как в Курбском, или же рабскую низкопоклонность, как во всех окружавших его в настоящее время. Но Серебряный не принадлежал ни к одному из этих разрядов. Он разделял убеждения своего века в божественной неприкосновенности прав Иоанна; он умственно подчинялся этим убеждениям и, более привыкший действовать, чем мыслить, никогда не выходил преднамеренно из повиновения царю, которого считал представителем божией воли на земле. Но несмотря на это, каждый раз, когда он сталкивался с явною несправедливостью, душа его вскипала негодованием, и врожденная прямота брала верх над правилами, принятыми на веру. Он тогда, сам себе на удивление и почти бессознательно, действовал наперекор этим правилам, и на деле выходило совсем не то, что они ему предписывали. Эта благородная непоследовательность противоречила всем понятиям Иоанна о людях и приводила в замешательство его знание человеческого сердца. Откровенность Серебряного, его неподкупное прямодушие и неспособность преследовать личные выгоды были очевидны для самого Иоанна. Он понимал, что Серебряный его не обманет, что можно на него вернее положиться, чем на кого-либо из присяжных опричников, и ему приходило желание приблизить его к себе и сделать из него свое орудие; но вместе с тем он чувствовал, что орудие это, само по себе надежное, может неожиданно ускользнуть из рук его, и при одной мысли о такой возможности расположение его к Серебряному обращалось в ненависть.

   — Алексей Константинович Толстой · книга
9. «

   Мой блеск разрежет тьму, мой свет рассеет мрак.

   Мой блеск разрежет тьму, мой свет рассеет мрак.

   — Анджей Сапковский · книга
10. «

    0000448. На гавкающую собаку не лают в ответ, не потому что она собака, а потому что мы люди.

    0000448. На гавкающую собаку не лают в ответ, не потому что она собака, а потому что мы люди.
11. «

    Благородная душа делает великим самого маленького человека.

    Благородная душа делает великим самого маленького человека.

    — Джебедайо Спрингфилд · мультфильм
12. «

    Благородные люди никогда не смеются над простотой, а лишь над претенциозностью.

    Благородные люди никогда не смеются над простотой, а лишь над претенциозностью.

    — Уинстон Грэхем · книга
13. «

    Людям вроде нас такая роскошь, как благородство — не по карману.

    Людям вроде нас такая роскошь, как благородство — не по карману.

    — Майкл Скофилд · сериал
14. «

    Давать есть большее счастье, нежели брать, а поддерживать убогого милостыней есть благородство. Сказано: раздай все, и это облагородит душу твою.

    Давать есть большее счастье, нежели брать, а поддерживать убогого милостыней есть благородство. Сказано: раздай все, и это облагородит душу твою.

    — Анджей Сапковский · книга
15. «

    Благородство не в том, кем вы себя считаете, а в том, как вы себя ведёте мсье Ленуар.

    Благородство не в том, кем вы себя считаете, а в том, как вы себя ведёте мсье Ленуар.

    — Елена Бриолле · книга
16. «

    Благородство — это дело благороднейшего из благородных, государя; человек, обладающий благородством, имеет это качество от Царя небес.

    Благородство — это дело благороднейшего из благородных, государя; человек, обладающий благородством, имеет это качество от Царя небес.

    — Алишер Навои
17. «

    Благородные образцы жизни ищут других миров.

    Благородные образцы жизни ищут других миров.

    — Мария Корелли · книга
18. «

    ...в беде познается благородство натуры.

    ...в беде познается благородство натуры.

    — Стивен Кинг · книга
19. «

    Чтобы идти в этом мире верным путём, надо жертвовать собой до конца. Назначение человека состоит не только в том, чтобы быть счастливым, он приходит в мир не за тем только, чтобы быть честным, — он должен открыть для человечества что-то великое, утвердить благородство и преодолеть пошлость, среди которой влачит свою жизнь большинство людей.

    Чтобы идти в этом мире верным путём, надо жертвовать собой до конца. Назначение человека состоит не только в том, чтобы быть счастливым, он приходит в мир не за тем только, чтобы быть честным, — он должен открыть для человечества что-то великое, утвердить благородство и преодолеть пошлость, среди которой влачит свою жизнь большинство людей.

    — Ирвинг Стоун · книга
20. «

    Выше всех ценятся те благородные поступки, которые остаются неявными.

    Выше всех ценятся те благородные поступки, которые остаются неявными.

    — Блез Паскаль