112 цитат про «бунт» — коротко и по делу

112 цитат про «бунт»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Но вы, мутители палат, Легкоязычные витии, Вы, черни бедственный набат, Клеветники, враги России! Что взяли вы?... Еще ли России, Больной, расслабленный колосс? Еще ли северная слава, Пустая притча, лживый сон? Скажите: скоро ль нам Варшава, Предпишет гордый свой закон?

   Но вы, мутители палат, Легкоязычные витии, Вы, черни бедственный набат, Клеветники, враги России! Что взяли вы?... Еще ли России, Больной, расслабленный колосс? Еще ли северная слава, Пустая притча, лживый сон? Скажите: скоро ль нам Варшава, Предпишет гордый свой закон?

   — Александр Сергеевич Пушкин
2. «

   Демократия – это прекрасно, и все же она отнюдь не означает, что наши граждане имеют право бунтовать, как только они с чем-то не согласны.

   Демократия – это прекрасно, и все же она отнюдь не означает, что наши граждане имеют право бунтовать, как только они с чем-то не согласны.

   — Кадзуо Исигуро · книга
3. «

   Высший и самый неуловимый бунт – это умение в любой ситуации оставаться собой! <...> Система контролирует вас пока вы одинаковые, но если каждый начинает думать не по лекалу, у системы не хватит ни рук, ни методов, ни правил, чтобы оболванить [и подавить] всех.

   Высший и самый неуловимый бунт – это умение в любой ситуации оставаться собой! <...> Система контролирует вас пока вы одинаковые, но если каждый начинает думать не по лекалу, у системы не хватит ни рук, ни методов, ни правил, чтобы оболванить [и подавить] всех.
4. «

   — Что происходит!? Молодой человек, куда это Вы собрались!? Выйдешь отсюда и будешь отстранён от занятий! Патрик салютует директрисе и выходит из дверей школы. Директриса собирается обыскать рюкзак Патрика, но Кэтрин выхватывает его. — Вы не имеете права в нём рыться. Кэтрин направляется к выходу вслед за Патриком. — Кэт вернись, иначе ты тоже будешь отстранена от уроков. — Я не против! Кэтрин выходит на улицу и подходит к Патрику, который уже сел на свой мотоцикл. Она протягивает ему рюкзак. — Кажется, это твоё. Патрик берёт рюкзак и широко улыбается Кэт. — Ты уверена? — Нет, но я это делаю. Кэтрин садится на мотоцикл и обнимает Патрика. — «Подержи мне волосы». — Не поняла. — Ты сказала мне это на вечеринке, как раз перед тем, как тебя стошнило. — Чудесно.

   — Что происходит!? Молодой человек, куда это Вы собрались!? Выйдешь отсюда и будешь отстранён от занятий! Патрик салютует директрисе и выходит из дверей школы. Директриса собирается обыскать рюкзак Патрика, но Кэтрин выхватывает его. — Вы не имеете права в нём рыться. Кэтрин направляется к выходу вслед за Патриком. — Кэт вернись, иначе ты тоже будешь отстранена от уроков. — Я не против! Кэтрин выходит на улицу и подходит к Патрику, который уже сел на свой мотоцикл. Она протягивает ему рюкзак. — Кажется, это твоё. Патрик берёт рюкзак и широко улыбается Кэт. — Ты уверена? — Нет, но я это делаю. Кэтрин садится на мотоцикл и обнимает Патрика. — «Подержи мне волосы». — Не поняла. — Ты сказала мне это на вечеринке, как раз перед тем, как тебя стошнило. — Чудесно.

   — Директриса · сериал
5. «

   — Значит, ваша дочь взбунтовалась? Но ведь все дети бунтуют. Это необходимо... — Почему необходимо? — Чтобы найти себя. Любовью можно задушить, вы согласны? <...> Я имею в виду родительскую любовь. Даже любовь добрейших, самоотверженнейших родителей.

   — Значит, ваша дочь взбунтовалась? Но ведь все дети бунтуют. Это необходимо... — Почему необходимо? — Чтобы найти себя. Любовью можно задушить, вы согласны? <...> Я имею в виду родительскую любовь. Даже любовь добрейших, самоотверженнейших родителей.

   — Робертсон Дэвис · книга
6. «

   — Я люблю запах напалма поутру! — Он фанат апокалипсиса сегодня.

   — Я люблю запах напалма поутру! — Он фанат апокалипсиса сегодня.

   — Дэш Хосни · сериал
7. «

   – Матушка, а если они убьют Тираксеса? – спросил принц. В это королева не верила: – Кто, эти подонки? Это же пьянь, дурачьё и трущобные крысы! Раз отведают драконьего пламени и сбегут. Отозвался шут Грибок, заявив: – Может, и пьянь, но упившиеся люди не знают страха. Дурачьё, о да, но и дурак может убить короля! Крысы, что тоже верно, но тысяча крыс и медведя повалит – я сам такое видал на Блошином Конце…

   – Матушка, а если они убьют Тираксеса? – спросил принц. В это королева не верила: – Кто, эти подонки? Это же пьянь, дурачьё и трущобные крысы! Раз отведают драконьего пламени и сбегут. Отозвался шут Грибок, заявив: – Может, и пьянь, но упившиеся люди не знают страха. Дурачьё, о да, но и дурак может убить короля! Крысы, что тоже верно, но тысяча крыс и медведя повалит – я сам такое видал на Блошином Конце…

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Бунтарство — это не попытка остановить колесо хаоса или выйти на антиправительственный митинг. Бунтарство — значит не быть безразличным к боли людей, постараться помочь. Если каждый из нас раз в неделю не поест салат в гламурном кафе и отдаст эти деньги больному ребенку, то многое изменится к лучшему.

   Бунтарство — это не попытка остановить колесо хаоса или выйти на антиправительственный митинг. Бунтарство — значит не быть безразличным к боли людей, постараться помочь. Если каждый из нас раз в неделю не поест салат в гламурном кафе и отдаст эти деньги больному ребенку, то многое изменится к лучшему.

   — Эльчин Сафарли
9. «

   Обугленность вряд ли к лицу бунтарям.

   Обугленность вряд ли к лицу бунтарям.

   — Елизавета Солодовникова
10. «

    Бунт и революция мне никогда не нравились.

    Бунт и революция мне никогда не нравились.

    — Александр Сергеевич Пушкин
11. «

    Бунтовщики подняли кулаки, но, поднеся их к головам, отдали честь.

    Бунтовщики подняли кулаки, но, поднеся их к головам, отдали честь.

    — Станислав Ежи Лец · книга
12. «

    Корпорации торгуют революцией в модной упаковке: прочти инструкцию во вкладыше, и не бойся передозировки. Рафинированный бунт безопасен в любых количествах, от мизерных до запредельно астрономических.

    Корпорации торгуют революцией в модной упаковке: прочти инструкцию во вкладыше, и не бойся передозировки. Рафинированный бунт безопасен в любых количествах, от мизерных до запредельно астрономических.
13. «

    Так устроен человек. Он будет терпеть, молчать и надеяться, ведь возмущаться слишком утомительно. Куда удобнее смириться и ничего не делать.

    Так устроен человек. Он будет терпеть, молчать и надеяться, ведь возмущаться слишком утомительно. Куда удобнее смириться и ничего не делать.

    — Харпер Маверик
14. «

    Ступайте ж к нам: вас Русь зовет! Но знайте, прошеные гости! Уж Польша вас не поведет: Через ее шагнете кости!..." Сбылось — и в день Бородина Вновь наши вторглись знамена В проломы падшей вновь Варшавы; И Польша, как бегущий полк, Во прах бросает стяг кровавый - И бунт раздавленный умолк.

    Ступайте ж к нам: вас Русь зовет! Но знайте, прошеные гости! Уж Польша вас не поведет: Через ее шагнете кости!..." Сбылось — и в день Бородина Вновь наши вторглись знамена В проломы падшей вновь Варшавы; И Польша, как бегущий полк, Во прах бросает стяг кровавый - И бунт раздавленный умолк.

    — Александр Сергеевич Пушкин
15. «

    Ты можешь ходить, как запущенный сад, А можешь всё наголо сбрить. И то, и другое я видел не раз, Кого ты хотел удивить?

    Ты можешь ходить, как запущенный сад, А можешь всё наголо сбрить. И то, и другое я видел не раз, Кого ты хотел удивить?
16. «

    Александра охватила ярость. Она ослепила его — он действительно на миг перестал видеть краски мира. Все, кроме черного и белого! Его преданные солдаты, совершавшие геройства, творившие историю, в этот миг отвергали своего кумира! Из грозной единой силы, его детища, они на глазах перерождались в свирепую необузданную толпу, охваченную стадными инстинктами. Взбешенный Александр неожиданно для окружения спрыгнул прямо в гущу враждебной массы и остался один на один с возбужденными, готовыми на все бунтовщикам.

    Александра охватила ярость. Она ослепила его — он действительно на миг перестал видеть краски мира. Все, кроме черного и белого! Его преданные солдаты, совершавшие геройства, творившие историю, в этот миг отвергали своего кумира! Из грозной единой силы, его детища, они на глазах перерождались в свирепую необузданную толпу, охваченную стадными инстинктами. Взбешенный Александр неожиданно для окружения спрыгнул прямо в гущу враждебной массы и остался один на один с возбужденными, готовыми на все бунтовщикам.

    — Ольга Эрлер · книга
17. «

    Живший дотоле ежедневными компромиссами, раб в один миг («Потому что как же иначе...») впадает в непримиримость — «Все или ничего». Сознание рождается у него вместе с бунтом.

    Живший дотоле ежедневными компромиссами, раб в один миг («Потому что как же иначе...») впадает в непримиримость — «Все или ничего». Сознание рождается у него вместе с бунтом.

    — Альбер Камю · книга
18. «

    Они никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются.

    Они никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются.

    — Джордж Оруэлл · книга
19. «

    Его друзья писали статьи, ходили на марши, а потом за кофе и штруделем спорили о будущем марксизма, но за их риторикой Майкл чувствовал пустоту. Он не винил друзей за то, что они выбрали легкий путь, но следовать их примеру не хотел. Он был слишком чист душою и честен и так и не научился обманывать себя.

    Его друзья писали статьи, ходили на марши, а потом за кофе и штруделем спорили о будущем марксизма, но за их риторикой Майкл чувствовал пустоту. Он не винил друзей за то, что они выбрали легкий путь, но следовать их примеру не хотел. Он был слишком чист душою и честен и так и не научился обманывать себя.

    — Хелен Уэкер · книга
20. «

    Раздается в лесу топор дровосека. Поваляюсь в сугробе, авось остыну. Ничего не остыну! Вообще забудьте! Я помышляю почти о бунте! Не присягал я косому Будде, за червонец помчусь за зайцем! Пусть закроется — где стамеска! - яснополянская хлеборезка! Непротивленье, панове, мерзко. Это мне — как серпом по яйцам! Как Аристотель на дне колодца, откуда не ведаю что берётся. Зло существует, чтоб с ним бороться, а не взвешивать на коромысле.

    Раздается в лесу топор дровосека. Поваляюсь в сугробе, авось остыну. Ничего не остыну! Вообще забудьте! Я помышляю почти о бунте! Не присягал я косому Будде, за червонец помчусь за зайцем! Пусть закроется — где стамеска! - яснополянская хлеборезка! Непротивленье, панове, мерзко. Это мне — как серпом по яйцам! Как Аристотель на дне колодца, откуда не ведаю что берётся. Зло существует, чтоб с ним бороться, а не взвешивать на коромысле.

    — Иосиф Александрович Бродский