358 фраз, которые всё говорят о «человечность»

358 цитат про «человечность»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Как ни странно, выживание человека как вида зависит от того, человечен ли он. От того, чтобы не было садизма относительно людей и зверья.

   Как ни странно, выживание человека как вида зависит от того, человечен ли он. От того, чтобы не было садизма относительно людей и зверья.

   — Евгений Янович Сатановский
2. «

   Приготовься, потому что, убив в людях все человеческое, ты останешься с бесчеловечными людьми.

   Приготовься, потому что, убив в людях все человеческое, ты останешься с бесчеловечными людьми.

   — Рик Янси · книга
3. «

   В споре с законом человечность неисповедимыми путями сохраняла себя там, где её истребляли.

   В споре с законом человечность неисповедимыми путями сохраняла себя там, где её истребляли.

   — Тамара Петкевич · книга
4. «

   Любовь делает нас уязвимыми, хотя, я полагаю, она же делает нас людьми.

   Любовь делает нас уязвимыми, хотя, я полагаю, она же делает нас людьми.

   — Роберт Джонс · сериал
5. «

   Мы — немногие равные, живущие в различных странах и в различных временах, Мы, сокрытые на всех континентах, во всех кастах, признающие все религии, благотворители, сострадатели, гармоничная часть людей, Мы проходим молчаливо сквозь споры и утверждения, но не отвергаем ни спорящих, ни то, что они утверждают, Мы слышим крик и ругань, мы в самой гуще раздоров, зависти, взаимных обвинений каждой из сторон, Они смыкаются вокруг нас, не слушая наших объяснений, они окружают нас, мой товарищ, И все же мы идем, неудержимые, свободные, идем по всей земле, и будем идти, пока сможем оставлять наш неизгладимый след на времени и в различных эпохах, Пока не насытим собой время и эпохи, чтобы мужчины и женщины будущих стран и времен стали ощущать себя любимыми и любящими, как мы сейчас.

   Мы — немногие равные, живущие в различных странах и в различных временах, Мы, сокрытые на всех континентах, во всех кастах, признающие все религии, благотворители, сострадатели, гармоничная часть людей, Мы проходим молчаливо сквозь споры и утверждения, но не отвергаем ни спорящих, ни то, что они утверждают, Мы слышим крик и ругань, мы в самой гуще раздоров, зависти, взаимных обвинений каждой из сторон, Они смыкаются вокруг нас, не слушая наших объяснений, они окружают нас, мой товарищ, И все же мы идем, неудержимые, свободные, идем по всей земле, и будем идти, пока сможем оставлять наш неизгладимый след на времени и в различных эпохах, Пока не насытим собой время и эпохи, чтобы мужчины и женщины будущих стран и времен стали ощущать себя любимыми и любящими, как мы сейчас.

   — Уолт Уитмен · книга
6. «

   В жестокий двадцать первый век, Во время зависти и мести, Запомни: ты же человек. Ты не теряй ни капли чести.

   В жестокий двадцать первый век, Во время зависти и мести, Запомни: ты же человек. Ты не теряй ни капли чести.
7. «

   Чтобы возвыситься над человечностью, надо сохранить в себе человечность.

   Чтобы возвыситься над человечностью, надо сохранить в себе человечность.

   — Евгений Михайлович Богат
8. «

   — ... Если меня заставят разлюбить тебя — вот будет настоящее предательство. Она задумалась. — Этого они не могут, — сказала она наконец. — Этого как раз и не могут. Сказать что угодно — что угодно — они тебя заставят, но поверить в это не заставят. Они не могут в тебя влезть. — Да, — ответил он уже не так безнадёжно, — да, это верно. Влезть в тебя они не могут. Если ты чувствуешь, что оставаться человеком стоит — пусть это ничего не даёт, — ты всё равно их победил.

   — ... Если меня заставят разлюбить тебя — вот будет настоящее предательство. Она задумалась. — Этого они не могут, — сказала она наконец. — Этого как раз и не могут. Сказать что угодно — что угодно — они тебя заставят, но поверить в это не заставят. Они не могут в тебя влезть. — Да, — ответил он уже не так безнадёжно, — да, это верно. Влезть в тебя они не могут. Если ты чувствуешь, что оставаться человеком стоит — пусть это ничего не даёт, — ты всё равно их победил.

   — Джордж Оруэлл · книга
9. «

   Когда волк — волк, он никому не человек, даже самому себе.

   Когда волк — волк, он никому не человек, даже самому себе.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Ты робот? <...> Теперь ясно. Люди не бывают такими человечными.

    Ты робот? <...> Теперь ясно. Люди не бывают такими человечными.

    — Эллен Рипли · фильм
11. «

    Берегите в себе человека.

    Берегите в себе человека.

    — Антон Павлович Чехов
12. «

    Даже если вокруг солнца собираются тучи, оно не прекращает светить. Так и человек должен оставаться человеком, какие бы звери вокруг него ни кружили.

    Даже если вокруг солнца собираются тучи, оно не прекращает светить. Так и человек должен оставаться человеком, какие бы звери вокруг него ни кружили.

    — Оксана Головина · книга
13. «

    Мне кажется, все человеческое, что есть в нас, должно найти утешение и надежду в вечных всеобъемлющих законах мироздания, а никак не в обыденных житейских заботах, горестях и страстях.

    Мне кажется, все человеческое, что есть в нас, должно найти утешение и надежду в вечных всеобъемлющих законах мироздания, а никак не в обыденных житейских заботах, горестях и страстях.

    — Герберт Уэллс · книга
14. «

    Надо быть человеком. Куда бы ни занесла тебя жизнь, какие бы вензеля она ни выписывала, надо оставаться человеком. Иногда даже вопреки своим желаниям.

    Надо быть человеком. Куда бы ни занесла тебя жизнь, какие бы вензеля она ни выписывала, надо оставаться человеком. Иногда даже вопреки своим желаниям.

    — Галина Гончарова · книга
15. «

    Превозмогать себя и возвращаться к должному в себе — вот что такое истинная человечность. Быть человечным или не быть — это зависит только от нас самих.

    Превозмогать себя и возвращаться к должному в себе — вот что такое истинная человечность. Быть человечным или не быть — это зависит только от нас самих.

    — Конфуций
16. «

    Если бы мы могли знать, сколько людей нас ценят и любят, мы бы и сами проявляли больше любви к другим, становясь более человечными.

    Если бы мы могли знать, сколько людей нас ценят и любят, мы бы и сами проявляли больше любви к другим, становясь более человечными.
17. «

    Каждый человек в большей или меньшей степени человечен. Можно даже утверждать, что в среднем в людях больше человечности, доброты, чем бесчеловечности, жестокости. Если бы было иначе, то, раз возникнув, род Homo Sapiens постепенно дичал, неизбежно деградировал и со временем прекратил бы свое существование. То есть люди либо перебили друг друга, либо вернулись в животное состояние, в котором самосохранение рода обеспечивалось бы на уровне инстинктов. В действительности мы видим, что, несмотря на войны, составляющие позор человечества, на катастрофы, на все трудности экономического, социального и другого характера, продолжительность жизни растет, ее качество и комфорт повышаются, люди учатся преодолевать голод и бедность, болезни и социальную несправедливость; во все большем числе стран признаются и защищаются права человека и его свободы.

    Каждый человек в большей или меньшей степени человечен. Можно даже утверждать, что в среднем в людях больше человечности, доброты, чем бесчеловечности, жестокости. Если бы было иначе, то, раз возникнув, род Homo Sapiens постепенно дичал, неизбежно деградировал и со временем прекратил бы свое существование. То есть люди либо перебили друг друга, либо вернулись в животное состояние, в котором самосохранение рода обеспечивалось бы на уровне инстинктов. В действительности мы видим, что, несмотря на войны, составляющие позор человечества, на катастрофы, на все трудности экономического, социального и другого характера, продолжительность жизни растет, ее качество и комфорт повышаются, люди учатся преодолевать голод и бедность, болезни и социальную несправедливость; во все большем числе стран признаются и защищаются права человека и его свободы.

    — Валерий Александрович Кувакин
18. «

    В том вся и беда, что человек хуже всякого зверя, просто не каждый своему зверству волю даёт. Но если уж дал, то страшнее монстра не будет, и таких тварей как бешеных собак стрелять надо, пока они других не заразили. А лютость человеческая заразна, факт.

    В том вся и беда, что человек хуже всякого зверя, просто не каждый своему зверству волю даёт. Но если уж дал, то страшнее монстра не будет, и таких тварей как бешеных собак стрелять надо, пока они других не заразили. А лютость человеческая заразна, факт.

    — Сергей Клочков · книга
19. «

    Все милосердие, которое может войти в судьбу человека – это его же собственный труд в веках, труд в единении с великими и малыми людьми, труд любви и благородства. Честь человека и его честность, доброта и красота, которые он пробудил в сердце встречных, а не ждал, чтобы их ему кто-то принес, – вот вековой труд человеческого пути, пути живого неба и живой земли.

    Все милосердие, которое может войти в судьбу человека – это его же собственный труд в веках, труд в единении с великими и малыми людьми, труд любви и благородства. Честь человека и его честность, доброта и красота, которые он пробудил в сердце встречных, а не ждал, чтобы их ему кто-то принес, – вот вековой труд человеческого пути, пути живого неба и живой земли.

    — Конкордия Антарова · книга
20. «

    Заяц поведал мне, что мы вступили в эпоху Человека, которая не приносит ничего хорошего даже самим людям. Он с горечью пожаловался на то, сколько зайчат гибнет под ножами комбайнов. Спросил, имею ли я понятие об общем числе комбайнов в стране, и на моё незнание ответил точной цифрой. Пшеница истекает кровью, многозначительно промолвил он, мы истекаем кровью. Я плакала горючими слезами и просила у него прощения, но заяц сказал, что я не виновата.

    Заяц поведал мне, что мы вступили в эпоху Человека, которая не приносит ничего хорошего даже самим людям. Он с горечью пожаловался на то, сколько зайчат гибнет под ножами комбайнов. Спросил, имею ли я понятие об общем числе комбайнов в стране, и на моё незнание ответил точной цифрой. Пшеница истекает кровью, многозначительно промолвил он, мы истекаем кровью. Я плакала горючими слезами и просила у него прощения, но заяц сказал, что я не виновата.

    — Грэм Джойс · книга