449 фраз на тему «депрессия», которые цепляют

Тема «депрессия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 449 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Исследования показывают: длительное нахождение в сидячем положении (более 7 часов в сутки) сокращает продолжительность жизни, создавая благоприятные условия для возникновения тревожности, депрессии, сердечно-сосудистых заболеваний и сахарного диабета.

   Исследования показывают: длительное нахождение в сидячем положении (более 7 часов в сутки) сокращает продолжительность жизни, создавая благоприятные условия для возникновения тревожности, депрессии, сердечно-сосудистых заболеваний и сахарного диабета.

   — Кристен Эллот · книга
2. «

   Скажи, Декабрь — отпустишь когда мою душу? Растерзанную твоей стужей отпустишь когда, скажи! Беги, Декабрь — ты всё, что возможно, разрушил... Тут вряд ли уже будет хуже. Оставь и беги, беги!

   Скажи, Декабрь — отпустишь когда мою душу? Растерзанную твоей стужей отпустишь когда, скажи! Беги, Декабрь — ты всё, что возможно, разрушил... Тут вряд ли уже будет хуже. Оставь и беги, беги!
3. «

   Когда читаешь Шопенгауэра и Ницше в ноябре, пьешь вино и слушаешь Коэна, начинаешь ощущать, что для полноты (не) счастья не хватает только бритвы, которой можно чиркнуть себя...

   Когда читаешь Шопенгауэра и Ницше в ноябре, пьешь вино и слушаешь Коэна, начинаешь ощущать, что для полноты (не) счастья не хватает только бритвы, которой можно чиркнуть себя...

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Когда человек выходит из депрессии, есть такой момент, когда апатии уже нет. Человек может действовать, а мысли о самоубийстве ещё не прошли. Вот это опасный момент.

   Когда человек выходит из депрессии, есть такой момент, когда апатии уже нет. Человек может действовать, а мысли о самоубийстве ещё не прошли. Вот это опасный момент.

   — Ярослав Павлович · сериал
5. «

   Депрессия — серьёзная болезнь с высокой вероятностью смертельного исхода (у 70% депрессивных больных есть суицидальные мысли, 15% кончают с собой). Депрессию нельзя игнорировать.

   Депрессия — серьёзная болезнь с высокой вероятностью смертельного исхода (у 70% депрессивных больных есть суицидальные мысли, 15% кончают с собой). Депрессию нельзя игнорировать.

   — Ирина Лукьянова · книга
6. «

   Это всё из-за меня. Что 2 года назад, что сейчас — это всё моя вина. Цубаса пострадала из-за моей бесполезности. От моего Симфогира никакого толку, потому что и я сама — ничтожество. Цубаса плакала от горя и одиночества. Она пролила больше слёз, чем кто-либо, но всё равно продолжала сражаться. Совсем одна. Цубаса продолжала накручивать себя, чтобы быть клинком. Но и мне тоже... есть что защищать!

   Это всё из-за меня. Что 2 года назад, что сейчас — это всё моя вина. Цубаса пострадала из-за моей бесполезности. От моего Симфогира никакого толку, потому что и я сама — ничтожество. Цубаса плакала от горя и одиночества. Она пролила больше слёз, чем кто-либо, но всё равно продолжала сражаться. Совсем одна. Цубаса продолжала накручивать себя, чтобы быть клинком. Но и мне тоже... есть что защищать!

   — Хибики Тачибана (Hibiki Tachibana) · аниме
7. «

   Проживать эмоции — прямая противоположность депрессии.

   Проживать эмоции — прямая противоположность депрессии.

   — Эдит Ева Эгер · книга
8. «

   Чем богаче становится мировая витрина предлагаемых товаров, тем более тоскливо и подавленно чувствует себя человек.

   Чем богаче становится мировая витрина предлагаемых товаров, тем более тоскливо и подавленно чувствует себя человек.

   — Дарио Салас Соммэр · книга
9. «

   Когда ночь спускается на Землю, сотни тысяч людей лежат без сна, охваченные страхом перед грубой силой, жестокой конкуренцией, боясь, что они не смогут свести концы с концами, мучимые непонятными болезнями, удрученные какой-нибудь бессмысленной ссорой, доведенные почти до безумия неутоленными желаниями, подавленными извращенными инстинктами...

   Когда ночь спускается на Землю, сотни тысяч людей лежат без сна, охваченные страхом перед грубой силой, жестокой конкуренцией, боясь, что они не смогут свести концы с концами, мучимые непонятными болезнями, удрученные какой-нибудь бессмысленной ссорой, доведенные почти до безумия неутоленными желаниями, подавленными извращенными инстинктами...

   — Герберт Уэллс · книга
10. «

    Если перестать притворяться, будто все чертовски паршиво и выхода нет — а именно в этом я себя и убеждал все время, — то лучше не станет, даже наоборот. Уверяя себя в том, что жизнь — дерьмо, ты словно находишься под анестезией, а если перестать это делать, становится понятно, где болит и насколько сильно, и опять же лучше от этого не будет.

    Если перестать притворяться, будто все чертовски паршиво и выхода нет — а именно в этом я себя и убеждал все время, — то лучше не станет, даже наоборот. Уверяя себя в том, что жизнь — дерьмо, ты словно находишься под анестезией, а если перестать это делать, становится понятно, где болит и насколько сильно, и опять же лучше от этого не будет.

    — Ник Хорнби · книга
11. «

    Вроде бы я пытался жить правильно, даже праведно, то есть хотел всего себя чему-то там отдать, конечно же, все человечество осчастливить! Столько всего хотел — и не смог. Отсюда и мое уныние, оно как духовное поражение. Уныние меня убивает. Уничтожает. Я не верю в будущее. Вместо веры — страх. И вся эта моральная разруха, когда совершенно парализована воля, происходит без всяких трагедий. Я же все имею. И я, и моя семья. Но во мне пустота. Пустой человек. Когда у человека нет идеи — он чувствует свою бесполезность, ненужность, хоть это странно, как будто мало получить жизнь, чувстовать, мыслить, а нужно еще все это использовать с какой-то целью...

    Вроде бы я пытался жить правильно, даже праведно, то есть хотел всего себя чему-то там отдать, конечно же, все человечество осчастливить! Столько всего хотел — и не смог. Отсюда и мое уныние, оно как духовное поражение. Уныние меня убивает. Уничтожает. Я не верю в будущее. Вместо веры — страх. И вся эта моральная разруха, когда совершенно парализована воля, происходит без всяких трагедий. Я же все имею. И я, и моя семья. Но во мне пустота. Пустой человек. Когда у человека нет идеи — он чувствует свою бесполезность, ненужность, хоть это странно, как будто мало получить жизнь, чувстовать, мыслить, а нужно еще все это использовать с какой-то целью...

    — Олег Павлов · книга
12. «

    Стоит тебе впасть в депрессию — а ты пребываешь в ней постоянно, — как спешишь ублажить себя ультрафиолетом. В результате, чем сильнее ты хандришь, тем больше загораешь.

    Стоит тебе впасть в депрессию — а ты пребываешь в ней постоянно, — как спешишь ублажить себя ультрафиолетом. В результате, чем сильнее ты хандришь, тем больше загораешь.

    — Фредерик Бегбедер · книга
13. «

    На самом деле, депрессия — это тоже наркотик своего рода. Человек, впадающий в депрессию, начинающий её подкармливать, в нем она растёт как такой, знаете, ядовитый плющ и обвивает всё внутри, всю душу, весь мозг, там, сердце, всё, все органы. И вот он живёт в этом: «да... ну конечно... у нас так всегда... да... всё плохо... тра-та-та». Есть и то, что плохо, несомненно, и в нашей истории, и есть многие неоднозначные вещи, но купаться в этой депрессии нельзя, потому что она деструктивна! Именно в эту депрессию вас и хотят поместить наши, как это принято говорить, — конкуренты или оппоненты. Они хотят, чтобы мы были в депрессии, по одной простой причине — человек в депрессии не способен на конструктивную деятельность, он способен, может быть, только на какие-то саморазрушительные порывы; и второе, когда он в депрессии и уверен, что всё плохо — ему гораздо легче впаривать всякую чушь, и заставлять его делать то, что от него хотят получить, ему легче всякие сказки впаривать.

    На самом деле, депрессия — это тоже наркотик своего рода. Человек, впадающий в депрессию, начинающий её подкармливать, в нем она растёт как такой, знаете, ядовитый плющ и обвивает всё внутри, всю душу, весь мозг, там, сердце, всё, все органы. И вот он живёт в этом: «да... ну конечно... у нас так всегда... да... всё плохо... тра-та-та». Есть и то, что плохо, несомненно, и в нашей истории, и есть многие неоднозначные вещи, но купаться в этой депрессии нельзя, потому что она деструктивна! Именно в эту депрессию вас и хотят поместить наши, как это принято говорить, — конкуренты или оппоненты. Они хотят, чтобы мы были в депрессии, по одной простой причине — человек в депрессии не способен на конструктивную деятельность, он способен, может быть, только на какие-то саморазрушительные порывы; и второе, когда он в депрессии и уверен, что всё плохо — ему гораздо легче впаривать всякую чушь, и заставлять его делать то, что от него хотят получить, ему легче всякие сказки впаривать.

    — Сергей Александрович Михеев
14. «

    Можно разными способами пытаться преодолеть депрессию. Можно слушать органные произведения Баха в церкви Христа Спасителя. Можно с помощью бритвенного лезвия выложить на карманном зеркальце полоску хорошего настроения в виде порошка, а потом вдыхать его через трубочку для коктейля. Можно звать на помощь. Например, по телефону, так, чтобы точно знать, кто именно тебя услышит. Это европейский путь. Надеяться, что можно, что-то предпринимая, найти выход из трудного положения. Я выбираю гренландский путь. Он состоит в том, чтобы погрузиться в черное настроение. Положить свое поражение под микроскоп и сосредоточиться на нем. Когда дело обстоит совсем плохо — как сейчас — я вижу перед собой черный туннель. К нему я и иду. Я снимаю свою дорогую одежду, свое нижнее белье, свой шлем безопасности, оставляю свой датский паспорт и вхожу в темноту. Я знаю, что пойдет поезд. Обшитый свинцом паровоз, перевозящий стронций-90. Я иду ему навстречу. Мне это по силам, потому что мне 37 лет. Я знаю, что в глубине туннеля, под колесами, между шпалами есть крошечный просвет.

    Можно разными способами пытаться преодолеть депрессию. Можно слушать органные произведения Баха в церкви Христа Спасителя. Можно с помощью бритвенного лезвия выложить на карманном зеркальце полоску хорошего настроения в виде порошка, а потом вдыхать его через трубочку для коктейля. Можно звать на помощь. Например, по телефону, так, чтобы точно знать, кто именно тебя услышит. Это европейский путь. Надеяться, что можно, что-то предпринимая, найти выход из трудного положения. Я выбираю гренландский путь. Он состоит в том, чтобы погрузиться в черное настроение. Положить свое поражение под микроскоп и сосредоточиться на нем. Когда дело обстоит совсем плохо — как сейчас — я вижу перед собой черный туннель. К нему я и иду. Я снимаю свою дорогую одежду, свое нижнее белье, свой шлем безопасности, оставляю свой датский паспорт и вхожу в темноту. Я знаю, что пойдет поезд. Обшитый свинцом паровоз, перевозящий стронций-90. Я иду ему навстречу. Мне это по силам, потому что мне 37 лет. Я знаю, что в глубине туннеля, под колесами, между шпалами есть крошечный просвет.

    — Питер Хёг · книга
15. «

    От депрессии спасают коты и репрессии.

    От депрессии спасают коты и репрессии.
16. «

    Склонного к меланхолии человека называли «дитя Сатурна». Сатурн характеризуется как холодный и удаленный, но у него есть также и другие значения. Иногда его называли богом мудрости и философской рефлексии. В некоторых садах эпохи Ренессанса были беседки, посвященные Сатурну, — темное, тенистое и удаленное место, где человек может отдохнуть и погрузиться в покой депрессии, не боясь, что его побеспокоят. Сатурн иногда называли SolNiger – черным Солнцем. В его черноте можно найти настоящий бриллиант – нашу сущностную природу, дистиллированную из депрессии и являющуюся, возможно, самым большим подарком меланхолии.

    Склонного к меланхолии человека называли «дитя Сатурна». Сатурн характеризуется как холодный и удаленный, но у него есть также и другие значения. Иногда его называли богом мудрости и философской рефлексии. В некоторых садах эпохи Ренессанса были беседки, посвященные Сатурну, — темное, тенистое и удаленное место, где человек может отдохнуть и погрузиться в покой депрессии, не боясь, что его побеспокоят. Сатурн иногда называли SolNiger – черным Солнцем. В его черноте можно найти настоящий бриллиант – нашу сущностную природу, дистиллированную из депрессии и являющуюся, возможно, самым большим подарком меланхолии.

    — Томас Мур · книга
17. «

    Жить нужно так — чтобы депрессия была у других!

    Жить нужно так — чтобы депрессия была у других!
18. «

    Довёл себя до края? Не видишь смысла больше жить? Значит, ты уже близок... Близок к решению дойти до дна, чтобы оттолкнуться от него и навсегда решить быть счастливым... Так что не бойся дна — используй его....

    Довёл себя до края? Не видишь смысла больше жить? Значит, ты уже близок... Близок к решению дойти до дна, чтобы оттолкнуться от него и навсегда решить быть счастливым... Так что не бойся дна — используй его....

    — Виталий Гиберт
19. «

    — Мои мечты не осуществятся... Нет, мне это совсем не нравится. Это означает, что мне не на что надеятся. Мардж, исправь это, пожалуйста! Разве ты не можешь это исправить?! — Гомер, если основные мечты человека заключаются в получении десерта, случайных объятиях и возможности спать до полудня в викенды, никто не сможет это разрушить. — Ты это сделала!

    — Мои мечты не осуществятся... Нет, мне это совсем не нравится. Это означает, что мне не на что надеятся. Мардж, исправь это, пожалуйста! Разве ты не можешь это исправить?! — Гомер, если основные мечты человека заключаются в получении десерта, случайных объятиях и возможности спать до полудня в викенды, никто не сможет это разрушить. — Ты это сделала!

    — Гомер Симпсон · мультфильм
20. «

    Депрессию часто называют черной хандрой, а мне хотелось однажды проснуться и ощутить себя ромашкой. Я думаю, что депрессия желтая, как моча. Депрессия — это бескрайнее море экскрементов.

    Депрессию часто называют черной хандрой, а мне хотелось однажды проснуться и ощутить себя ромашкой. Я думаю, что депрессия желтая, как моча. Депрессия — это бескрайнее море экскрементов.

    — Гиллиан Флинн · книга