45 сильных цитат: «договор»

45 цитат про «договор»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Миша. — Да, месье Жирмунский. — У меня к вам дело очень деликатного свойства. — Так. — Я по поводу вашего визита. Ведь оно было же не последним? — Ну не знаю, може зайду на днях. — Да, я так и думал. Я буду говорить напрямую. Дело в том, что у меня супруга. Она молодая. У нее сердце. И когда в дом вваливаются среди ночи, неожиданно, такие люди как вы... Я хотел сказать, такие симпатичные люди, как вы и ваши друзья — она нервничает, и я опасываюсь. — За шо вы опасываетесь? — Миша, я опасываюсь за нее.

   — Миша. — Да, месье Жирмунский. — У меня к вам дело очень деликатного свойства. — Так. — Я по поводу вашего визита. Ведь оно было же не последним? — Ну не знаю, може зайду на днях. — Да, я так и думал. Я буду говорить напрямую. Дело в том, что у меня супруга. Она молодая. У нее сердце. И когда в дом вваливаются среди ночи, неожиданно, такие люди как вы... Я хотел сказать, такие симпатичные люди, как вы и ваши друзья — она нервничает, и я опасываюсь. — За шо вы опасываетесь? — Миша, я опасываюсь за нее.

   — Наум Соломонович Жирмунский · сериал
2. «

   Повторю, мы заинтересованы в том, чтобы подробнейшим образом объяснить американским коллегам и всем их союзникам по НАТО, что не можем удовлетвориться обещаниями. Тем более что письменные обязательства глав государств и правительств, требующие от натовцев учитывать наши интересы в полной мере, не говоря про устные гарантии, о которых президент России Владимир Путин не раз упоминал, оказывается, ничего не стоят. Так дело не пойдёт. Будем добиваться, чтобы все было честно. Не хочу обращаться к жаргону, но у нас есть понятие — «пацан сказал — пацан сделал». По крайней мере, «понятия» должны соблюдаться и на международном уровне.

   Повторю, мы заинтересованы в том, чтобы подробнейшим образом объяснить американским коллегам и всем их союзникам по НАТО, что не можем удовлетвориться обещаниями. Тем более что письменные обязательства глав государств и правительств, требующие от натовцев учитывать наши интересы в полной мере, не говоря про устные гарантии, о которых президент России Владимир Путин не раз упоминал, оказывается, ничего не стоят. Так дело не пойдёт. Будем добиваться, чтобы все было честно. Не хочу обращаться к жаргону, но у нас есть понятие — «пацан сказал — пацан сделал». По крайней мере, «понятия» должны соблюдаться и на международном уровне.

   — Сергей Лавров
3. «

   Кстати, о сведении счётов и демонстрации силы. Рядом с Сирией есть государство, которое имеет особое положение на Ближнем Востоке и особые союзнические отношения с США. Это государство — Израиль. Израильское руководство многократно демонстрировало, скажем так, пренебрежительное отношение к сирийскому суверенитету и к российскому военному присутствию в Сирии, и делало оно это с помощью налетов израильской авиации на сирийскую территорию. Видимо, месседж, который никак не доходил по дипломатическим каналам был доставлен с помощью зенитной ракеты, которая сбила израильский F-16. Причем не просто F-16, а глубоко модернизированную версию американского самолета. И российская сторона еще очень вежливая и дает возможность всем сохранить лицо, и потому все делают вид, что это древнее сирийское ПВО успешно долбануло сравнительно современный американский боевой самолет. Какой вывод из этой истории? Вывод простой — для того, чтобы всё было хорошо, нужно сначала договариваться с Россией. Если с Россией не договариваться, то рано или поздно всё будет плохо. Но не у нас, а у тех, кто не хочет с Россией договариваться. В этом и есть вся суть российской внешней политики.

   Кстати, о сведении счётов и демонстрации силы. Рядом с Сирией есть государство, которое имеет особое положение на Ближнем Востоке и особые союзнические отношения с США. Это государство — Израиль. Израильское руководство многократно демонстрировало, скажем так, пренебрежительное отношение к сирийскому суверенитету и к российскому военному присутствию в Сирии, и делало оно это с помощью налетов израильской авиации на сирийскую территорию. Видимо, месседж, который никак не доходил по дипломатическим каналам был доставлен с помощью зенитной ракеты, которая сбила израильский F-16. Причем не просто F-16, а глубоко модернизированную версию американского самолета. И российская сторона еще очень вежливая и дает возможность всем сохранить лицо, и потому все делают вид, что это древнее сирийское ПВО успешно долбануло сравнительно современный американский боевой самолет. Какой вывод из этой истории? Вывод простой — для того, чтобы всё было хорошо, нужно сначала договариваться с Россией. Если с Россией не договариваться, то рано или поздно всё будет плохо. Но не у нас, а у тех, кто не хочет с Россией договариваться. В этом и есть вся суть российской внешней политики.

   — Руслан Осташко
4. «

   На любом мирном договоре есть чья-то кровь.

   На любом мирном договоре есть чья-то кровь.
5. «

   Нельзя подписать договор с Бездной и надеяться выиграть — выигрыш неминуемо обернётся поражением!

   Нельзя подписать договор с Бездной и надеяться выиграть — выигрыш неминуемо обернётся поражением!

   — Генри Лайон Олди · книга
6. «

   В нашем мире нет единого лидера. Невозможно договориться только с одним. И с учётом слова оружия.

   В нашем мире нет единого лидера. Невозможно договориться только с одним. И с учётом слова оружия.

   — Прибытие (Arrival) · фильм
7. «

   Поцелуй в щеку и в губы разные вещи.... Поцелуй в губы это словно договор... Договор разрешающий кому-то стать ближе к тебе настолько насколько это возможно, обещающий дать все что у тебя есть, позволяющие подобные отношения.

   Поцелуй в щеку и в губы разные вещи.... Поцелуй в губы это словно договор... Договор разрешающий кому-то стать ближе к тебе настолько насколько это возможно, обещающий дать все что у тебя есть, позволяющие подобные отношения.

   — мама Юдзи · аниме
8. «

   Будем продолжать навязчивую демонстрацию силовых структур или перейдём к поискам дипломатического компромисса на основе демократического плюрализма?

   Будем продолжать навязчивую демонстрацию силовых структур или перейдём к поискам дипломатического компромисса на основе демократического плюрализма?

   — Андрей Белянин · книга
9. «

   Проще всего договориться с отчаянным человеком.

   Проще всего договориться с отчаянным человеком.

   — Ирэн О'Доннел · сериал
10. «

    Завтрак прошёл в атмосфере всеобщего уважения и предельной вежливости, как в президентском дворце после подписания мирного договора с заолтанцами (мирным он стал совершенно случайно, и обе стороны боялись лишний раз дыхнуть в сторону друг друга, чтобы не обнулить успешные переговоры).

    Завтрак прошёл в атмосфере всеобщего уважения и предельной вежливости, как в президентском дворце после подписания мирного договора с заолтанцами (мирным он стал совершенно случайно, и обе стороны боялись лишний раз дыхнуть в сторону друг друга, чтобы не обнулить успешные переговоры).

    — Ольга Громыко · книга
11. «

    Доверие – важнейшая часть любой сделки. Люди всегда увлекаются формой, сейчас легионы стартаперов уверены, что все дело в юристах и том, как юрист сочинит договор, они искренне и глупо считают, что бумажка как-то защищает чьи-либо интересы. Посмотрите на все скандалы с американскими и европейскими банками за последние полгода. Любой договор, любая сделка, чтобы быть успешной, не на бумажках основываться должна – на доверии. Бумаги – это свидетели и свидетели легко, очень легко уничтожающиеся.

    Доверие – важнейшая часть любой сделки. Люди всегда увлекаются формой, сейчас легионы стартаперов уверены, что все дело в юристах и том, как юрист сочинит договор, они искренне и глупо считают, что бумажка как-то защищает чьи-либо интересы. Посмотрите на все скандалы с американскими и европейскими банками за последние полгода. Любой договор, любая сделка, чтобы быть успешной, не на бумажках основываться должна – на доверии. Бумаги – это свидетели и свидетели легко, очень легко уничтожающиеся.

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    С договорами о мире дела обстоят так же, как с супружескими пактами — их не заключают с мыслью об измене, а коли уж заключают, то не подозревают в измене противную сторону. ... Ибо нельзя стать рогачом, не будучи женатым, но, согласись, страх перед рогами — обидное и довольно смешное оправдание вынужденного целибата. А рога в семейной жизни не должны быть темой для рассуждений типа «что было б, если бы?». До тех пор, пока рога не выросли, и говорить не о чем…

    С договорами о мире дела обстоят так же, как с супружескими пактами — их не заключают с мыслью об измене, а коли уж заключают, то не подозревают в измене противную сторону. ... Ибо нельзя стать рогачом, не будучи женатым, но, согласись, страх перед рогами — обидное и довольно смешное оправдание вынужденного целибата. А рога в семейной жизни не должны быть темой для рассуждений типа «что было б, если бы?». До тех пор, пока рога не выросли, и говорить не о чем…

    — Анджей Сапковский · книга
13. «

    Да, кум, пока не перевелись олухи на Руси, что подписывают бумаги, не читая, нашему брату можно жить.

    Да, кум, пока не перевелись олухи на Руси, что подписывают бумаги, не читая, нашему брату можно жить.

    — Иван Гончаров · книга
14. «

    Мальчишками они договорились, что будут делиться своей удачей, любовью, жизнью. Мужчинами, они разделили эту мечту, поднимаясь от бедности к власти. Созидая империю, основанную на жадности, насилии и предательстве, их мечта закончится тайной, которая отказывается умирать...

    Мальчишками они договорились, что будут делиться своей удачей, любовью, жизнью. Мужчинами, они разделили эту мечту, поднимаясь от бедности к власти. Созидая империю, основанную на жадности, насилии и предательстве, их мечта закончится тайной, которая отказывается умирать...

    — слоган · фильм
15. «

    — Задача Мстителей — оберегать мир от опасностей. Что мы и делали. — Скажите, Капитан, вам известно где Тор и доктор Беннер? Хоть примерно. Пропади у меня пара тридцати мегатонных бомб, я бы не на шутку всполошился. Копромиссы и заверения, вот на чём держится мир. Поверьте, это[договор] — наименьшее из зол. — А тут... свод ограничений. — Через три дня, Совет ООН встречается в Вене для ратификации договора. Обмозгуйте. — А если наше решение вам не понравится? — Уйдёте в отставку.

    — Задача Мстителей — оберегать мир от опасностей. Что мы и делали. — Скажите, Капитан, вам известно где Тор и доктор Беннер? Хоть примерно. Пропади у меня пара тридцати мегатонных бомб, я бы не на шутку всполошился. Копромиссы и заверения, вот на чём держится мир. Поверьте, это[договор] — наименьшее из зол. — А тут... свод ограничений. — Через три дня, Совет ООН встречается в Вене для ратификации договора. Обмозгуйте. — А если наше решение вам не понравится? — Уйдёте в отставку.

    — Стив Роджерс / Капитан Америка · фильм
16. «

    — Нам удавалось договориться даже с петлюровцами, а с этим новым губернатором Алмазовым — не фартит! — Имеем первый случай, когда залетный поднялся в Одессе. — Погоди, Миша, а как же Дюк де Ришелье? Он таки сделал из Одессы Одессу. — Ой, не ровняйте мне интеллигентного француза с сибирским валенком. Что у него есть ценного, Сёма? — Губернатор имеет в Одессе «Россию». Ну так называется одна газета. — Ой, не смешите вы мне мои брови. В Одессе газетка давно ценна только для рыбку завернуть.

    — Нам удавалось договориться даже с петлюровцами, а с этим новым губернатором Алмазовым — не фартит! — Имеем первый случай, когда залетный поднялся в Одессе. — Погоди, Миша, а как же Дюк де Ришелье? Он таки сделал из Одессы Одессу. — Ой, не ровняйте мне интеллигентного француза с сибирским валенком. Что у него есть ценного, Сёма? — Губернатор имеет в Одессе «Россию». Ну так называется одна газета. — Ой, не смешите вы мне мои брови. В Одессе газетка давно ценна только для рыбку завернуть.

    — Семен Городецкий · сериал
17. «

    — Итак, Кальцит, на чём мы остановились? — Полагаю, вы хорошо осведомлены о положении дел, господин Вэй? Один лишь ваш отказ от помощи заражённым ставит нас в шаткое положение. Если вы так и продолжите вкладывать все силы в поддержку карантина, при следующем нападении «Реньюниона» Лунгмэнь окажется в опасности. — Мы предприняли все возможные меры к возможной угрозе террористов. Оставьте свои опасения при себе. — А у Лунгмэня есть опыт подавления вооружённого восстания среди заражённых? Отрадно слышать, что вы не сидите, сложа руки. Но ваша неготовность нанести превентивный удар ставит вашу компетентность под вопрос. — Наша гвардия не уступит сборищу заражённых!.. — Точно ли известно, что Лунгмэнь — следующая цель «Реньюниона»? — Чтобы нарастить свои силы, им нужны не только ресурсы, но и новые рекруты — готовые для вербовки заражённые. У вас в избытке и то, и другое. Ваш город — лакомый кусочек для террористов. — С этим сложно не согласиться. — Мы, «Родос», можем предоставить наш опыт столкновения с подобным врагом, господин Вэй. — Говорите, что можете поделиться опытом, но притащили с собой контракт? Вы ведь здесь явно не из бескорыстных побуждений. Если хотите приобрести надёжных партнёров в нашем лице, не следует ли предоставить более ценную информацию, Кальцит? — Поверьте на слово: полученные в Чернобоге данные связаны с реальным боевым опытом «Родоса». Без нас самих они будут бесполезны. Я считаю, что у Лунгмэня только один выход — заключить контракт и объединить усилия в борьбе с «Реньюнионом». — Председатель Вэй, не в наших интересах принимать к себе заражённых чужаков! — Успокойся, Чэнь. В конце концов, они — наши гости. Кроме того, при выборе верного друга, важно только одно его качество — способность встать с тобой плечом к плечу. — Это же... — Да. Запись сражения, которое вам навязали по пути сюда. Чэнь, что думаешь о боевом потенциале «Родоса»? — Авангард, арьергард и общий строй организованы с учётом ландшафта и позиции врага. Своё дело и права они знают. Показатели — тоже впечатляющие. Только вот с врагом такого уровня Лунгмэньская гвардия справится и сама, без помощи «Родоса». Таков мой вывод. — Согласен. Нашим войскам не составит труда отбросить террористов. Кроме того, запрошенная вами по контракту цена слишком уж велика, Кальцит. — Позвольте повторить: считать «Реньюнион» простыми бунтарями — верх неосмотрительности. Если сейчас не предпринять радикальные меры, Лунгмэнь падёт через несколько недель. — Это угроза? С чего такая уверенность... — Мы видели её — ту, что во имя гнева заражённых сжигает всё на своём пути. — Вы это о лидере «Реньюниона»? — Чернобог был разрушен всего за одну ночь, потому что они напали в день «Бедствия». И в их главе стояла Талула — она обратила ярость «Реньюниона» в пламя, что сожгло Урсусский город. А сейчас они положили глаз на Лунгмэнь, чтобы пополнить свои ряды. Они не остановятся ни перед чем. — Помимо «Реньюниона» есть ещё один повод для опасений. Империя Урсус лишилась одного из своих городов — и так они этого не оставят. Вы понимаете, к чему всё идёт. — Что верно, то верно. Будь по-вашему. Мы готовы заключить контракт. Однако, выполнение наших обязательств будет зависеть от ваших успехов. Я ставлю два условия. Первое — «Реньюнион» должен быть повержен вашими руками. Как закончите с этим, узнаете и второе. Если не согласны — контракт аннулирован. В конце концов, «Родосу» тоже нужен этот контракт, верно?

    — Итак, Кальцит, на чём мы остановились? — Полагаю, вы хорошо осведомлены о положении дел, господин Вэй? Один лишь ваш отказ от помощи заражённым ставит нас в шаткое положение. Если вы так и продолжите вкладывать все силы в поддержку карантина, при следующем нападении «Реньюниона» Лунгмэнь окажется в опасности. — Мы предприняли все возможные меры к возможной угрозе террористов. Оставьте свои опасения при себе. — А у Лунгмэня есть опыт подавления вооружённого восстания среди заражённых? Отрадно слышать, что вы не сидите, сложа руки. Но ваша неготовность нанести превентивный удар ставит вашу компетентность под вопрос. — Наша гвардия не уступит сборищу заражённых!.. — Точно ли известно, что Лунгмэнь — следующая цель «Реньюниона»? — Чтобы нарастить свои силы, им нужны не только ресурсы, но и новые рекруты — готовые для вербовки заражённые. У вас в избытке и то, и другое. Ваш город — лакомый кусочек для террористов. — С этим сложно не согласиться. — Мы, «Родос», можем предоставить наш опыт столкновения с подобным врагом, господин Вэй. — Говорите, что можете поделиться опытом, но притащили с собой контракт? Вы ведь здесь явно не из бескорыстных побуждений. Если хотите приобрести надёжных партнёров в нашем лице, не следует ли предоставить более ценную информацию, Кальцит? — Поверьте на слово: полученные в Чернобоге данные связаны с реальным боевым опытом «Родоса». Без нас самих они будут бесполезны. Я считаю, что у Лунгмэня только один выход — заключить контракт и объединить усилия в борьбе с «Реньюнионом». — Председатель Вэй, не в наших интересах принимать к себе заражённых чужаков! — Успокойся, Чэнь. В конце концов, они — наши гости. Кроме того, при выборе верного друга, важно только одно его качество — способность встать с тобой плечом к плечу. — Это же... — Да. Запись сражения, которое вам навязали по пути сюда. Чэнь, что думаешь о боевом потенциале «Родоса»? — Авангард, арьергард и общий строй организованы с учётом ландшафта и позиции врага. Своё дело и права они знают. Показатели — тоже впечатляющие. Только вот с врагом такого уровня Лунгмэньская гвардия справится и сама, без помощи «Родоса». Таков мой вывод. — Согласен. Нашим войскам не составит труда отбросить террористов. Кроме того, запрошенная вами по контракту цена слишком уж велика, Кальцит. — Позвольте повторить: считать «Реньюнион» простыми бунтарями — верх неосмотрительности. Если сейчас не предпринять радикальные меры, Лунгмэнь падёт через несколько недель. — Это угроза? С чего такая уверенность... — Мы видели её — ту, что во имя гнева заражённых сжигает всё на своём пути. — Вы это о лидере «Реньюниона»? — Чернобог был разрушен всего за одну ночь, потому что они напали в день «Бедствия». И в их главе стояла Талула — она обратила ярость «Реньюниона» в пламя, что сожгло Урсусский город. А сейчас они положили глаз на Лунгмэнь, чтобы пополнить свои ряды. Они не остановятся ни перед чем. — Помимо «Реньюниона» есть ещё один повод для опасений. Империя Урсус лишилась одного из своих городов — и так они этого не оставят. Вы понимаете, к чему всё идёт. — Что верно, то верно. Будь по-вашему. Мы готовы заключить контракт. Однако, выполнение наших обязательств будет зависеть от ваших успехов. Я ставлю два условия. Первое — «Реньюнион» должен быть повержен вашими руками. Как закончите с этим, узнаете и второе. Если не согласны — контракт аннулирован. В конце концов, «Родосу» тоже нужен этот контракт, верно?

    — Вэй Йенву (Wei Yenwu) · аниме
18. «

    — Может всё не так было? Роман молча смотрел в сторону. — Нет, всё было так. Тут, — показал на негативы, — есть всё. Черчилль обещал Гитлеру тянуть время, пока он будет СССР уничтожать. Не открывать второй фронт. Одним жирным задом сел на два стула. Когда увидел, как Сталин бьёт немцев, понял, что надо менять своё слово. И изменил. Гесса — под трибунал, открыл второй фронт.

    — Может всё не так было? Роман молча смотрел в сторону. — Нет, всё было так. Тут, — показал на негативы, — есть всё. Черчилль обещал Гитлеру тянуть время, пока он будет СССР уничтожать. Не открывать второй фронт. Одним жирным задом сел на два стула. Когда увидел, как Сталин бьёт немцев, понял, что надо менять своё слово. И изменил. Гесса — под трибунал, открыл второй фронт.

    — Александр Викторович Сосновский · книга
19. «

    Никому нельзя доверять. Даже себе, а особенно «странным типам» Есть договоренности и условности между людьми, которые нельзя нарушать, вот им можно верить.

    Никому нельзя доверять. Даже себе, а особенно «странным типам» Есть договоренности и условности между людьми, которые нельзя нарушать, вот им можно верить.

    — Кристина Римшайте · книга
20. «

    Демократия — это пространство договорённости свободных, вооружённых мужчин.

    Демократия — это пространство договорённости свободных, вооружённых мужчин.

    — Бенджамин Франклин