453 фразы, которые всё говорят о «Жизненные цитаты про боль»

Собрали 453 цитаты на тему «Жизненные цитаты про боль» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Не хочу мечтать. Потому что потом будет больно. Поверить в мечту так легко, трудно смириться, когда она не сбудется.

   Не хочу мечтать. Потому что потом будет больно. Поверить в мечту так легко, трудно смириться, когда она не сбудется.

   — Ирина Молчанова · книга
2. «

   Когда страдают все, легче переносить боль.

   Когда страдают все, легче переносить боль.

   — Пауло Коэльо · книга
3. «

   Весь день на балконе, южный ветер треплет ресницы Босфора, усохшая баклава в холодильнике, вырванный шнур телефона, съёжившееся сердце, ещё горячий омлет на кухонном столе, присуствие аппетита, но полное отсуствие сил есть-жить. Кто-то скажет, что надо идти дальше, но я не могу. «Нельзя останавливаться, даже если силы иссякли. В боли так легко засидеться...»

   Весь день на балконе, южный ветер треплет ресницы Босфора, усохшая баклава в холодильнике, вырванный шнур телефона, съёжившееся сердце, ещё горячий омлет на кухонном столе, присуствие аппетита, но полное отсуствие сил есть-жить. Кто-то скажет, что надо идти дальше, но я не могу. «Нельзя останавливаться, даже если силы иссякли. В боли так легко засидеться...»

   — Эльчин Сафарли · книга
4. «

   Одно дело — перебирать и растравливать собственные горести, укрепляясь в принятом решении. И совсем другое — понять, что задуманное деяние причинит боль другим.

   Одно дело — перебирать и растравливать собственные горести, укрепляясь в принятом решении. И совсем другое — понять, что задуманное деяние причинит боль другим.

   — Мария Семенова · книга
5. «

   В кругу семьи люди частенько, сами того не ведая, умеют одним жестом причинить страшную боль, а сам по себе этот жест может быть совершенно невинным.

   В кругу семьи люди частенько, сами того не ведая, умеют одним жестом причинить страшную боль, а сам по себе этот жест может быть совершенно невинным.

   — Айрис Мёрдок · книга
6. «

   Она дурочка, все верно. Но даже дурочки умеют любить! И даже дурочкам бывает больно, когда душа идет босыми ногами по осколкам разбитых надежд.

   Она дурочка, все верно. Но даже дурочки умеют любить! И даже дурочкам бывает больно, когда душа идет босыми ногами по осколкам разбитых надежд.

   — Галина Гончарова · книга
7. «

   Тихий настойчивый голос у нас в голове — почему он так мучает нас? <...> Может быть, он напоминает нам о том, что мы живы, что мы смертны, что каждый из нас наделен неповторимой душой, расстаться с которой мы так боимся, хотя она-то и заставляет нас чувствовать себя несчастней всех прочих созданий? Кроме того, что, как не боль, обостряет наше ощущение самости? Ужасно, когда ребенок вдруг осознает, что он — обособленное от всего мира существо, что никто и ничто не страдает, когда он обжег язык или ободрал коленку, что его боль принадлежит лишь ему одному. Еще ужаснее, когда с возрастом начинаешь осознавать, что ни один, даже самый близкий и любимый человек никогда не сможет понять тебя по-настоящему.

   Тихий настойчивый голос у нас в голове — почему он так мучает нас? <...> Может быть, он напоминает нам о том, что мы живы, что мы смертны, что каждый из нас наделен неповторимой душой, расстаться с которой мы так боимся, хотя она-то и заставляет нас чувствовать себя несчастней всех прочих созданий? Кроме того, что, как не боль, обостряет наше ощущение самости? Ужасно, когда ребенок вдруг осознает, что он — обособленное от всего мира существо, что никто и ничто не страдает, когда он обжег язык или ободрал коленку, что его боль принадлежит лишь ему одному. Еще ужаснее, когда с возрастом начинаешь осознавать, что ни один, даже самый близкий и любимый человек никогда не сможет понять тебя по-настоящему.

   — Донна Тартт · книга
8. «

   Боль ― противная часть человечности, я узнала, что такое колотая рана сердца, что-то, без чего мы все не можем обойтись в наших жизнях. Боль ― внезапный вред, которого нельзя избежать. Но тогда я также узнала, что благодаря боли могу чувствовать красоту, нежность и свободу исцеления. Боль подобна быстрой колотой ране сердца. Но тогда исцеление подобно ветру в лицо, когда ты расправляешь свои крылья и летишь по воздуху! У нас может не быть крыльев, растущих из наших спин, но исцеление ― та самая вещь, которая подарит нам попутный ветер.

   Боль ― противная часть человечности, я узнала, что такое колотая рана сердца, что-то, без чего мы все не можем обойтись в наших жизнях. Боль ― внезапный вред, которого нельзя избежать. Но тогда я также узнала, что благодаря боли могу чувствовать красоту, нежность и свободу исцеления. Боль подобна быстрой колотой ране сердца. Но тогда исцеление подобно ветру в лицо, когда ты расправляешь свои крылья и летишь по воздуху! У нас может не быть крыльев, растущих из наших спин, но исцеление ― та самая вещь, которая подарит нам попутный ветер.
9. «

   Все мы стремимся реализоваться. Но если что-то тормозит нас, мы ищем выхода в боли. Ищем её для себя, или причиняем её другим. Особенно уязвимы в этом отношении подростки. Юность пробует свою силу множеством способов.

   Все мы стремимся реализоваться. Но если что-то тормозит нас, мы ищем выхода в боли. Ищем её для себя, или причиняем её другим. Особенно уязвимы в этом отношении подростки. Юность пробует свою силу множеством способов.

   — Фрэнк Герберт · книга
10. «

    Когда болит, неизменно кажется, что нынешняя боль — навсегда. Но она проходит.

    Когда болит, неизменно кажется, что нынешняя боль — навсегда. Но она проходит.

    — Мария Семенова · книга
11. «

    Я изучил их – до кончика иголки каждого шприца. Могу наугад пройтись по всем этажам вслепую. Люди, работающие тут, равнодушны к чужим страданиям. Они пластмассово улыбаются, фальшиво соболезнуют, с поддельной горестью смотрят на ваши мучения и думают: осталось пять минут до обеда, успеют ли они дойти до столовой, пока не остыл борщ из тушёнки? Видя боль и смерть ежедневно на протяжении многих лет, поневоле очерствеешь. Я их не осуждаю – по сути, мы схожи в восприятии мира. В белых домах страданий умирают слишком часто и слишком страшно. Вы сами рискните по двадцать раз в день ТАК переживать и расстраиваться – поседеете раньше времени, сердце раздерут по кусочку.

    Я изучил их – до кончика иголки каждого шприца. Могу наугад пройтись по всем этажам вслепую. Люди, работающие тут, равнодушны к чужим страданиям. Они пластмассово улыбаются, фальшиво соболезнуют, с поддельной горестью смотрят на ваши мучения и думают: осталось пять минут до обеда, успеют ли они дойти до столовой, пока не остыл борщ из тушёнки? Видя боль и смерть ежедневно на протяжении многих лет, поневоле очерствеешь. Я их не осуждаю – по сути, мы схожи в восприятии мира. В белых домах страданий умирают слишком часто и слишком страшно. Вы сами рискните по двадцать раз в день ТАК переживать и расстраиваться – поседеете раньше времени, сердце раздерут по кусочку.

    — Георгий Зотов · книга
12. «

    Невозможно с достоинством и изяществом кричать от боли (от наслаждения — тоже).

    Невозможно с достоинством и изяществом кричать от боли (от наслаждения — тоже).

    — Станислав Лем · книга
13. «

    Спрятаться от боли каждая может, но не каждая — открыться жизни. Жизнь — она для тех, кто после пепелища осмелится возродиться.

    Спрятаться от боли каждая может, но не каждая — открыться жизни. Жизнь — она для тех, кто после пепелища осмелится возродиться.

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Лучше выговориться — так боль ослабнет.

    Лучше выговориться — так боль ослабнет.

    — Святой отец · сериал
15. «

    — Да разве нет способов умирать без боли? — Представьте, — остановился он предо мною, — представьте камень такой величины, как с большой дом; он висит, а вы под ним; если он упадет на вас, на голову — будет вам больно? — Камень с дом? Конечно, страшно. — Я не про страх; будет больно? — Камень с гору, миллион пудов? Разумеется, ничего не больно. — А станьте вправду, и пока висит, вы будете очень бояться, что больно. Всякий первый ученый, первый доктор, все, все будут очень бояться. Всякий будет знать, что не больно, и всякий будет очень бояться, что больно.

    — Да разве нет способов умирать без боли? — Представьте, — остановился он предо мною, — представьте камень такой величины, как с большой дом; он висит, а вы под ним; если он упадет на вас, на голову — будет вам больно? — Камень с дом? Конечно, страшно. — Я не про страх; будет больно? — Камень с гору, миллион пудов? Разумеется, ничего не больно. — А станьте вправду, и пока висит, вы будете очень бояться, что больно. Всякий первый ученый, первый доктор, все, все будут очень бояться. Всякий будет знать, что не больно, и всякий будет очень бояться, что больно.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
16. «

    Болит совесть — это значит, мучается душа. Совесть, наверное, важнейший нерв души.

    Болит совесть — это значит, мучается душа. Совесть, наверное, важнейший нерв души.

    — Александр Сокуров · книга
17. «

    Раны жгут и горят. А от холода руки и ноги немеют, поэтому когда мне холодно — это помогает. Ведь лучше, когда болит снаружи, а не внутри.

    Раны жгут и горят. А от холода руки и ноги немеют, поэтому когда мне холодно — это помогает. Ведь лучше, когда болит снаружи, а не внутри.

    — C. C. · аниме
18. «

    Опасность таится в том, что порой мы обожествляем боль, даём ей имя человека, думаем о ней непрестанно.

    Опасность таится в том, что порой мы обожествляем боль, даём ей имя человека, думаем о ней непрестанно.

    — Пауло Коэльо · книга
19. «

    Когда наступают тяжёлые дни, думаю: хорошо бы стать уборщицей, чтобы вымести внутреннюю боль...

    Когда наступают тяжёлые дни, думаю: хорошо бы стать уборщицей, чтобы вымести внутреннюю боль...

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Всегда нужно знать, какую боль причиняешь тому, кого любишь. Чтобы сто раз подумать, прежде чем сделать это.

    Всегда нужно знать, какую боль причиняешь тому, кого любишь. Чтобы сто раз подумать, прежде чем сделать это.

    — Наталья Игнатова · книга