316 сильных цитат: «депрессия»

Тема «депрессия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 316 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я летал в облаках, Но руками я чувствовал землю: Полужив, полумёртв.

   Я летал в облаках, Но руками я чувствовал землю: Полужив, полумёртв.
2. «

   Ну здравствуй, люд, я депремальчик, Всегда сижу в уныньи я. Я злой и не послушный «зайчик», Прошу, не трогайте меня.

   Ну здравствуй, люд, я депремальчик, Всегда сижу в уныньи я. Я злой и не послушный «зайчик», Прошу, не трогайте меня.
3. «

   Хюмейра полагала, что есть нечто общее между ожирением и склонностью к меланхолии. В обоих случаях общество обвиняет самого больного. Ни к одной другой болезни так не относятся. Люди с другими недугами по крайней мере получают хоть толику сочувствия и моральной поддержки. Но только не полные и не те, кто подвержен депрессии. Можно попридержать свой аппетит… Можно контролировать свои мысли… Но Хюмейра знала: ни вес, ни привычное отчаяние от неё не зависят.

   Хюмейра полагала, что есть нечто общее между ожирением и склонностью к меланхолии. В обоих случаях общество обвиняет самого больного. Ни к одной другой болезни так не относятся. Люди с другими недугами по крайней мере получают хоть толику сочувствия и моральной поддержки. Но только не полные и не те, кто подвержен депрессии. Можно попридержать свой аппетит… Можно контролировать свои мысли… Но Хюмейра знала: ни вес, ни привычное отчаяние от неё не зависят.

   — Элиф Шафак · книга
4. «

   Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода. Чтобы потом взять и обрезать. Жизнь.

   Гляжу в зеркало, вспоминаю сколько времени в жизни потратила, занимаясь своей внешностью, а счастья мне это все равно не принесло. Шикарные длинные волосы отрастила и тысячи истратила на средства для ухода. Чтобы потом взять и обрезать. Жизнь.

   — Марина Матисс · книга
5. «

   День кажется длинным и хочется плакать, А в душу залезла зима - Образовалась слякоть... Телефон молчит, никому я не нужна, Приготовлю одиночество на ужин.

   День кажется длинным и хочется плакать, А в душу залезла зима - Образовалась слякоть... Телефон молчит, никому я не нужна, Приготовлю одиночество на ужин.
6. «

   Когда читаешь Шопенгауэра и Ницше в ноябре, пьешь вино и слушаешь Коэна, начинаешь ощущать, что для полноты (не) счастья не хватает только бритвы, которой можно чиркнуть себя...

   Когда читаешь Шопенгауэра и Ницше в ноябре, пьешь вино и слушаешь Коэна, начинаешь ощущать, что для полноты (не) счастья не хватает только бритвы, которой можно чиркнуть себя...

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   — У меня депресняк. — Да? — Всё началось, когда я билась над вступлением книги. И потом, как всё завертелось, и во-о-о-о-т, мой парень уже говорит, что пора пить антидепрессанты. — Так ты будешь? — Какой смысл? — В антидепрессантах? Их смысл в том, чтобы лечить депрессию. — Да… чтобы продолжать войну с пустотой. Пинаешь её — а там очередное ничто, потом смотришь в другую сторону, а там тоже пусто, пустое место. Так всю жизнь и копаешься в этой бессмысленности, в пустоте, потому что думаешь, что под ней тебя ждёт смысл, должно же быть что-то, но там очередное ничто. — Точняк! Но если копнуть под этой коробкой, найдёшь диван. — Мы рано или поздно расстанемся, как только он устанет от меня настоящей. — А настоящая ты… — Та-дам! — Ты знаешь, я тут сильно взбесил одного человека… — Взбесил? Кто? Ты?! — Ну да, странно… И он сказал: «БоДжек, ты всё разрушаешь, в этом весь ты!». — Ох... — И только когда он мне это высказал, я осознал, как тупо это звучит, хотя я так долго в это верил. Я сжился с мыслью, что никогда не смогу измениться. Вот зачем я приехал в Чикаго. Я хотел сказать спасибо, что верила в меня, хоть я сам и не верил, и помогла осознать, что мне нужна была помощь.

   — У меня депресняк. — Да? — Всё началось, когда я билась над вступлением книги. И потом, как всё завертелось, и во-о-о-о-т, мой парень уже говорит, что пора пить антидепрессанты. — Так ты будешь? — Какой смысл? — В антидепрессантах? Их смысл в том, чтобы лечить депрессию. — Да… чтобы продолжать войну с пустотой. Пинаешь её — а там очередное ничто, потом смотришь в другую сторону, а там тоже пусто, пустое место. Так всю жизнь и копаешься в этой бессмысленности, в пустоте, потому что думаешь, что под ней тебя ждёт смысл, должно же быть что-то, но там очередное ничто. — Точняк! Но если копнуть под этой коробкой, найдёшь диван. — Мы рано или поздно расстанемся, как только он устанет от меня настоящей. — А настоящая ты… — Та-дам! — Ты знаешь, я тут сильно взбесил одного человека… — Взбесил? Кто? Ты?! — Ну да, странно… И он сказал: «БоДжек, ты всё разрушаешь, в этом весь ты!». — Ох... — И только когда он мне это высказал, я осознал, как тупо это звучит, хотя я так долго в это верил. Я сжился с мыслью, что никогда не смогу измениться. Вот зачем я приехал в Чикаго. Я хотел сказать спасибо, что верила в меня, хоть я сам и не верил, и помогла осознать, что мне нужна была помощь.

   — Конь БоДжек · мультфильм
8. «

   Рано или поздно он примет факт отсутствия желаний и целей, и в день, когда эта гениальная мысль озарит его, Аллан пустит себе пулю в лоб. Он считает лучше сделать это самому, нежели быть живым трупом среди других таких же как ты, пустых.

   Рано или поздно он примет факт отсутствия желаний и целей, и в день, когда эта гениальная мысль озарит его, Аллан пустит себе пулю в лоб. Он считает лучше сделать это самому, нежели быть живым трупом среди других таких же как ты, пустых.

   — Кристина Дэвер · книга
9. «

   Гораздо продуктивнее воспринимать агрессию или депрессию, заносчивость или апатию как приобретенное поведение: в какой-то момент пациент решает, что для выживания ему необходимо быть грубым или незаметным, а то и вовсе сдаться. Подобно травматическим воспоминаниям, которые настойчиво овладевают человеком, пока им не будет положен конец, травматические адаптации продолжаются, пока организм человека не почувствует себя защищенным и не интегрирует все составные части себя, которые упорно борются с травмой.

   Гораздо продуктивнее воспринимать агрессию или депрессию, заносчивость или апатию как приобретенное поведение: в какой-то момент пациент решает, что для выживания ему необходимо быть грубым или незаметным, а то и вовсе сдаться. Подобно травматическим воспоминаниям, которые настойчиво овладевают человеком, пока им не будет положен конец, травматические адаптации продолжаются, пока организм человека не почувствует себя защищенным и не интегрирует все составные части себя, которые упорно борются с травмой.

   — Бессел ван дер Колк · книга
10. «

    — Знаешь, я всегда думал, что напишу книгу, которая изменит взгляды людей на спорт, как «Человек, который изменил все» или «Фаворит». Но вместо этого я пишу книгу о парне, у которого два таланта: ловить мячи и не ловить хламидии. <...> — Я фотографирую гамбургеры. Знаешь в колледже я хотел быть Энни Лейбовиц или Ричардом Аведоном, снимать человеческую суть, а сейчас я делаю красивым фаст-фуд, чтоб американцы толстели. Я не творец, я торговец смертью.

    — Знаешь, я всегда думал, что напишу книгу, которая изменит взгляды людей на спорт, как «Человек, который изменил все» или «Фаворит». Но вместо этого я пишу книгу о парне, у которого два таланта: ловить мячи и не ловить хламидии. <...> — Я фотографирую гамбургеры. Знаешь в колледже я хотел быть Энни Лейбовиц или Ричардом Аведоном, снимать человеческую суть, а сейчас я делаю красивым фаст-фуд, чтоб американцы толстели. Я не творец, я торговец смертью.

    — Оскар Мэдисон · сериал
11. «

    Депрессия – крайне тяжелая вещь. И не только для того, кто ею страдает.

    Депрессия – крайне тяжелая вещь. И не только для того, кто ею страдает.

    — Джоджо Мойес · книга
12. «

    Между тем Холмс, ненавидевший своей цыганской душой всякую форму светской жизни, оставался в нашей квартире на Бейкер-стрит, окруженный грудами своих старых книг, чередуя недели увлечения кокаином с приступами честолюбия, дремотное состояние наркомана — с дикой энергией, присущей его натуре.

    Между тем Холмс, ненавидевший своей цыганской душой всякую форму светской жизни, оставался в нашей квартире на Бейкер-стрит, окруженный грудами своих старых книг, чередуя недели увлечения кокаином с приступами честолюбия, дремотное состояние наркомана — с дикой энергией, присущей его натуре.

    — Артур Конан Дойл · книга
13. «

    Позабыть глубоко, безвозвратно, окунуться в волну забвения до того, чтоб и выкарабкаться из неё было нельзя...

    Позабыть глубоко, безвозвратно, окунуться в волну забвения до того, чтоб и выкарабкаться из неё было нельзя...

    — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
14. «

    Склонного к меланхолии человека называли «дитя Сатурна». Сатурн характеризуется как холодный и удаленный, но у него есть также и другие значения. Иногда его называли богом мудрости и философской рефлексии. В некоторых садах эпохи Ренессанса были беседки, посвященные Сатурну, — темное, тенистое и удаленное место, где человек может отдохнуть и погрузиться в покой депрессии, не боясь, что его побеспокоят. Сатурн иногда называли SolNiger – черным Солнцем. В его черноте можно найти настоящий бриллиант – нашу сущностную природу, дистиллированную из депрессии и являющуюся, возможно, самым большим подарком меланхолии.

    Склонного к меланхолии человека называли «дитя Сатурна». Сатурн характеризуется как холодный и удаленный, но у него есть также и другие значения. Иногда его называли богом мудрости и философской рефлексии. В некоторых садах эпохи Ренессанса были беседки, посвященные Сатурну, — темное, тенистое и удаленное место, где человек может отдохнуть и погрузиться в покой депрессии, не боясь, что его побеспокоят. Сатурн иногда называли SolNiger – черным Солнцем. В его черноте можно найти настоящий бриллиант – нашу сущностную природу, дистиллированную из депрессии и являющуюся, возможно, самым большим подарком меланхолии.

    — Томас Мур · книга
15. «

    Она обладает самой крепкой психикой в мире: слово «депрессия» ей вообще неизвестно, а что самооценка бывает еще и низкая, она даже никогда и не слыхала.

    Она обладает самой крепкой психикой в мире: слово «депрессия» ей вообще неизвестно, а что самооценка бывает еще и низкая, она даже никогда и не слыхала.

    — Элизабет Гилберт · книга
16. «

    Депрессия, которая однажды пустила корни в моем сознании, теперь разрослась буйными цветами. Черными. И колючими.

    Депрессия, которая однажды пустила корни в моем сознании, теперь разрослась буйными цветами. Черными. И колючими.

    — Оксана Робски · книга
17. «

    Вчера ко мне пришла хандра. Она живет в соседнем доме, и я уже не раз видел, как вечерами она, пригнувшись, скрывается в тамошних низких воротах.

    Вчера ко мне пришла хандра. Она живет в соседнем доме, и я уже не раз видел, как вечерами она, пригнувшись, скрывается в тамошних низких воротах.

    — Франц Кафка · книга
18. «

    Депрессия — это словно наблюдать закат в чёрно-белом спектре.

    Депрессия — это словно наблюдать закат в чёрно-белом спектре.
19. «

    Депрессия — серьёзная болезнь с высокой вероятностью смертельного исхода (у 70% депрессивных больных есть суицидальные мысли, 15% кончают с собой). Депрессию нельзя игнорировать.

    Депрессия — серьёзная болезнь с высокой вероятностью смертельного исхода (у 70% депрессивных больных есть суицидальные мысли, 15% кончают с собой). Депрессию нельзя игнорировать.

    — Ирина Лукьянова · книга
20. «

    Когда, в раздоре с миром и судьбой, Припомнив годы, полные невзгод, Тревожу я бесплодною мольбой Глухой и равнодушный небосвод...

    Когда, в раздоре с миром и судьбой, Припомнив годы, полные невзгод, Тревожу я бесплодною мольбой Глухой и равнодушный небосвод...

    — Уильям Шекспир