29 цитат «диктатура» — избранное

29 цитат про «диктатура»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   У нас режим диктатуры, но всем правителям хочется казаться с виду твёрдыми, а на поверку мягкими — как банан.

   У нас режим диктатуры, но всем правителям хочется казаться с виду твёрдыми, а на поверку мягкими — как банан.

   — Георгий Зотов · книга
2. «

   То, что вы выступаете против войны и диктатуры, еще не делает вас героем — вы просто становитесь нормальным человеком.

   То, что вы выступаете против войны и диктатуры, еще не делает вас героем — вы просто становитесь нормальным человеком.

   — Дмитрий Чернышев
3. «

   Самым поразительным феноменом современного мира является вера в диктаторских вождей.

   Самым поразительным феноменом современного мира является вера в диктаторских вождей.

   — Эрих Фромм · книга
4. «

   Голодные и безработные – материал, из которого создается диктатура.

   Голодные и безработные – материал, из которого создается диктатура.

   — Франклин Рузвельт
5. «

   Контроль. Всё ради контроля. Каждая диктатура одержима одним: контролем. В Древнем Риме народу давали хлеб и зрелища, отвлекали людей развлечениями. Другие диктатуры используют другие стратегии для контроля идеи и знаний. Как они это делают? Плохое образование, ограничение культуры, цензура информации. Цензура любого вида самовыражения личности. И это нужно запомнить. Такая модель всегда повторяет себя в истории.

   Контроль. Всё ради контроля. Каждая диктатура одержима одним: контролем. В Древнем Риме народу давали хлеб и зрелища, отвлекали людей развлечениями. Другие диктатуры используют другие стратегии для контроля идеи и знаний. Как они это делают? Плохое образование, ограничение культуры, цензура информации. Цензура любого вида самовыражения личности. И это нужно запомнить. Такая модель всегда повторяет себя в истории.

   — Энтони Клэр (Дэниел Сент Клэр) · фильм
6. «

   Диктатору не нужно следовать за волей большинства. Однако он должен быть в состоянии использовать волю народа.

   Диктатору не нужно следовать за волей большинства. Однако он должен быть в состоянии использовать волю народа.

   — Йозеф Геббельс
7. «

   And that one in the spotlight, he don't look right to me. Get him up against the wall. — 'Gainst the wall! And that one looks Jewish, and that one's a coon. Who let all this riffraff into the room? There's one smoking a joint, and another with spots! If I had my way, I'd have all of you shot!

   And that one in the spotlight, he don't look right to me. Get him up against the wall. — 'Gainst the wall! And that one looks Jewish, and that one's a coon. Who let all this riffraff into the room? There's one smoking a joint, and another with spots! If I had my way, I'd have all of you shot!
8. «

   Они родные братья с русским быдлом Джугашвили (о Гитлере). Тот — сын прачки, этот — поденщицы. И оба оказались кретинами, как все плебеи в этом мире. Были бы умней, могли бы договориться. Они так похожи! Адольф учился пению в хоровой школе бенедиктинского монастыря. Иосиф учился в православной школе и готовился быть попом. Адольф рисовал бездарные картинки и считал себя художником. Иосиф писал бездарные стихи и считал себя поэтом. Женщины, которые были рядом с ними, кончали с собой. Адольф поставил перед собой цель — уничтожить несколько миллионов евреев и славян. Иосиф уже приступил к этому благородному делу и здорово преуспел, надо отдать ему должное. Они так похожи, эти два главных идиота двадцатого века. Они не договорились и проиграли оба. Но на самом деле они победили, однако по своей плебейской тупости даже не успели понять этого

   Они родные братья с русским быдлом Джугашвили (о Гитлере). Тот — сын прачки, этот — поденщицы. И оба оказались кретинами, как все плебеи в этом мире. Были бы умней, могли бы договориться. Они так похожи! Адольф учился пению в хоровой школе бенедиктинского монастыря. Иосиф учился в православной школе и готовился быть попом. Адольф рисовал бездарные картинки и считал себя художником. Иосиф писал бездарные стихи и считал себя поэтом. Женщины, которые были рядом с ними, кончали с собой. Адольф поставил перед собой цель — уничтожить несколько миллионов евреев и славян. Иосиф уже приступил к этому благородному делу и здорово преуспел, надо отдать ему должное. Они так похожи, эти два главных идиота двадцатого века. Они не договорились и проиграли оба. Но на самом деле они победили, однако по своей плебейской тупости даже не успели понять этого

   — Полина Дашкова · книга
9. «

   Но потом вдруг появились два пришельца… Которые заставили военного вспомнить, кто он на самом деле. Герой гражданской войны? Спаситель угнетённых? Эффективный руководитель? Нет. Всего лишь убийца.

   Но потом вдруг появились два пришельца… Которые заставили военного вспомнить, кто он на самом деле. Герой гражданской войны? Спаситель угнетённых? Эффективный руководитель? Нет. Всего лишь убийца.

   — Дмитрий Игнатов · книга
10. «

    И демократия может превратиться в диктатуру.

    И демократия может превратиться в диктатуру.

    — Анатолий Александрович Собчак
11. «

    — Посмотри на меня! Хорошо посмотри! Я была рождена, и я знала, что я живу, и понимала, чего хочу. Как ты думаешь, что поддерживает во мне жизнь? Почему я живу? Потому, что у меня есть желудок, который я набиваю пищей? Потому, что я дышу и зарабатываю себе на пропитание? Или потому, что я знаю, чего я хочу, — может быть, именно это и есть сама жизнь. И кто — в этой проклятой вселенной, — кто может сказать мне, почему я должна жить не ради того, чего хочу. Кто членораздельно ответит мне на этот вопрос? Вы пытались дать нам свои установки относительно того, чего нам хотеть, а чего нет. Вы пришли, подобно армии в победном шествии, с миссией построения новой жизни. С корнем вырвав старую жизнь, о которой вы ничего не знали, вы определили критерии новой. Вы влезли во все естество человека, в каждый его час, каждую минуту, каждый нерв, каждую потаенную мысль — и заявили, что теперь все обязаны жить иначе. Вы пришли и запретили живым жить. Вы заперли нас в каменном подвале, от ваших тесных оков у нас лопаются вены! И вы с любопытством наблюдаете за тем, что с нами будет. Что ж, смотрите! Смотрите все, у кого есть глаза!

    — Посмотри на меня! Хорошо посмотри! Я была рождена, и я знала, что я живу, и понимала, чего хочу. Как ты думаешь, что поддерживает во мне жизнь? Почему я живу? Потому, что у меня есть желудок, который я набиваю пищей? Потому, что я дышу и зарабатываю себе на пропитание? Или потому, что я знаю, чего я хочу, — может быть, именно это и есть сама жизнь. И кто — в этой проклятой вселенной, — кто может сказать мне, почему я должна жить не ради того, чего хочу. Кто членораздельно ответит мне на этот вопрос? Вы пытались дать нам свои установки относительно того, чего нам хотеть, а чего нет. Вы пришли, подобно армии в победном шествии, с миссией построения новой жизни. С корнем вырвав старую жизнь, о которой вы ничего не знали, вы определили критерии новой. Вы влезли во все естество человека, в каждый его час, каждую минуту, каждый нерв, каждую потаенную мысль — и заявили, что теперь все обязаны жить иначе. Вы пришли и запретили живым жить. Вы заперли нас в каменном подвале, от ваших тесных оков у нас лопаются вены! И вы с любопытством наблюдаете за тем, что с нами будет. Что ж, смотрите! Смотрите все, у кого есть глаза!

    — Айн Рэнд · книга
12. «

    Как известно, Лаврентию Берии поставляли на дом миловидных старшеклассниц. Затем его шофер вручал очередной жертве букет цветов. И отвозил ее домой. Такова была установленная церемония. Вдруг одна из девиц проявила строптивость. Она стала вырываться, царапаться. Короче, устояла и не поддалась обаянию министра внутренних дел. Берия сказал ей: — Можешь уходить. Барышня спустилась вниз по лестнице. Шофер, не ожидая такого поворота событий, вручил ей заготовленный букет. Девица, чуть успокоившись, обратилась к стоящему на балконе министру: — Ну вот, Лаврентий Павлович! Ваш шофер оказался любезнее вас. Он подарил мне букет цветов. Берия усмехнулся и вяло произнес: — Ты ошибаешься. Это не букет. Это — венок.

    Как известно, Лаврентию Берии поставляли на дом миловидных старшеклассниц. Затем его шофер вручал очередной жертве букет цветов. И отвозил ее домой. Такова была установленная церемония. Вдруг одна из девиц проявила строптивость. Она стала вырываться, царапаться. Короче, устояла и не поддалась обаянию министра внутренних дел. Берия сказал ей: — Можешь уходить. Барышня спустилась вниз по лестнице. Шофер, не ожидая такого поворота событий, вручил ей заготовленный букет. Девица, чуть успокоившись, обратилась к стоящему на балконе министру: — Ну вот, Лаврентий Павлович! Ваш шофер оказался любезнее вас. Он подарил мне букет цветов. Берия усмехнулся и вяло произнес: — Ты ошибаешься. Это не букет. Это — венок.

    — Сергей Довлатов · книга
13. «

    Ни один диктатор, ни один захватчик не может вечно удерживать покорённое население одной лишь силой оружия. Во Вселенной нет более могучей силы, нежели жажда свободы. Против этой силы не смогут устоять ни правительства, ни тираны, ни армии...

    Ни один диктатор, ни один захватчик не может вечно удерживать покорённое население одной лишь силой оружия. Во Вселенной нет более могучей силы, нежели жажда свободы. Против этой силы не смогут устоять ни правительства, ни тираны, ни армии...

    — Гражданин Г'Кар · сериал
14. «

    Диктаторы — не стихийное бедствие. Чтобы создать диктатора, нужно много народа; иногда в этом участвуют их жертвы.

    Диктаторы — не стихийное бедствие. Чтобы создать диктатора, нужно много народа; иногда в этом участвуют их жертвы.

    — Марио Варгас Льоса
15. «

    Дьявол заключается в капитализме, в диктатуре. Всё это — дьявольские силы, пытающиеся поставить человека под свой контроль.

    Дьявол заключается в капитализме, в диктатуре. Всё это — дьявольские силы, пытающиеся поставить человека под свой контроль.

    — Муаммар аль-Каддафи
16. «

    Диктатура это — «заткнись». Демократия это — «болтай-болтай»

    Диктатура это — «заткнись». Демократия это — «болтай-болтай»

    — Бернар Вербер · книга
17. «

    Можно ненавидеть диктатора. Но если его убрать, пустоту заполнит нечто гораздо худшее

    Можно ненавидеть диктатора. Но если его убрать, пустоту заполнит нечто гораздо худшее

    — Тот, кто остаётся · сериал
18. «

    Любое действительно эффективное правление на поверку оказывается диктатурой.

    Любое действительно эффективное правление на поверку оказывается диктатурой.

    — Гарри Трумэн
19. «

    Ни одному диктатору, ни одному режиму и не одной стране нельзя недооценивать решимости американцев. Все, кто недооценил нас в прошлом, потом пожалели об этом.

    Ни одному диктатору, ни одному режиму и не одной стране нельзя недооценивать решимости американцев. Все, кто недооценил нас в прошлом, потом пожалели об этом.

    — Дональд Трамп
20. «

    Бизнесмены — это единственная категория людей, отличающая капитализм и американский образ жизни от тоталитарного этатизма, который постепенно подминает под себя весь остальной мир. Все другие слои общества — рабочие, фермеры, профессионалы, ученые, солдаты — существуют и при диктатурах, хотя и прозябают в страхе, цепях, в нищете, в условиях прогрессирующего саморазрушения. Но при диктатуре такая категория, как бизнесмены, отсутствует. Их место занимают вооруженные бандиты: чиновники и комиссары. Бизнесмены — символ свободного общества, символ Америки. В тот миг, когда они погибнут, с ними погибнет цивилизация. Но если вы хотите бороться за свободу, вы должны начать с борьбы за ее обойденных наградами, непризнанных, негласных, но лучших представителей — американских бизнесменов.

    Бизнесмены — это единственная категория людей, отличающая капитализм и американский образ жизни от тоталитарного этатизма, который постепенно подминает под себя весь остальной мир. Все другие слои общества — рабочие, фермеры, профессионалы, ученые, солдаты — существуют и при диктатурах, хотя и прозябают в страхе, цепях, в нищете, в условиях прогрессирующего саморазрушения. Но при диктатуре такая категория, как бизнесмены, отсутствует. Их место занимают вооруженные бандиты: чиновники и комиссары. Бизнесмены — символ свободного общества, символ Америки. В тот миг, когда они погибнут, с ними погибнет цивилизация. Но если вы хотите бороться за свободу, вы должны начать с борьбы за ее обойденных наградами, непризнанных, негласных, но лучших представителей — американских бизнесменов.

    — Айн Рэнд · книга