176 цитат про «Жизненные цитаты на тему «чувства»»

Собрали 176 цитат на тему «Жизненные цитаты на тему «чувства»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Давно известно, что прелесть жизни не только в ожидании будущего и в настоящем, но отчасти и в воспоминаниях. часто воспоминание сродни выдумке, творчеству. Кто из нас, вспоминая, не придает пережитому черты несбывшегося? Кто, вспоминая, не оставляет в памяти только сущность пережитого?

   Давно известно, что прелесть жизни не только в ожидании будущего и в настоящем, но отчасти и в воспоминаниях. часто воспоминание сродни выдумке, творчеству. Кто из нас, вспоминая, не придает пережитому черты несбывшегося? Кто, вспоминая, не оставляет в памяти только сущность пережитого?

   — Константин Георгиевич Паустовский
2. «

   Слово «любовь» стало чем-то обыденным. Это слово стало затасканным из-за повсеместного его употребления, и потеряло свою силу. «Ты мне нравишься» почему-то звучит более искренне и правдиво.

   Слово «любовь» стало чем-то обыденным. Это слово стало затасканным из-за повсеместного его употребления, и потеряло свою силу. «Ты мне нравишься» почему-то звучит более искренне и правдиво.

   — Акио Ито
3. «

   Вам нравятся такие, которые кричат на всех углах про свои чувства? А вы знаете, что они как раз и бывают самыми неискренними?

   Вам нравятся такие, которые кричат на всех углах про свои чувства? А вы знаете, что они как раз и бывают самыми неискренними?

   — Олег Рой · книга
4. «

   Мужчины лгут меньше, чем женщины, кроме тех случаев, когда они говорят о своих чувствах.

   Мужчины лгут меньше, чем женщины, кроме тех случаев, когда они говорят о своих чувствах.

   — Принцесса Диана Уэльская
5. «

   Зависть среди самых опасных чувств занимает второе место после жалости к себе.

   Зависть среди самых опасных чувств занимает второе место после жалости к себе.

   — Дин Кунц · книга
6. «

   Люди ищут в книгах именно этого: сильных, никогда не испытываемых чувств и мучительных страданий, от которых можно избавиться в любой момент, просто захлопнув книгу.

   Люди ищут в книгах именно этого: сильных, никогда не испытываемых чувств и мучительных страданий, от которых можно избавиться в любой момент, просто захлопнув книгу.

   — Корнелия Функе · книга
7. «

   — Ты ему нравишься. — Ты его друг. Ты должен был это сказать. — Возможно, правда. Ладно, позволь мне угадать. Ты... изучаешь танцы. Нет, нет. Историю искусств? И то и другое. — Да.. — Ты также упряма, конкурентоспособна, немного неловкая, и ты любишь кофе. Подожди... Тёмный индийский чай со льдом и соей. — Ладно, какого черта? — Ну, Лиам рассказывал мне. Потому что он говорит о тебе. Потому что ты ему нравишься.

   — Ты ему нравишься. — Ты его друг. Ты должен был это сказать. — Возможно, правда. Ладно, позволь мне угадать. Ты... изучаешь танцы. Нет, нет. Историю искусств? И то и другое. — Да.. — Ты также упряма, конкурентоспособна, немного неловкая, и ты любишь кофе. Подожди... Тёмный индийский чай со льдом и соей. — Ладно, какого черта? — Ну, Лиам рассказывал мне. Потому что он говорит о тебе. Потому что ты ему нравишься.

   — Офелия Прайс · сериал
8. «

   Я поняла, что дом — это не место. Это ощущение.

   Я поняла, что дом — это не место. Это ощущение.

   — Сесилия Ахерн · книга
9. «

   Боюсь слова «ненавижу». Оно слишком весомое, разрушительное. «Ненавижу» с легкостью разбивает вдребезги тысячи человеческих сердец. Навечно.

   Боюсь слова «ненавижу». Оно слишком весомое, разрушительное. «Ненавижу» с легкостью разбивает вдребезги тысячи человеческих сердец. Навечно.

   — Эльчин Сафарли · книга
10. «

    У девочки рыжие волосы, зеленая куртка, синее небо, кудрявые облака. Девочка, кстати, полгода уже не курит, пробежка, чашка свежего молока Девочка обнимает тебя, будто анаконда, спрашивает, как назвали, как родила. Она тебя, в общем, забыла почти рекордно — два дня себе поревела и все дела. Потом, конечно, неделю всё письма жгла. И месяц где-то спать еще не могла.

    У девочки рыжие волосы, зеленая куртка, синее небо, кудрявые облака. Девочка, кстати, полгода уже не курит, пробежка, чашка свежего молока Девочка обнимает тебя, будто анаконда, спрашивает, как назвали, как родила. Она тебя, в общем, забыла почти рекордно — два дня себе поревела и все дела. Потом, конечно, неделю всё письма жгла. И месяц где-то спать еще не могла.

    — Аля Кудряшева
11. «

    — Люди меня достали. — В чем, по-твоему, причина? — Слишком много чувствую. Вот в чем причина.

    — Люди меня достали. — В чем, по-твоему, причина? — Слишком много чувствую. Вот в чем причина.

    — Джонатан Сафран Фоер · книга
12. «

    Люди забывают сказать, что порой повиноваться своему сердцу очень непросто. Что по воле сердца можно оказаться там, куда не следовало бы заходить: там, где бывает очень страшно, но, в то же время, очень интересно, опасно, но в то же время заманчиво. А иногда по воле сердца можно оказаться там, откуда ни одна дорога не ведёт к счастливому концу. И это ещё не самое трудное. Самое трудное то, что, когда повинуешься своему сердцу, привычная жизнь остаётся в прошлом. И после этого шага обратной дороги нет.

    Люди забывают сказать, что порой повиноваться своему сердцу очень непросто. Что по воле сердца можно оказаться там, куда не следовало бы заходить: там, где бывает очень страшно, но, в то же время, очень интересно, опасно, но в то же время заманчиво. А иногда по воле сердца можно оказаться там, откуда ни одна дорога не ведёт к счастливому концу. И это ещё не самое трудное. Самое трудное то, что, когда повинуешься своему сердцу, привычная жизнь остаётся в прошлом. И после этого шага обратной дороги нет.

    — Лиз Паркер · сериал
13. «

    ... чувствам нашим тоже полезно, если мы с ними не торопимся.

    ... чувствам нашим тоже полезно, если мы с ними не торопимся.

    — Лоренс Стерн · книга
14. «

    Взгляд — это худшее, чем можно человека обидеть. За слова можно извиниться, поступки можно объяснить или исправить, а взгляд — это такое неосязаемое, неуловимое нечто, которое и объяснять бесполезно. Он сделал своё чёрное дело, мелькнул — и пропал, а чувство осталось. И даже не всегда можно потом вспомнить, отчего это чувство возникло.

    Взгляд — это худшее, чем можно человека обидеть. За слова можно извиниться, поступки можно объяснить или исправить, а взгляд — это такое неосязаемое, неуловимое нечто, которое и объяснять бесполезно. Он сделал своё чёрное дело, мелькнул — и пропал, а чувство осталось. И даже не всегда можно потом вспомнить, отчего это чувство возникло.

    — Оксана Панкеева · книга
15. «

    Какой бы ни был сильный человек, или зверь, забота нужна всем, особенно, когда этот сильный человек «ломается». Нужны теплые руки, их ласковое прикосновение, добрый взгляд, молчаливое единение и надежная защита. Склонить голову пред тем, кому ты доверяешь, не стыдно, только найти «своего человека» дано, наверное, не каждому. Мы ошибаемся, испытываем боль, а потом, застегиваясь на все пуговки внутри себя, из-за страха испытать это снова, часто упускаем что-то действительно важное. Играя роли, забываем о простых эмоциональных потребностях и пытаемся доказать самим себе, что это лишнее бремя.

    Какой бы ни был сильный человек, или зверь, забота нужна всем, особенно, когда этот сильный человек «ломается». Нужны теплые руки, их ласковое прикосновение, добрый взгляд, молчаливое единение и надежная защита. Склонить голову пред тем, кому ты доверяешь, не стыдно, только найти «своего человека» дано, наверное, не каждому. Мы ошибаемся, испытываем боль, а потом, застегиваясь на все пуговки внутри себя, из-за страха испытать это снова, часто упускаем что-то действительно важное. Играя роли, забываем о простых эмоциональных потребностях и пытаемся доказать самим себе, что это лишнее бремя.

    — Александра Макарова · книга
16. «

    К нашему отчаянию при потере тех, кого мы любим, нередко тайно примешивается любовь к самому себе и малодушие перед новыми обязанностями, налагаемыми на нас их утратой. Отчасти такое чувство законно, но только отчасти, и с ним должно бороться, хотя оно и естественно.

    К нашему отчаянию при потере тех, кого мы любим, нередко тайно примешивается любовь к самому себе и малодушие перед новыми обязанностями, налагаемыми на нас их утратой. Отчасти такое чувство законно, но только отчасти, и с ним должно бороться, хотя оно и естественно.

    — Жорж Санд · книга
17. «

    Мы хотим пережить определённые чувства ещё до того, как в самом деле их испытаем. Мы же знаем, что они есть. И традиция, и наши современники беспрестанно сообщают нам о них — совершенную, впрочем, чушь. Но мы тем не менее переживаем их, как бы по доверенности. И даже используем — так ни единожды не испытав.

    Мы хотим пережить определённые чувства ещё до того, как в самом деле их испытаем. Мы же знаем, что они есть. И традиция, и наши современники беспрестанно сообщают нам о них — совершенную, впрочем, чушь. Но мы тем не менее переживаем их, как бы по доверенности. И даже используем — так ни единожды не испытав.

    — Альбер Камю · книга
18. «

    Счастье не трогают потихоньку. Либо отдаёшь, либо получаешь. Я же отдаю, ещё ничего не получив.

    Счастье не трогают потихоньку. Либо отдаёшь, либо получаешь. Я же отдаю, ещё ничего не получив.

    — Марк Леви · книга
19. «

    Чувства — самая яркая часть нашей жизни.

    Чувства — самая яркая часть нашей жизни.

    — Оноре де Бальзак
20. «

    Всё всегда начинается хорошо. Но как редко история людей, история маленьких и больших городов имеет счастливый конец. Всё разваливается, преображается до неузнаваемости. Расползается. Распадается связь времен. Молоко скисает. По ночам в моросящем тумане провода, натянутые на высоких столбах, рассказывают страшные истории. Вода в каналах слепнет от пены.

    Всё всегда начинается хорошо. Но как редко история людей, история маленьких и больших городов имеет счастливый конец. Всё разваливается, преображается до неузнаваемости. Расползается. Распадается связь времен. Молоко скисает. По ночам в моросящем тумане провода, натянутые на высоких столбах, рассказывают страшные истории. Вода в каналах слепнет от пены.

    — Рэй Брэдбери · книга