518 фраз на тему «честь» для дневника

Тема «честь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 518 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Честь не криклива, доброта тиха, Но слышен голос злобы и греха.

   Честь не криклива, доброта тиха, Но слышен голос злобы и греха.

   — Юсуф Баласагуни
2. «

   Честь бизнеса – отдать свои долги.

   Честь бизнеса – отдать свои долги.

   — Михаил Сафарбекович Гуцериев
3. «

   Честь — это прежде всего совесть.

   Честь — это прежде всего совесть.
4. «

   Береги честь смолоду, коли рожа крива.

   Береги честь смолоду, коли рожа крива.

   — Гай Юлий Орловский · книга
5. «

   Честь всегда от злобы гибнет.

   Честь всегда от злобы гибнет.

   — Романсеро · книга
6. «

   Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

   Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

   — Франц Вертфоллен · книга
7. «

   Я вам верю. Но помните: честь потерять легко, а вернуть невозможно.

   Я вам верю. Но помните: честь потерять легко, а вернуть невозможно.

   — Борис Акунин · книга
8. «

   Встретились Вода, Ветер, Огонь и Честь, подружились, и пришло им на ум прогуляться по миру. Долго они ходили по земле, устали и решили отдохнуть. – Под этой горой горит пламя, я соединюсь с ним, – сказал Огонь. – Ищите меня там. – По берегам этого озера растет камыш, – сказал Ветер. – Ищите меня там. – Вон на том склоне бьет родник. Я сольюсь с ним, – сказала Вода. – Ищите меня там. Честь устремила глаза в небо и промолчала. – А как нам найти тебя? – спросил у Чести Ветер. – Это бесполезно, – сказала Честь. – Всякий, кто отойдет от меня, никогда не найдет обратной дороги.

   Встретились Вода, Ветер, Огонь и Честь, подружились, и пришло им на ум прогуляться по миру. Долго они ходили по земле, устали и решили отдохнуть. – Под этой горой горит пламя, я соединюсь с ним, – сказал Огонь. – Ищите меня там. – По берегам этого озера растет камыш, – сказал Ветер. – Ищите меня там. – Вон на том склоне бьет родник. Я сольюсь с ним, – сказала Вода. – Ищите меня там. Честь устремила глаза в небо и промолчала. – А как нам найти тебя? – спросил у Чести Ветер. – Это бесполезно, – сказала Честь. – Всякий, кто отойдет от меня, никогда не найдет обратной дороги.
9. «

   Как дворянин, человек сословия, которое одновременно было и социально господствующей корпорацией, и культурной элитой, он подчинялся законам чести. Психологическим стимулом подчинения здесь выступает стыд.

   Как дворянин, человек сословия, которое одновременно было и социально господствующей корпорацией, и культурной элитой, он подчинялся законам чести. Психологическим стимулом подчинения здесь выступает стыд.

   — Юрий Михайлович Лотман · книга
10. «

    Чти сталь подвигом, а не словами.

    Чти сталь подвигом, а не словами.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    Средь множества дорог, лицемерия, предательства и лести, я выбрал самую трудную из всех, — дорогу Чести!

    Средь множества дорог, лицемерия, предательства и лести, я выбрал самую трудную из всех, — дорогу Чести!
12. «

    К чему бы мы ни шли, в конце пути остается одно — наша честь.

    К чему бы мы ни шли, в конце пути остается одно — наша честь.

    — Киган Дин (Keegan Deane) · сериал
13. «

    Моё сердце — для тебя, моя кровь — для императора, а моя жизнь — для чести.

    Моё сердце — для тебя, моя кровь — для императора, а моя жизнь — для чести.

    — Антуан Шарль Луи Лассаль
14. «

    Должны отдать мы королю Жизнь и именье, но не честь: Она наследие души, В душе ж отчет даём мы богу.

    Должны отдать мы королю Жизнь и именье, но не честь: Она наследие души, В душе ж отчет даём мы богу.

    — Педро Кальдерон де ла Барка · книга
15. «

    Каждый человек должен знать, что другие его не бросят — ни при каких обстоятельствах. Что можно всё потерять, но люди должны быть на борту — и живые, и мёртвые. Этого правила не было в уставе. Но если б ему не следовали, никто не смог бы летать.

    Каждый человек должен знать, что другие его не бросят — ни при каких обстоятельствах. Что можно всё потерять, но люди должны быть на борту — и живые, и мёртвые. Этого правила не было в уставе. Но если б ему не следовали, никто не смог бы летать.

    — Станислав Лем · книга
16. «

    Писатель не должен быть проституткой, удовлетворяющей пороки за деньги.

    Писатель не должен быть проституткой, удовлетворяющей пороки за деньги.

    — Аристарх Ромашин
17. «

    Рагух поглядел на друга… и внезапно ударил его по плечу. — Хочешь от меня избавиться? — засмеялся он. — Не выйдет! Я остаюсь. <...> — Отлично! — Машег улыбнулся. — С тобой мы их точно побьем! — Вы сошли с ума! – заявила Элда, с большим неодобрением слушавшая монолог Рагуха <...>. — Вдвоем — против трех сотен! Зачем тебе вообще драться? Забирай все, и уходим! — Молчи, женщина! – произнес Машег. – Ты не понимаешь, что такое честь! — Зато я понимаю, что такое жизнь! Можешь сжечь усадьбу и сады с виноградником, если не хочешь оставлять их врагу! — Вот! — Машег повернулся к Рагуху. — Сколько лет живет со мной, а так и осталась нурманкой.

    Рагух поглядел на друга… и внезапно ударил его по плечу. — Хочешь от меня избавиться? — засмеялся он. — Не выйдет! Я остаюсь. <...> — Отлично! — Машег улыбнулся. — С тобой мы их точно побьем! — Вы сошли с ума! – заявила Элда, с большим неодобрением слушавшая монолог Рагуха <...>. — Вдвоем — против трех сотен! Зачем тебе вообще драться? Забирай все, и уходим! — Молчи, женщина! – произнес Машег. – Ты не понимаешь, что такое честь! — Зато я понимаю, что такое жизнь! Можешь сжечь усадьбу и сады с виноградником, если не хочешь оставлять их врагу! — Вот! — Машег повернулся к Рагуху. — Сколько лет живет со мной, а так и осталась нурманкой.

    — Александр Мазин · книга
18. «

    — Честь, гордость, оскорбленное достоинство... Ваше племя знает эти понятия? — Все еще, правда больше в молодости. Во всяком случае, из-за них не станут преследовать, терпеть нужду, рисковать быть убитыми. — Мне жаль ваше племя, у него нет будущего.

    — Честь, гордость, оскорбленное достоинство... Ваше племя знает эти понятия? — Все еще, правда больше в молодости. Во всяком случае, из-за них не станут преследовать, терпеть нужду, рисковать быть убитыми. — Мне жаль ваше племя, у него нет будущего.

    — Юрий Никитин · книга
19. «

    Мораль и честь семьи — вот принципы мои!

    Мораль и честь семьи — вот принципы мои!

    — Король Людовик XIII · фильм
20. «

    Он пал в бою, он с честью смерть нашел, Он честно жил и с жизнью счеты свел.

    Он пал в бою, он с честью смерть нашел, Он честно жил и с жизнью счеты свел.

    — Уильям Шекспир · книга