182 цитаты на тему «боль со смыслом» для размышлений

182 цитаты про «боль со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Отчаявшееся сердце погружается в беспросветную темноту.

   Отчаявшееся сердце погружается в беспросветную темноту.

   — Королева Фенг · мультфильм
2. «

   Со всем тем надобно тебе знать, Панса, — заметил Дон Кихот, — что нет такого несчастья, которого не изгладило бы из памяти время, и нет такой боли, которой не прекратила бы смерть.

   Со всем тем надобно тебе знать, Панса, — заметил Дон Кихот, — что нет такого несчастья, которого не изгладило бы из памяти время, и нет такой боли, которой не прекратила бы смерть.

   — Мигель де Сервантес Сааведра · книга
3. «

   Только боль может напомнить о том, что ты жив.

   Только боль может напомнить о том, что ты жив.

   — Рейвен Рейес · сериал
4. «

   — Разрушить все. Стереть все то, что причиняет тебе боль. Доверь мне свое сердце, и я спасу тебя от твоей боли.

   — Разрушить все. Стереть все то, что причиняет тебе боль. Доверь мне свое сердце, и я спасу тебя от твоей боли.

   — Курама · аниме
5. «

   Вы — любящи, Когда ваша собственная боль Не делает вас слепым к боли других.

   Вы — любящи, Когда ваша собственная боль Не делает вас слепым к боли других.

   — Чжунли Цюань
6. «

   Пусть накопляется в человечестве зло и месть, пусть, – они растут и зреют, как чудовищный нарыв – нарыв – нарыв во весь земной шар величиной. Ведь лопнет же он когда-нибудь! И пусть будет ужас и нестерпимая боль. Пусть гной затопит весь мир. Но человечество или захлебнется в нем и погибнет, или, переболев, возродится к новой, прекрасной жизни.

   Пусть накопляется в человечестве зло и месть, пусть, – они растут и зреют, как чудовищный нарыв – нарыв – нарыв во весь земной шар величиной. Ведь лопнет же он когда-нибудь! И пусть будет ужас и нестерпимая боль. Пусть гной затопит весь мир. Но человечество или захлебнется в нем и погибнет, или, переболев, возродится к новой, прекрасной жизни.

   — Александр Куприн · книга
7. «

   Люди думают, что с ответами получат контроль, но это ошибка. Даже зная всё, мы порой не способны ничего изменить. И тогда от знания только больнее и страшнее.

   Люди думают, что с ответами получат контроль, но это ошибка. Даже зная всё, мы порой не способны ничего изменить. И тогда от знания только больнее и страшнее.

   — Мехмед · игра
8. «

   Воспоминания, полные боли, глубокие сожаления, воспоминания, то как ты ранил других и сам был ранен, помять о том, как тебя бросили... Только те, кто хранит эти воспоминания в своих сердцах, могут быть сильными, страстными, эмоционально гибкими. Только они и могут познать счастье. Поэтому, не забывай ничего, помни обо всём и преодолей.

   Воспоминания, полные боли, глубокие сожаления, воспоминания, то как ты ранил других и сам был ранен, помять о том, как тебя бросили... Только те, кто хранит эти воспоминания в своих сердцах, могут быть сильными, страстными, эмоционально гибкими. Только они и могут познать счастье. Поэтому, не забывай ничего, помни обо всём и преодолей.

   — Ко Мун Ён · сериал
9. «

   — Ублюдок вроде тебя ни в коем случае не доживёт до конца сегодняшнего дня. — во взгляде Верлена появился огонёк, которого не было до этого. — Я вижу зло внутри тебя. Эта тьма темнее любого зла. Н натянул улыбку и приглушённым голосом сказал: — И это говорит… убийца вроде тебя? — Иногда оставлять в живых — большее зло, чем убить.

   — Ублюдок вроде тебя ни в коем случае не доживёт до конца сегодняшнего дня. — во взгляде Верлена появился огонёк, которого не было до этого. — Я вижу зло внутри тебя. Эта тьма темнее любого зла. Н натянул улыбку и приглушённым голосом сказал: — И это говорит… убийца вроде тебя? — Иногда оставлять в живых — большее зло, чем убить.

   — Поль Верлен
10. «

    Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.

    Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.

    — Анна Элис · книга
11. «

    Те, кто говорит, что время лечит, – жестоко ошибаются. По-настоящему исцеляет только потеря памяти. И я не знаю оружия или пытки страшнее, чем воспоминания. Хорошие или плохие, в свой, особый, момент ранить может каждое.

    Те, кто говорит, что время лечит, – жестоко ошибаются. По-настоящему исцеляет только потеря памяти. И я не знаю оружия или пытки страшнее, чем воспоминания. Хорошие или плохие, в свой, особый, момент ранить может каждое.

    — Валерия Воронцова · книга
12. «

    Чувства, как миндалевидные железы. Большую часть времени бесполезны, но могут стать источником боли и дискомфорта.

    Чувства, как миндалевидные железы. Большую часть времени бесполезны, но могут стать источником боли и дискомфорта.

    — Эмма Скотт · книга
13. «

    – Неужели ты бы в действительности хотел досконально помнить всё, что приносило ужасную боль? – Да! Потому что когда ты помнишь, это что-то значит. Оно имеет значение, но теряет силу.

    – Неужели ты бы в действительности хотел досконально помнить всё, что приносило ужасную боль? – Да! Потому что когда ты помнишь, это что-то значит. Оно имеет значение, но теряет силу.

    — Адам Синклер · игра
14. «

    Не жалуйся на боль — вот лучшее лекарство.

    Не жалуйся на боль — вот лучшее лекарство.

    — Омар Хайям
15. «

    Примем боль за истину, все прочее подвергнем сомнению.

    Примем боль за истину, все прочее подвергнем сомнению.

    — Полковник Джолл · фильм
16. «

    Так вот, грех запятнал мою душу самым естественным образом ещё с пелёнок; по мере того как я рос, он не только не исчез из моей души, но, наоборот, разросся, проел душу насквозь, и, хотя я сравнивал свои ночные мучения с муками ада, грех стал мне роднее, ближе крови и плоти; боль, которую он причинял душе, стала знаком того, что грешная моя душа жива; я стал воспринимать эту боль как ласковый шепот.

    Так вот, грех запятнал мою душу самым естественным образом ещё с пелёнок; по мере того как я рос, он не только не исчез из моей души, но, наоборот, разросся, проел душу насквозь, и, хотя я сравнивал свои ночные мучения с муками ада, грех стал мне роднее, ближе крови и плоти; боль, которую он причинял душе, стала знаком того, что грешная моя душа жива; я стал воспринимать эту боль как ласковый шепот.

    — Осаму Дадзай · книга
17. «

    Собственная боль несравнима с тем, что чувствуешь, когда видишь, как страдает близкий человек. Это намного хуже.

    Собственная боль несравнима с тем, что чувствуешь, когда видишь, как страдает близкий человек. Это намного хуже.

    — Мона Кастен · книга
18. «

    Деревья без ветра не живут. Как человек без боли...

    Деревья без ветра не живут. Как человек без боли...

    — Дем Михайлов · книга
19. «

    Когда пришла настоящая боль, сострадания уже не осталось. Ничто так не способствует потере памяти, как война, Даниель. Мы молчим, а нас пытаются убедить, будто всё, что мы видели, что делали, чему научились от себя и самих других, — не более чем иллюзия, страшный сон. У войны памяти нет. Никто не осмеливается осмыслить происходящее, а после уже не остаётся голосов, чтобы рассказать правду, и наступает момент, когда никто уже ничего в точности не помнит. Вот тогда-то война снова возвращается, с другим лицом и другим именем, чтобы поглотить всё, что оставила за собой.

    Когда пришла настоящая боль, сострадания уже не осталось. Ничто так не способствует потере памяти, как война, Даниель. Мы молчим, а нас пытаются убедить, будто всё, что мы видели, что делали, чему научились от себя и самих других, — не более чем иллюзия, страшный сон. У войны памяти нет. Никто не осмеливается осмыслить происходящее, а после уже не остаётся голосов, чтобы рассказать правду, и наступает момент, когда никто уже ничего в точности не помнит. Вот тогда-то война снова возвращается, с другим лицом и другим именем, чтобы поглотить всё, что оставила за собой.

    — Карлос Руис Сафон · книга
20. «

    Бытие есть забота и страх, понял я: появись на свет – и свету не на что больше упасть, кроме как на страх и заботу. Мы появляемся не на свет, нет – мы появляемся на боль.

    Бытие есть забота и страх, понял я: появись на свет – и свету не на что больше упасть, кроме как на страх и заботу. Мы появляемся не на свет, нет – мы появляемся на боль.

    — Виктор Пелевин · книга