Топ-33 цитаты: «цифры и числа»

Тема «цифры и числа» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 33 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   17. Странная цифра. Плохо расчленяется. Не очень-то симпатичная. Но это сумма сложения 8 и 9.

   17. Странная цифра. Плохо расчленяется. Не очень-то симпатичная. Но это сумма сложения 8 и 9.

   — Бернар Вербер · книга
2. «

   В жизни числа не имеют значения. Мы не на соревнованиях, но мы любимы и мы в поисках во имя этой любви. И если вам нет дела до чисел или идолов — вы получите то, чего заслуживаете; если вы ищите материальное благополучие — ваша душа никогда не найдёт то, чего вы заслуживаете.

   В жизни числа не имеют значения. Мы не на соревнованиях, но мы любимы и мы в поисках во имя этой любви. И если вам нет дела до чисел или идолов — вы получите то, чего заслуживаете; если вы ищите материальное благополучие — ваша душа никогда не найдёт то, чего вы заслуживаете.

   — Натаниэль Бузолич
3. «

   Они не были похожи на людей, которые говорят одно, а делают другое. Цифры не имели ничего общего с правилами поведения и светскими беседами. Еще в детстве Зофья поняла, что они никогда не лгут.

   Они не были похожи на людей, которые говорят одно, а делают другое. Цифры не имели ничего общего с правилами поведения и светскими беседами. Еще в детстве Зофья поняла, что они никогда не лгут.

   — Рошани Чокши · книга
4. «

   Раньше цифрами обозначались только большие начальники – Вильгельм I, Фридрих II, Эдуард IV. А теперь у всех номера есть. Идентификационные... Каждый человек – это теперь набор цифр. Если надо тебе узнать что-то о человеке, нет нужды с ним знакомиться. Достаточно просто посмотреть, какими цифрами он обозначен. И президент, и нищий, и профессор, и рабочий – это уже не люди, это набор цифр. Даже покойник! Никуда от них не уйти. Номер страховки, номер водительских прав, номер какого-нибудь удостоверения, диплома, свидетельства, учетной карточки. Мы превратились в цифры. Ни души, ни чувств, ни мысли – только набор цифр. Цифры командуют цифрами. А что эти цифры собой представляют? Никому не ведомо. Почему одна цифра командует другой? Неизвестно.

   Раньше цифрами обозначались только большие начальники – Вильгельм I, Фридрих II, Эдуард IV. А теперь у всех номера есть. Идентификационные... Каждый человек – это теперь набор цифр. Если надо тебе узнать что-то о человеке, нет нужды с ним знакомиться. Достаточно просто посмотреть, какими цифрами он обозначен. И президент, и нищий, и профессор, и рабочий – это уже не люди, это набор цифр. Даже покойник! Никуда от них не уйти. Номер страховки, номер водительских прав, номер какого-нибудь удостоверения, диплома, свидетельства, учетной карточки. Мы превратились в цифры. Ни души, ни чувств, ни мысли – только набор цифр. Цифры командуют цифрами. А что эти цифры собой представляют? Никому не ведомо. Почему одна цифра командует другой? Неизвестно.

   — Анхель де Куатье · книга
5. «

   Число «13» несчастливое. Поэтому, если вам дали тринадцатую каюту на теплоходе или тринадцатое место в вагоне, ведите себя так, чтобы о вас потом все вспоминали с содроганием.

   Число «13» несчастливое. Поэтому, если вам дали тринадцатую каюту на теплоходе или тринадцатое место в вагоне, ведите себя так, чтобы о вас потом все вспоминали с содроганием.

   — Козьма Прутков
6. «

   — Кто-нибудь знает, что это за цифры? [на доске 1483955] — Столько слов в Книге Бытия? — У тебя столько кошек? Пончики? — Это риторический вопрос. В такую сумму вы обошлись городу. Проработав вместе три дня.

   — Кто-нибудь знает, что это за цифры? [на доске 1483955] — Столько слов в Книге Бытия? — У тебя столько кошек? Пончики? — Это риторический вопрос. В такую сумму вы обошлись городу. Проработав вместе три дня.

   — Мартин Риггз · сериал
7. «

   — Число, которое делится только на единицу и на самого себя, называют простым числом. Это очень гордое и одинокое число. — Оно похоже на тебя. Но думаю, оно не одиноко. Есть еще единица. Если в целом мире будет хоть один человек, который тебя понимает, то все хорошо.

   — Число, которое делится только на единицу и на самого себя, называют простым числом. Это очень гордое и одинокое число. — Оно похоже на тебя. Но думаю, оно не одиноко. Есть еще единица. Если в целом мире будет хоть один человек, который тебя понимает, то все хорошо.
8. «

   Меня делает по-настоящему счастливой только математика, снег, лед, числа. Для меня система исчисления подобна человеческой жизни. Сначала у тебя есть простые числа, целые и положительные. Как числа понятные маленькому ребенку. Но процесс познания расширяется и ребенок открывает для себя сильные желания. Знаешь математический эквивалент желания? Отрицательные числа. Формализация ощущения, что тебе чего-то недостает. Затем ребенок открывает для себя промежутки: между камнями, между людьми, между числами. И так появляются дроби. Но это похоже на безумие потому что на этом все не останавливается, никогда не останавливается. И есть числа, которые мы не можем даже начать понимать. Математика — это огромный, безграничный пейзаж: ты идешь к горизонту, который всегда отступает. Как Гренландия.

   Меня делает по-настоящему счастливой только математика, снег, лед, числа. Для меня система исчисления подобна человеческой жизни. Сначала у тебя есть простые числа, целые и положительные. Как числа понятные маленькому ребенку. Но процесс познания расширяется и ребенок открывает для себя сильные желания. Знаешь математический эквивалент желания? Отрицательные числа. Формализация ощущения, что тебе чего-то недостает. Затем ребенок открывает для себя промежутки: между камнями, между людьми, между числами. И так появляются дроби. Но это похоже на безумие потому что на этом все не останавливается, никогда не останавливается. И есть числа, которые мы не можем даже начать понимать. Математика — это огромный, безграничный пейзаж: ты идешь к горизонту, который всегда отступает. Как Гренландия.

   — Смилла Джасперсен · фильм
9. «

   — Стоит мне надеть новую шляпку и все цифры вылетают у меня из головы. — Да какие там цифры, когда у вас такая шляпка!

   — Стоит мне надеть новую шляпку и все цифры вылетают у меня из головы. — Да какие там цифры, когда у вас такая шляпка!

   — Скарлетт О'Хара · фильм
10. «

    — Два… и еще один… — А два и еще один будет?.. Детрит запаниковал. В дело пошла высшая математика.

    — Два… и еще один… — А два и еще один будет?.. Детрит запаниковал. В дело пошла высшая математика.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    I'm just a number to you, just ones and twos.

    I'm just a number to you, just ones and twos.
12. «

    — Почему ты работаешь в банке? Я никак не пойму. — Что тут понимать? Дважды два — всегда четыре. Не важно, хорош ты или плох, урод или красавец. Не важно, насколько плохи дела. На цифры можно положиться. Они как сигареты — всегда к моим услугам.

    — Почему ты работаешь в банке? Я никак не пойму. — Что тут понимать? Дважды два — всегда четыре. Не важно, хорош ты или плох, урод или красавец. Не важно, насколько плохи дела. На цифры можно положиться. Они как сигареты — всегда к моим услугам.

    — Шон · фильм
13. «

    12:45. Подтверждаю свои предположения. Первое: математика — язык природы. Второе: всё, что нас окружает можно представить и понять с помощью чисел. Третье: если числа любой системы поставить в график, возникает система.

    12:45. Подтверждаю свои предположения. Первое: математика — язык природы. Второе: всё, что нас окружает можно представить и понять с помощью чисел. Третье: если числа любой системы поставить в график, возникает система.

    — Пи (Pi) · фильм
14. «

    Говорят, что числа правят миром. Нет, они только показывают, как правят миром.

    Говорят, что числа правят миром. Нет, они только показывают, как правят миром.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте
15. «

    — Не знаю, как можно сидеть целый день и разглядывать цифры. — Да, если смотреть на них, как на простые цифры, то они правда выглядят сухо. Но за ними стоят люди. Они отражают мир, в котором они живут, в чем нуждаются, и чем живет их сообщество. Удивительно, сколько можно узнать из цифр. Это единственное в жизни, что имеет смысл. Как говорил Пифагор, «цифры правят миром».

    — Не знаю, как можно сидеть целый день и разглядывать цифры. — Да, если смотреть на них, как на простые цифры, то они правда выглядят сухо. Но за ними стоят люди. Они отражают мир, в котором они живут, в чем нуждаются, и чем живет их сообщество. Удивительно, сколько можно узнать из цифр. Это единственное в жизни, что имеет смысл. Как говорил Пифагор, «цифры правят миром».

    — Бобби Кейн · фильм
16. «

    Я всегда думал, что мой брат изначально был силен в борьбе с трудностями, но сейчас его цифры просто зашкаливают. Нет, цифры нормальные, но нормальные не могут быть нормальными, когда они ненормальны, — Лахан начал говорить что-то невнятное.

    Я всегда думал, что мой брат изначально был силен в борьбе с трудностями, но сейчас его цифры просто зашкаливают. Нет, цифры нормальные, но нормальные не могут быть нормальными, когда они ненормальны, — Лахан начал говорить что-то невнятное.

    — Нацу Хюга · книга
17. «

    Для Пифагора и его последователей главной интригой математики виделись разнообразные численные закономерности. Пифагорейцы представляли себе числа как камешки или точки, выложенные в определённый геометрический узор. Они обнаружили, что некоторые числа можно сложить, разместив камешки на равном расстоянии в два столбика по два, в три по три и т.д. — так, чтобы получался квадрат. Пифагорейцы называли любое количество камешков, которые можно выложить таким способом, «квадратным числом», поэтому и мы зовём их до сих пор квадратами: 4, 9, 16 и т.д. Другие числа, как выяснили пифагорейцы, можно выложить так, чтобы получались треугольники: 3, 6, 10 и т.д.

    Для Пифагора и его последователей главной интригой математики виделись разнообразные численные закономерности. Пифагорейцы представляли себе числа как камешки или точки, выложенные в определённый геометрический узор. Они обнаружили, что некоторые числа можно сложить, разместив камешки на равном расстоянии в два столбика по два, в три по три и т.д. — так, чтобы получался квадрат. Пифагорейцы называли любое количество камешков, которые можно выложить таким способом, «квадратным числом», поэтому и мы зовём их до сих пор квадратами: 4, 9, 16 и т.д. Другие числа, как выяснили пифагорейцы, можно выложить так, чтобы получались треугольники: 3, 6, 10 и т.д.

    — Леонард Млодинов · книга
18. «

    Вероятность — это страх, выраженный в числах, помогающий неуверенным в себе людям прятаться за ничего не значимыми числами.

    Вероятность — это страх, выраженный в числах, помогающий неуверенным в себе людям прятаться за ничего не значимыми числами.

    — Даглос Хенсон · сериал
19. «

    Я верю в нечет и всегда ставлю на нечетные числа — говорят, счастье их любит.

    Я верю в нечет и всегда ставлю на нечетные числа — говорят, счастье их любит.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

    Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

    — Бернард Корнуэлл · книга