153 цитаты про «дочь»

153 цитаты про «дочь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Дочери совершают ошибки, а отцы их прощают — так устроен мир.

   Дочери совершают ошибки, а отцы их прощают — так устроен мир.

   — Линда Возняк · сериал
2. «

   В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

   В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

   — Самуэль (бегун) · фильм
3. «

   — Ты, любимая, дочь Клауса Майклсона. Ты станешь величайшей ведьмой, которая когда-либо существовала. И ничто тебя не испугает. — Я ведь знаю, кто ты. Самый сильный в мире. Достаточно сильный, чтобы держать всё плохое подальше.

   — Ты, любимая, дочь Клауса Майклсона. Ты станешь величайшей ведьмой, которая когда-либо существовала. И ничто тебя не испугает. — Я ведь знаю, кто ты. Самый сильный в мире. Достаточно сильный, чтобы держать всё плохое подальше.

   — Никлаус «Клаус» Майклсон · сериал
4. «

   — Что за хреновина? — Это моя дочь. — Да хоть плачущая Богоматерь. Никаких личных вещей на борту. — Имей в виду, я всё равно получу это обратно. — Ты мне ещё указывать будешь, мудак? — Ты слышал меня?

   — Что за хреновина? — Это моя дочь. — Да хоть плачущая Богоматерь. Никаких личных вещей на борту. — Имей в виду, я всё равно получу это обратно. — Ты мне ещё указывать будешь, мудак? — Ты слышал меня?

   — Начальник Фолзун · фильм
5. «

   Здоровой рукой она коснулась плеча дочери так легко, словно девочка была хрустальным сосудом. Сосудом, до краёв наполненным злобой и раздражением. Ещё недавно они были бесконечно близки, даже придумали собственные тайные знаки, понятные только им одним. Трудно было поверить, что сейчас рядом с ней идёт та самая девочка, что прежде до слёз хохотала над её немудрёными шутками и хватала мать за руку, когда герои мультфильмов попадали в опасную переделку. Та милая девочка безвозвратно исчезла, оставив вместо себя угрюмую и хмурую незнакомку. Это превращение — по-другому не скажешь — застало Пери врасплох, хотя она прочитала кучу статей о том, что пубертатный период у современных подростков, особенно у девочек, наступает всё раньше и раньше. Она всегда надеялась, что её отношения с дочерью будут более близкими и доверительными, чем её отношения с собственной матерью. В конце концов, разве не к этому мы стремимся всю жизнь: стать лучше своих родителей, дав нашим детям возможность стать лучше, чем мы. Но в результате мы зачастую обнаруживаем, что, сами того не желая, повторяем ошибки предыдущего поколения. Пери знала: злоба нередко маскирует страх.

   Здоровой рукой она коснулась плеча дочери так легко, словно девочка была хрустальным сосудом. Сосудом, до краёв наполненным злобой и раздражением. Ещё недавно они были бесконечно близки, даже придумали собственные тайные знаки, понятные только им одним. Трудно было поверить, что сейчас рядом с ней идёт та самая девочка, что прежде до слёз хохотала над её немудрёными шутками и хватала мать за руку, когда герои мультфильмов попадали в опасную переделку. Та милая девочка безвозвратно исчезла, оставив вместо себя угрюмую и хмурую незнакомку. Это превращение — по-другому не скажешь — застало Пери врасплох, хотя она прочитала кучу статей о том, что пубертатный период у современных подростков, особенно у девочек, наступает всё раньше и раньше. Она всегда надеялась, что её отношения с дочерью будут более близкими и доверительными, чем её отношения с собственной матерью. В конце концов, разве не к этому мы стремимся всю жизнь: стать лучше своих родителей, дав нашим детям возможность стать лучше, чем мы. Но в результате мы зачастую обнаруживаем, что, сами того не желая, повторяем ошибки предыдущего поколения. Пери знала: злоба нередко маскирует страх.

   — Элиф Шафак · книга
6. «

   — Любимый, у тебя очаровательная, прелестная дочь, просто ангел и такая самостоятельная. — Этот ангел легко превращается в дьявола.

   — Любимый, у тебя очаровательная, прелестная дочь, просто ангел и такая самостоятельная. — Этот ангел легко превращается в дьявола.

   — Франко Колуччи · сериал
7. «

   Жизнь всё расставляет на свои места и, подрастая, дочка объясняет маме, что у неё совершенно иные планы на своё будущее и на своё счастье. Важно, чтобы мама вовремя всё услышала и приняла дочь такой, какой она пришла этот мир.

   Жизнь всё расставляет на свои места и, подрастая, дочка объясняет маме, что у неё совершенно иные планы на своё будущее и на своё счастье. Важно, чтобы мама вовремя всё услышала и приняла дочь такой, какой она пришла этот мир.

   — Екатерина Сиванова
8. «

   Считается, что каждый мужчина хочет иметь сына, но это далеко не так. У меня, к примеру, девочка, и я очень круто себя чувствую, потому что я понял, что моя главная задача как отца в воспитании дочери — это не лезть, так как прямо из роддома моя дочка попала в бабий лагерь. Её там уже ждали моя жена, мама жены и моя мама.

   Считается, что каждый мужчина хочет иметь сына, но это далеко не так. У меня, к примеру, девочка, и я очень круто себя чувствую, потому что я понял, что моя главная задача как отца в воспитании дочери — это не лезть, так как прямо из роддома моя дочка попала в бабий лагерь. Её там уже ждали моя жена, мама жены и моя мама.

   — Стас Старовойтов
9. «

   Русское имя Соня Я дал дочурке своей. И радостно мне бывает Порой окликнуть ее.

   Русское имя Соня Я дал дочурке своей. И радостно мне бывает Порой окликнуть ее.

   — Исикава Такубоку
10. «

    Я его чокнутая, избалованная любовью, единственная и неповторимая дочь.

    Я его чокнутая, избалованная любовью, единственная и неповторимая дочь.

    — Надежда (Armaan) · фильм
11. «

    — Нет, это моё! — тут же нашлась я. На папином лице поочерёдно отразились изумление, сожаление и замешательство. — Гм, я рад, что ты предохраняешься, — пробормотал он и закрыл дверь. Предохраняюсь… Он даже не подозревает, что я никогда в жизни не целовалась!

    — Нет, это моё! — тут же нашлась я. На папином лице поочерёдно отразились изумление, сожаление и замешательство. — Гм, я рад, что ты предохраняешься, — пробормотал он и закрыл дверь. Предохраняюсь… Он даже не подозревает, что я никогда в жизни не целовалась!

    — Виктория Килеева · книга
12. «

    Девочки, которые получали от папы ласку, одобрение и уважение, чувствуют себя безопасно и ценят себя намного выше, поэтому не требуют внимания от сексуально агрессивных парней.

    Девочки, которые получали от папы ласку, одобрение и уважение, чувствуют себя безопасно и ценят себя намного выше, поэтому не требуют внимания от сексуально агрессивных парней.

    — Мэг Микер · книга
13. «

    Будь сильной, дочь моя. Не забывай, кто ты — ты внучка Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской. Ты единственная дочь короля Англии. Будь сильной и мудрой и однажды ты станешь великой королевой.

    Будь сильной, дочь моя. Не забывай, кто ты — ты внучка Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской. Ты единственная дочь короля Англии. Будь сильной и мудрой и однажды ты станешь великой королевой.

    — Екатерина Арагонская · сериал
14. «

    А у неё зеленые глаза, И колокольчиковый смех, И русы косы. Я так хочу ей счастье показать! А у неё ведь всё не как у всех, И ноги босы.

    А у неё зеленые глаза, И колокольчиковый смех, И русы косы. Я так хочу ей счастье показать! А у неё ведь всё не как у всех, И ноги босы.
15. «

    Растению, когда его пересаживают, что нужно? Время и тепло. Чтобы прижилось растение. А тут живой ребёнок...

    Растению, когда его пересаживают, что нужно? Время и тепло. Чтобы прижилось растение. А тут живой ребёнок...

    — Шура Олеванцева · фильм
16. «

    — Давайте как-то выпьем и обсудим проблемы наших дочерей. — Ну, вообще-то я не пью. — О, это не страшно, я пью.

    — Давайте как-то выпьем и обсудим проблемы наших дочерей. — Ну, вообще-то я не пью. — О, это не страшно, я пью.

    — Нора Эмери-Дрейк · сериал
17. «

    — Нет. Это МОЙ сын. А твоя дочь — ТАМ, — сказала женщина и топнула ногой по паркету. Раздался звенящий звук. Это было странно и неожиданно. Но они продолжили. — Я просил не говорить тебя об этом. После этих слов раздался топот. Странно, ведь никто не мог ходить на этом этаже кроме нас троих. Они молчали, и тишина становилась всё глубже, а звук шагов всё отчётливее. Никогда не думала, что звук топанья детских ног может быть настолько громким.

    — Нет. Это МОЙ сын. А твоя дочь — ТАМ, — сказала женщина и топнула ногой по паркету. Раздался звенящий звук. Это было странно и неожиданно. Но они продолжили. — Я просил не говорить тебя об этом. После этих слов раздался топот. Странно, ведь никто не мог ходить на этом этаже кроме нас троих. Они молчали, и тишина становилась всё глубже, а звук шагов всё отчётливее. Никогда не думала, что звук топанья детских ног может быть настолько громким.

    — Соль · книга
18. «

    — Постой! Прости, что усомнилась, но не делай этого. Это не выход. Крестная, ты не такая. Я же знаю. — Сомневаюсь. — Нет, я знаю. Ты — моя мама.

    — Постой! Прости, что усомнилась, но не делай этого. Это не выход. Крестная, ты не такая. Я же знаю. — Сомневаюсь. — Нет, я знаю. Ты — моя мама.

    — Малефисента · фильм
19. «

    Плоский рельеф стал неинтересен. Как ни крути, с высоты видней. Горы прекрасны, пусть нужно залезть на них, Море волшебно в любой из дней.

    Плоский рельеф стал неинтересен. Как ни крути, с высоты видней. Горы прекрасны, пусть нужно залезть на них, Море волшебно в любой из дней.
20. «

    ...годы, проведенные в статусе матери-одиночки, выработали у Дениз устоявшийся комплекс мученицы, и теперь ей кажется, что проблемы у других возникают исключительно для того, чтобы лечь на её плечи ещё более тяжким бременем. — Господи, мам, может, всё-таки перестанешь? — Прости, если беременность моей дочери-подростка меня расстраивает. — Тебе не приходило в голову, что меня она тоже расстраивает? — Конечно. Просто... ну как ты могла? Ты же про всё это знаешь и понимаешь. — Это произошло случайно, разумеется. — У тебя случайно был незащищенный секс? — Тебе станет легче, если я скажу, что меня изнасиловали? — Не смей так говорить. — Я только пытаюсь понять, при каком раскладе ты бы начала сочувствовать мне, а не себе. <...> — Поверь, я очень тебе сочувствую, — произносит Дениз тоном, от которого у Кейси неизменно возникает желание сжечь всех напалмом.

    ...годы, проведенные в статусе матери-одиночки, выработали у Дениз устоявшийся комплекс мученицы, и теперь ей кажется, что проблемы у других возникают исключительно для того, чтобы лечь на её плечи ещё более тяжким бременем. — Господи, мам, может, всё-таки перестанешь? — Прости, если беременность моей дочери-подростка меня расстраивает. — Тебе не приходило в голову, что меня она тоже расстраивает? — Конечно. Просто... ну как ты могла? Ты же про всё это знаешь и понимаешь. — Это произошло случайно, разумеется. — У тебя случайно был незащищенный секс? — Тебе станет легче, если я скажу, что меня изнасиловали? — Не смей так говорить. — Я только пытаюсь понять, при каком раскладе ты бы начала сочувствовать мне, а не себе. <...> — Поверь, я очень тебе сочувствую, — произносит Дениз тоном, от которого у Кейси неизменно возникает желание сжечь всех напалмом.

    — Джонатан Троппер · книга