218 цитат «демократия»: от классиков до современников

Собрали 218 цитат на тему «демократия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Всякий раз когда речь идет о демократии и о выборах, все говорят о публичной части и забывают неявное. А неявная часть может быть сформулирована замечательным выражением: при прочих равных условиях. Т.е. у нас есть кандидаты, которые между собой борются, но при этом они все говорят: модель у нас одна и та же. Если вдруг неожиданно выясняется, что меняется модель, потому что старая больше не работает, начинается катастрофа. Все проблемы сегодняшней политической жизни в мире связаны с тем, что экономическая модель, которая была долго, больше не работает. Но не существует демократического способа смены базовой модели, парадигмы. Просто потому, что люди не знают, не понимают. Когда есть новая модель, то понимают может два человека, может пять человек. Всего. И поэтому когда дело доходит до такого масштаба изменений, вся демократия летит в тар-тарары. <....> Если вы посмотрите на либеральные форумы последних лет, то вы увидите, что они уходят от базового вопроса. Они по распределению обязанностей в нашей стране отвечают за экономический рост. А экономического роста нет. 6 лет. Нарисовать можно что угодно. Но роста нет. И им бы это надо обсуждать. Нобелевскую премию не присуждают за исследование экономического кризиса, потому что в рамках той экономической науки, которая существует, этого кризиса существовать не может. Так и у нас либералы не могут сказать, что 6 лет спад. Хотя это все знают. И вся проблема в том, что до тех пор, пока базовая модель работает, можно придумать много моделей демократии. Но когда речь идет о глобальной смене парадигмы, то в этом случае демократия не работает точно. И тут должен прийти герой. Который своей волей и своей энергией, пользуясь поддержкой масс, которых больше не устраивает старая модель, эту старую модель сносит.

   Всякий раз когда речь идет о демократии и о выборах, все говорят о публичной части и забывают неявное. А неявная часть может быть сформулирована замечательным выражением: при прочих равных условиях. Т.е. у нас есть кандидаты, которые между собой борются, но при этом они все говорят: модель у нас одна и та же. Если вдруг неожиданно выясняется, что меняется модель, потому что старая больше не работает, начинается катастрофа. Все проблемы сегодняшней политической жизни в мире связаны с тем, что экономическая модель, которая была долго, больше не работает. Но не существует демократического способа смены базовой модели, парадигмы. Просто потому, что люди не знают, не понимают. Когда есть новая модель, то понимают может два человека, может пять человек. Всего. И поэтому когда дело доходит до такого масштаба изменений, вся демократия летит в тар-тарары. <....> Если вы посмотрите на либеральные форумы последних лет, то вы увидите, что они уходят от базового вопроса. Они по распределению обязанностей в нашей стране отвечают за экономический рост. А экономического роста нет. 6 лет. Нарисовать можно что угодно. Но роста нет. И им бы это надо обсуждать. Нобелевскую премию не присуждают за исследование экономического кризиса, потому что в рамках той экономической науки, которая существует, этого кризиса существовать не может. Так и у нас либералы не могут сказать, что 6 лет спад. Хотя это все знают. И вся проблема в том, что до тех пор, пока базовая модель работает, можно придумать много моделей демократии. Но когда речь идет о глобальной смене парадигмы, то в этом случае демократия не работает точно. И тут должен прийти герой. Который своей волей и своей энергией, пользуясь поддержкой масс, которых больше не устраивает старая модель, эту старую модель сносит.

   — Михаил Хазин
2. «

   Демократия — это кошмар! Постоянный треп и выслушивание каждого дебильного мнения. И голос каждого считается, даже если это голос калеки, негра или — не дай бог — женщины!

   Демократия — это кошмар! Постоянный треп и выслушивание каждого дебильного мнения. И голос каждого считается, даже если это голос калеки, негра или — не дай бог — женщины!

   — Хаффаз Алладин · фильм
3. «

   — Я вижу, демократия прошла мимо Локотков! — Лёва, не усугубляй!

   — Я вижу, демократия прошла мимо Локотков! — Лёва, не усугубляй!

   — Лёва Болотов · фильм
4. «

   Премьером стал Примаков, человек вполне понятный: мидак, гэбэшник, профи-интриган. В экономике ничего не понимает, демократия для него — просто слово, которое принято употреблять для обозначения… Уж точно не для обозначения разумного устройства общества. Может, вражеской идеологии?

   Премьером стал Примаков, человек вполне понятный: мидак, гэбэшник, профи-интриган. В экономике ничего не понимает, демократия для него — просто слово, которое принято употреблять для обозначения… Уж точно не для обозначения разумного устройства общества. Может, вражеской идеологии?

   — Елена Котова · книга
5. «

   Интересное это явление — чувство разочарования. Оно способно побуждать в разочарованном худшее, что в нем есть. Разочарованные младенцы склонны бросать еду куда попало и устраивать пачкотню. Разочарованные граждане склонны казнить королей и королев и устраивать демократию.

   Интересное это явление — чувство разочарования. Оно способно побуждать в разочарованном худшее, что в нем есть. Разочарованные младенцы склонны бросать еду куда попало и устраивать пачкотню. Разочарованные граждане склонны казнить королей и королев и устраивать демократию.

   — Лемони Сникет · книга
6. «

   Только здесь, в эмиграции, мы кое-как познали всю глубину политического невежества, свирепствующего на вершинах демократической власти: никто ничего не знает. И не может знать.

   Только здесь, в эмиграции, мы кое-как познали всю глубину политического невежества, свирепствующего на вершинах демократической власти: никто ничего не знает. И не может знать.

   — Иван Лукьянович Солоневич · книга
7. «

   Тупее курицы может быть только нью-йоркский демократ.

   Тупее курицы может быть только нью-йоркский демократ.

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   (ответ Игорию Минтусову) То забавное определение демократии, которое вы дали, посмотрев в безумных энциклопедических словарях, в нем, как всегда, нет сути. Потому что когда вы начнете внимательно смотреть на термин что такое демократия, вы поймете, что давным-давно это слово не значит ничего. <...>Я давно за то, чтобы конституция была написана профессиональными умными людьми, любящими свою родину, а не теми, которые в какой-то момент времени, в 1993 году, вдруг решили, что им доверено. Вот поправки были хороши. Я давно считаю, что в нашей конституции должно звучать слово не демократия, а народовластие. Народ выбирает президента. И народ доверяет президенту. А не той узкой когорте, которую вы, И. М., пытаетесь защитить. И это называется власть народа. Потому что если бы никто не избирал президента, а его избирают напрямую, поэтому именно президент наделен всей полнотой власти. И президент каждый раз, выходя на выборы, получает подтверждение своего мандата. И это называется народовластие. А то, что вы, И. М., пытаетесь предложить, это хитрая система элитарных договоренностей. А главное, что в своем определении демократии вы уходите от главного вопроса: демократия — это цель или средство? А если вы не ответите на этот вопрос, вы никогда не придете к истине. И будете волочиться в обозе западной политической мысли.

   (ответ Игорию Минтусову) То забавное определение демократии, которое вы дали, посмотрев в безумных энциклопедических словарях, в нем, как всегда, нет сути. Потому что когда вы начнете внимательно смотреть на термин что такое демократия, вы поймете, что давным-давно это слово не значит ничего. <...>Я давно за то, чтобы конституция была написана профессиональными умными людьми, любящими свою родину, а не теми, которые в какой-то момент времени, в 1993 году, вдруг решили, что им доверено. Вот поправки были хороши. Я давно считаю, что в нашей конституции должно звучать слово не демократия, а народовластие. Народ выбирает президента. И народ доверяет президенту. А не той узкой когорте, которую вы, И. М., пытаетесь защитить. И это называется власть народа. Потому что если бы никто не избирал президента, а его избирают напрямую, поэтому именно президент наделен всей полнотой власти. И президент каждый раз, выходя на выборы, получает подтверждение своего мандата. И это называется народовластие. А то, что вы, И. М., пытаетесь предложить, это хитрая система элитарных договоренностей. А главное, что в своем определении демократии вы уходите от главного вопроса: демократия — это цель или средство? А если вы не ответите на этот вопрос, вы никогда не придете к истине. И будете волочиться в обозе западной политической мысли.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
9. «

   Демократия — это всегда баланс между свободой и безопасностью.

   Демократия — это всегда баланс между свободой и безопасностью.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
10. «

    Американская политическая система, возможно, настолько сильно повреждена, что даже самый ошеломительный кризис уже не подтолкнет к попытке починить её.

    Американская политическая система, возможно, настолько сильно повреждена, что даже самый ошеломительный кризис уже не подтолкнет к попытке починить её.

    — Харлан Уллман
11. «

    Демократические выборы являются лишь условно целесообразным средством для безусловно верной цели (отбор лучших). Если такая цель и такое средство сталкиваются, то условное средство должно уступить безусловной цели. Требование, чтобы правили лучшие, относится к самому естеству, к самой идее государства; строй, при котором у власти водворятся худшие, будет жизненно обречён и рухнет рано или поздно, с большим или меньшим позором.

    Демократические выборы являются лишь условно целесообразным средством для безусловно верной цели (отбор лучших). Если такая цель и такое средство сталкиваются, то условное средство должно уступить безусловной цели. Требование, чтобы правили лучшие, относится к самому естеству, к самой идее государства; строй, при котором у власти водворятся худшие, будет жизненно обречён и рухнет рано или поздно, с большим или меньшим позором.

    — Иван Александрович Ильин · книга
12. «

    Кому, как не вам, известно, что в Республике с подозрением относятся к талантливым людям. Там человек достигает высокого положения только потому, что его посредственность не представляет угрозы для коллег. Поэтому демократическим государством управляют не самые достойные, но те, чья ничтожность не вызывает опасений остальных. Вы знаете, какие язвы разъедают сердце демократии? Он посмотрел на Макиавелли, ожидая ответа, но флорентиец промолчал. — Зависть и страх. Чиновники завидуют друг другу. Готовы на все, лишь бы не дать талантливому человеку прославиться, даже помешать ему принять необходимые меры для безопасности и процветания государства. И каждый боится, потому что знает: найдутся другие, которые не остановятся ни перед ложью, ни перед подлогом, чтобы занять его место. И что из этого следует? В результате больше всего на свете они боятся ошибиться. А, как известно, не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Говорят, ворон ворону глаз не выклюет. Думаю, тот, кто придумал эту поговорку, никогда не жил в демократическом государстве.

    Кому, как не вам, известно, что в Республике с подозрением относятся к талантливым людям. Там человек достигает высокого положения только потому, что его посредственность не представляет угрозы для коллег. Поэтому демократическим государством управляют не самые достойные, но те, чья ничтожность не вызывает опасений остальных. Вы знаете, какие язвы разъедают сердце демократии? Он посмотрел на Макиавелли, ожидая ответа, но флорентиец промолчал. — Зависть и страх. Чиновники завидуют друг другу. Готовы на все, лишь бы не дать талантливому человеку прославиться, даже помешать ему принять необходимые меры для безопасности и процветания государства. И каждый боится, потому что знает: найдутся другие, которые не остановятся ни перед ложью, ни перед подлогом, чтобы занять его место. И что из этого следует? В результате больше всего на свете они боятся ошибиться. А, как известно, не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Говорят, ворон ворону глаз не выклюет. Думаю, тот, кто придумал эту поговорку, никогда не жил в демократическом государстве.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
13. «

    Демократия — это древняя форма политического правления, неразрывно связанная с рабовладением и уравнивающая в правах мудреца и идиота, бездельника и мастера, опытного старца и сопливого юнца. Ну и что хорошего в такой уравниловке?

    Демократия — это древняя форма политического правления, неразрывно связанная с рабовладением и уравнивающая в правах мудреца и идиота, бездельника и мастера, опытного старца и сопливого юнца. Ну и что хорошего в такой уравниловке?

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Не думайте, что получите то, что хотите, если победите под флагами демократии. Сегодня происходит не борьба идеологий, а борьба различных «капитализмов».

    Не думайте, что получите то, что хотите, если победите под флагами демократии. Сегодня происходит не борьба идеологий, а борьба различных «капитализмов».

    — Славой Жижек
15. «

    О какой демократии вы говорите, если 65% территории России — вечная мерзлота?!

    О какой демократии вы говорите, если 65% территории России — вечная мерзлота?!

    — Владимир Вольфович Жириновский
16. «

    Демократия — это горловина системы, в которой самая большая собака пожирает остальных.

    Демократия — это горловина системы, в которой самая большая собака пожирает остальных.

    — Муаммар аль-Каддафи
17. «

    В строгом понимании, настоящая демократия не существовала, и никогда не будет существовать. Tакого не бывает, чтобы большинство управляло меньшинством.

    В строгом понимании, настоящая демократия не существовала, и никогда не будет существовать. Tакого не бывает, чтобы большинство управляло меньшинством.

    — Жан-Жак Руссо
18. «

    Ключ к возрождению и подъему России находится сегодня в государственно-политической сфере. Россия нуждается в сильной государственной власти и должна иметь ее. Это не призыв к тоталитарной системе. История убедительно свидетельствует, что все диктатуры, авторитарные системы правления преходящи. Непреходящими оказываются только демократические системы. При всех их недостатках ничего лучшего человечество не придумало. Сильная государственная власть в России — это демократическое, правовое, дееспособное федеративное государство.

    Ключ к возрождению и подъему России находится сегодня в государственно-политической сфере. Россия нуждается в сильной государственной власти и должна иметь ее. Это не призыв к тоталитарной системе. История убедительно свидетельствует, что все диктатуры, авторитарные системы правления преходящи. Непреходящими оказываются только демократические системы. При всех их недостатках ничего лучшего человечество не придумало. Сильная государственная власть в России — это демократическое, правовое, дееспособное федеративное государство.

    — Владимир Владимирович Путин
19. «

    Кремлевские мастера поняли, что словом «демократия» можно и нужно называть все — от работорговли до насильственного оскопления оппонентов и ядерных ударов. Главное, делать это уверенно, официально и не перегибать с пафосностью и дурацкими улыбками... Демократия всегда прогрессивна, ибо не только дает право добить слабого, но и превращает это добивание в политический обычай, в непременную норму и очаровательное шоу.

    Кремлевские мастера поняли, что словом «демократия» можно и нужно называть все — от работорговли до насильственного оскопления оппонентов и ядерных ударов. Главное, делать это уверенно, официально и не перегибать с пафосностью и дурацкими улыбками... Демократия всегда прогрессивна, ибо не только дает право добить слабого, но и превращает это добивание в политический обычай, в непременную норму и очаровательное шоу.

    — Александр Невзоров · книга
20. «

    Демократия — замена путем выборов некомпетентным большинством для назначения нескольких коррумпированных.

    Демократия — замена путем выборов некомпетентным большинством для назначения нескольких коррумпированных.

    — Джордж Бернард Шоу