84 мудрых цитаты про «чиновники»

84 цитаты про «чиновники»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Может ли политик испытывать симпатию к человеку, который знаком ему только понаслышке? Может ли теплота в его голосе быть неподдельной?

   Может ли политик испытывать симпатию к человеку, который знаком ему только понаслышке? Может ли теплота в его голосе быть неподдельной?

   — Леонид Шебаршин · книга
2. «

   Охваченный диким страхом я весь погряз в грабеже, Краду я с таким размахом, что даже стыдно уже. Вот раньше я крал осторожно, а щас обнаглел совсем, И не заметить уже невозможно моих двух ходовых схем, В стране объявлена, вроде, Борьба с такими как я, Но я еще на свободе, И здесь же мои друзья.

   Охваченный диким страхом я весь погряз в грабеже, Краду я с таким размахом, что даже стыдно уже. Вот раньше я крал осторожно, а щас обнаглел совсем, И не заметить уже невозможно моих двух ходовых схем, В стране объявлена, вроде, Борьба с такими как я, Но я еще на свободе, И здесь же мои друзья.
3. «

   Любое сокращение чиновников в России ведёт к росту их числа. Что-то есть общее между чиновниками и ценами на бензин. Как их ни сокращай — только больше становится!

   Любое сокращение чиновников в России ведёт к росту их числа. Что-то есть общее между чиновниками и ценами на бензин. Как их ни сокращай — только больше становится!

   — Даниель Кайгермазов
4. «

   Из сказанного вами не видно, чтобы для занятия у вас высокого положения требовалось обладание какими-нибудь достоинствами; еще менее видно, чтобы людей жаловали высокими званиями на основании их добродетелей, чтобы духовенство получало повышение за свое благочестие или ученость, военные — за свою храбрость и благородное поведение, судьи — за свою неподкупность, сенаторы — за любовь к отечеству и государственные советники — за свою мудрость.

   Из сказанного вами не видно, чтобы для занятия у вас высокого положения требовалось обладание какими-нибудь достоинствами; еще менее видно, чтобы людей жаловали высокими званиями на основании их добродетелей, чтобы духовенство получало повышение за свое благочестие или ученость, военные — за свою храбрость и благородное поведение, судьи — за свою неподкупность, сенаторы — за любовь к отечеству и государственные советники — за свою мудрость.

   — Джонатан Свифт · книга
5. «

   Да разве можно рассчитывать на чиновников. Не затем они сидят в канцеляриях, чтобы понимать людей.

   Да разве можно рассчитывать на чиновников. Не затем они сидят в канцеляриях, чтобы понимать людей.

   — Альбер Камю · книга
6. «

   Если хочешь познать истину, поступай на госслужбу.

   Если хочешь познать истину, поступай на госслужбу.

   — Козьма Прутков
7. «

   Сделалось все это оттого, — думал Нехлюдов, — что все эти люди — губернаторы, смотрители, околоточные, городовые — считают, что есть на свете такие положения, в которых человеческое отношение с человеком не обязательно. Ведь все эти люди — и Масленников, и смотритель, и конвойный, — все они, если бы не были губернаторами, смотрителями, офицерами, двадцать раз подумали бы о том, можно ли отправлять людей в такую жару и такой кучей, двадцать раз дорогой остановились бы и, увидав, что человек слабеет, задыхается, вывели бы его из толпы, свели бы его в тень, дали бы воды, дали бы отдохнуть и, когда случилось несчастье, выказали бы сострадание. Они не сделали этого, даже мешали делать это другим только потому, что они видели перед собой не людей и свои обязанности перед ними, а службу и ее требования, которые они ставили выше требований человеческих отношений. В этом все, — думал Нехлюдов. — Если можно признать, что что бы то ни было важнее чувства человеколюбия, хоть на один час и хоть в каком-нибудь одном, исключительном случае, то нет преступления, которое нельзя бы было совершать над людьми, не считая себя виноватым.

   Сделалось все это оттого, — думал Нехлюдов, — что все эти люди — губернаторы, смотрители, околоточные, городовые — считают, что есть на свете такие положения, в которых человеческое отношение с человеком не обязательно. Ведь все эти люди — и Масленников, и смотритель, и конвойный, — все они, если бы не были губернаторами, смотрителями, офицерами, двадцать раз подумали бы о том, можно ли отправлять людей в такую жару и такой кучей, двадцать раз дорогой остановились бы и, увидав, что человек слабеет, задыхается, вывели бы его из толпы, свели бы его в тень, дали бы воды, дали бы отдохнуть и, когда случилось несчастье, выказали бы сострадание. Они не сделали этого, даже мешали делать это другим только потому, что они видели перед собой не людей и свои обязанности перед ними, а службу и ее требования, которые они ставили выше требований человеческих отношений. В этом все, — думал Нехлюдов. — Если можно признать, что что бы то ни было важнее чувства человеколюбия, хоть на один час и хоть в каком-нибудь одном, исключительном случае, то нет преступления, которое нельзя бы было совершать над людьми, не считая себя виноватым.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
8. «

   После парилки даже чиновники кажутся чище.

   После парилки даже чиновники кажутся чище.

   — Геннадий Ефимович Малкин · книга
9. «

   Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.

   Ошибка, совершенная по невежеству человеком, исполненным добрых намерений, не может иметь таких роковых последствий для общего блага, как деятельность человека с порочными наклонностями, одаренного умением скрывать свои пороки, умножать их и безнаказанно предаваться им.

   — Джонатан Свифт · книга
10. «

    Чиновник — это высшая степень хомо сапиенс. С виду человек, но на самом деле таковым не является.

    Чиновник — это высшая степень хомо сапиенс. С виду человек, но на самом деле таковым не является.

    — Василий Федотов · сериал
11. «

    Она только и делала, что говорила и говорила без конца. И вокруг нее тоже была сплошная говорильня. Интересно, это что же, постоянный стиль работы больших международных организаций? Если так, то не приходится удивляться, что...

    Она только и делала, что говорила и говорила без конца. И вокруг нее тоже была сплошная говорильня. Интересно, это что же, постоянный стиль работы больших международных организаций? Если так, то не приходится удивляться, что...

    — Дорис Лессинг · книга
12. «

    Я поставлю вас всех на уши, я перебью всех ваших гребаных коррумпированных чиновников. И это будет по-библейски.

    Я поставлю вас всех на уши, я перебью всех ваших гребаных коррумпированных чиновников. И это будет по-библейски.

    — Клайд Александр Шелтон · фильм
13. «

    Есть у меня самолеты, яхты и острова, И в жизни одна забота — Родину распродавать.

    Есть у меня самолеты, яхты и острова, И в жизни одна забота — Родину распродавать.
14. «

    — Сколько в миллиарде нулей? — 9. — Ты говоришь, как хороший чиновник, Гарик.

    — Сколько в миллиарде нулей? — 9. — Ты говоришь, как хороший чиновник, Гарик.

    — Гарик Мартиросян
15. «

    Чиновники как книги в библиотеке: самые нужные стоят на самом верху.

    Чиновники как книги в библиотеке: самые нужные стоят на самом верху.

    — Поль Массон
16. «

    Любые резкие повороты в жизни общества, будь то революции, контрреволюции, путчи, войны, смены вождей, обрубают одни служебные карьеры и выбрасывают фейерверк новых государственных и чиновных звезд. Безвестные до поры до времени полковники стремительно становятся генералами, скромные кандидаты наук, обреченные всем ходом предыдущей жизни и своим интеллектуальным ресурсом на кабинетное прозябание, вдруг вырываются на политическую авансцену, рядовые охранники, референты и помощники, вообще лица, приближенные к особе вождя, приобретают непомерное влияние в делах государства. Одновременно другие уходят в небытие, в крайних случаях — в тюрьму, а уж в самых крайних, которых немало повидала Россия, — прямо на тот свет с пулей в затылке или во лбу, по моде своего времени. Судьба играет человеком...

    Любые резкие повороты в жизни общества, будь то революции, контрреволюции, путчи, войны, смены вождей, обрубают одни служебные карьеры и выбрасывают фейерверк новых государственных и чиновных звезд. Безвестные до поры до времени полковники стремительно становятся генералами, скромные кандидаты наук, обреченные всем ходом предыдущей жизни и своим интеллектуальным ресурсом на кабинетное прозябание, вдруг вырываются на политическую авансцену, рядовые охранники, референты и помощники, вообще лица, приближенные к особе вождя, приобретают непомерное влияние в делах государства. Одновременно другие уходят в небытие, в крайних случаях — в тюрьму, а уж в самых крайних, которых немало повидала Россия, — прямо на тот свет с пулей в затылке или во лбу, по моде своего времени. Судьба играет человеком...

    — Леонид Шебаршин · книга
17. «

    Основная привилегия чиновника — отсутствие заботы о смысле своей деятельности.

    Основная привилегия чиновника — отсутствие заботы о смысле своей деятельности.

    — Леонид Шебаршин · книга
18. «

    Вообще-то министрами жить можно. Хоть и повесит потом бесчинствующая толпа, но хоть поедим всласть.

    Вообще-то министрами жить можно. Хоть и повесит потом бесчинствующая толпа, но хоть поедим всласть.

    — Юрий Никитин · книга
19. «

    Чиновники не хозяева, а слуги народа, поскольку они получают жалованье из кармана налогоплательщика.

    Чиновники не хозяева, а слуги народа, поскольку они получают жалованье из кармана налогоплательщика.

    — Махатма Ганди · книга
20. «

    Она чувствовала себя неловко, получая такое высокое жалование и ничего не делая.

    Она чувствовала себя неловко, получая такое высокое жалование и ничего не делая.

    — Дорис Лессинг · книга