101 фраза, которые всё говорят о «цинизм»

Тема «цинизм» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 101 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Цинизм засасывает тебя, как болото. Есть иные способы сомневаться во всём, не впадая во мрак.

   Цинизм засасывает тебя, как болото. Есть иные способы сомневаться во всём, не впадая во мрак.

   — Чайна Мьевиль · книга
2. «

   В нашем бедном обществе фраза: он погубил столько-то репутаций — значит почти: он выиграл столько-то сражений.

   В нашем бедном обществе фраза: он погубил столько-то репутаций — значит почти: он выиграл столько-то сражений.

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
3. «

   Для меня работающие в зоне люди — пятижильные страдальцы, обречённые на ранний цинизм, толстокожесть. Иначе как выстоять здесь за колючей проволокой ограждения?

   Для меня работающие в зоне люди — пятижильные страдальцы, обречённые на ранний цинизм, толстокожесть. Иначе как выстоять здесь за колючей проволокой ограждения?

   — Наталия Сухинина · книга
4. «

   — Ты цинична. — Я защищаюсь.

   — Ты цинична. — Я защищаюсь.

   — Анна Гавальда · книга
5. «

   Каждый сексуальный опыт регистрируется и сохраняется, оставляя отпечатки в нашем теле и сознании-хранилище, и чем более легкомысленны или несчастны наши сексуальные отношения, тем циничнее мы становимся и тем меньше верим в истинную любовь. Если человек не верит в существование истинной любви, он никогда не сможет быть счастлив.

   Каждый сексуальный опыт регистрируется и сохраняется, оставляя отпечатки в нашем теле и сознании-хранилище, и чем более легкомысленны или несчастны наши сексуальные отношения, тем циничнее мы становимся и тем меньше верим в истинную любовь. Если человек не верит в существование истинной любви, он никогда не сможет быть счастлив.

   — Данг Нгием · книга
6. «

   Недавно ко мне пришла идея нового шоу. Оно называется «игры стариков». На сцену выходят три старика с заряженными пистолетами, они вспоминают свою жизнь: кем они были, чего добились, насколько приблизились к исполнению своих желаний. Победителем становится тот, кто не пустит пулю себе в лоб. Он получит холодильник.

   Недавно ко мне пришла идея нового шоу. Оно называется «игры стариков». На сцену выходят три старика с заряженными пистолетами, они вспоминают свою жизнь: кем они были, чего добились, насколько приблизились к исполнению своих желаний. Победителем становится тот, кто не пустит пулю себе в лоб. Он получит холодильник.

   — Признания опасного человека (Confessions of a dangerous mind) · фильм
7. «

   Да как можно заниматься нашим делом иначе, чем с благочестивым цинизмом, если хочешь сберечь свою душу?

   Да как можно заниматься нашим делом иначе, чем с благочестивым цинизмом, если хочешь сберечь свою душу?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Цинизм — штука скучная и отсталая, это не кул. Солидарность — то, что питает человеческое в человеке.

   Цинизм — штука скучная и отсталая, это не кул. Солидарность — то, что питает человеческое в человеке.

   — Надежда Толоконникова
9. «

   Цинизм — удобный щит, Сашка. От него трудно отказаться, но видимо у каждого наступает такое время, когда он понимает, что нельзя оставаться небокоптителем.

   Цинизм — удобный щит, Сашка. От него трудно отказаться, но видимо у каждого наступает такое время, когда он понимает, что нельзя оставаться небокоптителем.

   — Василий Аксенов · книга
10. «

    Потому что плевать я хотел, что там говорят люди и как часто и как уверенно они это повторяют: никто, никто и никогда не убедит меня в том, что жизнь — это главный приз, величайший дар. Потому что вот вам правда: жизнь — это катастрофа. Сама суть нашего существования, когда мы мечемся туда-сюда, пытаясь себя прокормить, обрести друзей и сделать что-то там еще по списку — есть катастрофа. Забудьте вы все эти глупости в духе «Нашего городка», которые только и слышишь отовсюду: про то, какое это чудо — новорожденный младенчик, про то, сколько радости сокрыто в одном-единственном цветке, про то, как неисповедимы пути, и т.д и т.п. Как по мне — и я упорно буду твердить это, пока не умру, пока не рухну в грязь своей неблагодарной нигилистичной рожей, пока не ослабею настолько, что не смогу и ни слова выговорить: уж лучше не рождаться вовсе, чем появиться на свет в этой сточной канаве. В этой выгребной яме больничных кроватей, гробов и разбитых сердец. Ни выйти на свободу, ни подать апелляцию, ни ''начать все заново'', как любила говаривать Ксандра, путь вперед только один — к старости и утратам, и только один выход — смерть.

    Потому что плевать я хотел, что там говорят люди и как часто и как уверенно они это повторяют: никто, никто и никогда не убедит меня в том, что жизнь — это главный приз, величайший дар. Потому что вот вам правда: жизнь — это катастрофа. Сама суть нашего существования, когда мы мечемся туда-сюда, пытаясь себя прокормить, обрести друзей и сделать что-то там еще по списку — есть катастрофа. Забудьте вы все эти глупости в духе «Нашего городка», которые только и слышишь отовсюду: про то, какое это чудо — новорожденный младенчик, про то, сколько радости сокрыто в одном-единственном цветке, про то, как неисповедимы пути, и т.д и т.п. Как по мне — и я упорно буду твердить это, пока не умру, пока не рухну в грязь своей неблагодарной нигилистичной рожей, пока не ослабею настолько, что не смогу и ни слова выговорить: уж лучше не рождаться вовсе, чем появиться на свет в этой сточной канаве. В этой выгребной яме больничных кроватей, гробов и разбитых сердец. Ни выйти на свободу, ни подать апелляцию, ни ''начать все заново'', как любила говаривать Ксандра, путь вперед только один — к старости и утратам, и только один выход — смерть.

    — Донна Тартт · книга
11. «

    То, что происходит со мной сегодня, романтики назвали бы мелодрамой, а циники – трагедией.

    То, что происходит со мной сегодня, романтики назвали бы мелодрамой, а циники – трагедией.

    — Николас Спаркс · книга
12. «

    Я люблю сарказм. Я даже люблю легкий цинизм, и думаю, что цинизм может быть остроумен. Но так сложно понять, когда остроумие конструктивно, а когда — нет.

    Я люблю сарказм. Я даже люблю легкий цинизм, и думаю, что цинизм может быть остроумен. Но так сложно понять, когда остроумие конструктивно, а когда — нет.

    — Мэттью МакКонахи
13. «

    Романтическая радуга над рефлексами желез, над пищеварительным урчанием. Органы высшего экстаза заодно организованы для выделения...

    Романтическая радуга над рефлексами желез, над пищеварительным урчанием. Органы высшего экстаза заодно организованы для выделения...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    [Когда судья вынес приговор]:

    [Когда судья вынес приговор]:

    — Ричард Рамирез
15. «

    — Валечка, тебе без меня намного проще будет. Со мной у тебя столько проблем!... Я пиво пью. Курю ещё. Со мной хоть изредка, но надо спать, — он усмехнулся, — а тебе, бедной, от всего этого плохо, противно, так ведь?

    — Валечка, тебе без меня намного проще будет. Со мной у тебя столько проблем!... Я пиво пью. Курю ещё. Со мной хоть изредка, но надо спать, — он усмехнулся, — а тебе, бедной, от всего этого плохо, противно, так ведь?

    — Татьяна Устинова · книга
16. «

    Циником женщину сделал мужчина.

    Циником женщину сделал мужчина.
17. «

    Парти — это замаскированный социальный ринг, микроколизей, куда люди приходят как бы отдохнуть и расслабиться, на деле же каждый прячет под одеждой гладиаторское снаряжение. Всякий приносит с собой свои мутные расчеты и весь вечер танцует под их дудку, а вовсе не под «другой барабан», как старательно объясняет в разговоре. И вот, после тысячи как бы случайных движений, в причудливо освещенном аквариуме, эти пестрые гады оказываются сплетены друг с другом строго надлежащим для взаимного поедания и осеменения образом. То, что выглядит для наивного наблюдателя увеселением, является на деле ни на миг не прекращающейся борьбой за существование, смешанной с социальным ритуалом.

    Парти — это замаскированный социальный ринг, микроколизей, куда люди приходят как бы отдохнуть и расслабиться, на деле же каждый прячет под одеждой гладиаторское снаряжение. Всякий приносит с собой свои мутные расчеты и весь вечер танцует под их дудку, а вовсе не под «другой барабан», как старательно объясняет в разговоре. И вот, после тысячи как бы случайных движений, в причудливо освещенном аквариуме, эти пестрые гады оказываются сплетены друг с другом строго надлежащим для взаимного поедания и осеменения образом. То, что выглядит для наивного наблюдателя увеселением, является на деле ни на миг не прекращающейся борьбой за существование, смешанной с социальным ритуалом.

    — Виктор Пелевин · книга
18. «

    Цинизм — это плащ, рекламирующий наше безразличие и скрывающий наши человеческие чувства.

    Цинизм — это плащ, рекламирующий наше безразличие и скрывающий наши человеческие чувства.

    — Майлз Мэсси · фильм
19. «

    Это еще вопрос – кто называет меня циником? Конечно, сами циники. Они хотят, чтобы их было как можно больше.

    Это еще вопрос – кто называет меня циником? Конечно, сами циники. Они хотят, чтобы их было как можно больше.

    — Станислав Ежи Лец · книга
20. «

    — Разве цинизм — не мой конек? — Немножко поделиться никому не повредит. — Знаешь, что Оскар Уайльд сказал о циниках? — Они знают цену всему, но ничего не ценят. — Глупо было спрашивать. А как насчет атомного веса молибдена? — Понятия не имею. — Благодарю тебя, боже, за маленькие милости.

    — Разве цинизм — не мой конек? — Немножко поделиться никому не повредит. — Знаешь, что Оскар Уайльд сказал о циниках? — Они знают цену всему, но ничего не ценят. — Глупо было спрашивать. А как насчет атомного веса молибдена? — Понятия не имею. — Благодарю тебя, боже, за маленькие милости.

    — Джонатан Келлерман · книга