24 фразы на тему «Жизненные цитаты про долг» для дневника

Собрали 24 цитаты на тему «Жизненные цитаты про долг» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Если бы я был моралистом и писал книгу, то из сотни страниц девяносто девять оставил бы чистыми. На последней я написал бы: «Я знаю только один долг — любить». Всему прочему я говорю нет. Решительное нет.

   Если бы я был моралистом и писал книгу, то из сотни страниц девяносто девять оставил бы чистыми. На последней я написал бы: «Я знаю только один долг — любить». Всему прочему я говорю нет. Решительное нет.

   — Альбер Камю
2. «

   По-моему, первый долг общества — это справедливость.

   По-моему, первый долг общества — это справедливость.

   — Уэнделл Филлипс
3. «

   — Поэтому у него принцип — «Не давать в долг близким друзьям». — То есть, получается, незнакомому человеку он бы дал. — Ну, Слав. — Ну что Слав? Получается, что он с тобой так давно и близко дружит, что аж не даст. То есть, так тебя любит, что аж пошёл ты на хер.

   — Поэтому у него принцип — «Не давать в долг близким друзьям». — То есть, получается, незнакомому человеку он бы дал. — Ну, Слав. — Ну что Слав? Получается, что он с тобой так давно и близко дружит, что аж не даст. То есть, так тебя любит, что аж пошёл ты на хер.

   — Саша («Квартет И») · фильм
4. «

   — Я сказала девочкам, что у тебя большое доброе сердце. Я им говорила про твою любовь к Кэти... Ведь она твоя дочь! И твоя любовь к ней была такой огромной, что порой казалось, что еще совсем чуть-чуть — и твое сердце не выдержит... — Перестань... — Я им объяснила, что их папа любит не меньше...что у него четыре сердца, и все они любят. И тем, кого они любят, не нужно ни о чем беспокоиться...что ради тех, кого папа так сильно любит, он пойдет на все...и что это справедливо. И что он всегда будет прав! Потому что он делает, как велит ему сердце <...> — Ты говорила им это вчера... Ты все знала... — <...> — Об этом я и говорила девочкам... Их отец — король. А король знает, что он должен делать и делает, хоть бывает нелегко. И их папа готов на все ради тех, кого он любит.

   — Я сказала девочкам, что у тебя большое доброе сердце. Я им говорила про твою любовь к Кэти... Ведь она твоя дочь! И твоя любовь к ней была такой огромной, что порой казалось, что еще совсем чуть-чуть — и твое сердце не выдержит... — Перестань... — Я им объяснила, что их папа любит не меньше...что у него четыре сердца, и все они любят. И тем, кого они любят, не нужно ни о чем беспокоиться...что ради тех, кого папа так сильно любит, он пойдет на все...и что это справедливо. И что он всегда будет прав! Потому что он делает, как велит ему сердце <...> — Ты говорила им это вчера... Ты все знала... — <...> — Об этом я и говорила девочкам... Их отец — король. А король знает, что он должен делать и делает, хоть бывает нелегко. И их папа готов на все ради тех, кого он любит.

   — Аннабет Маркум · фильм
5. «

   Не стоит создавать своих теорий, принимать чужие и, тем более, следовать им. Если ты следуешь определенной системе, над тобой всегда будет висеть «ты должен», и ты никогда не будешь внутренне свободным!

   Не стоит создавать своих теорий, принимать чужие и, тем более, следовать им. Если ты следуешь определенной системе, над тобой всегда будет висеть «ты должен», и ты никогда не будешь внутренне свободным!

   — Слава Курилов · книга
6. «

   Требования долга суровы, мой друг, но если бы их легко было выполнить, в чем же заключался бы героизм?

   Требования долга суровы, мой друг, но если бы их легко было выполнить, в чем же заключался бы героизм?

   — Стендаль · книга
7. «

   Нелепое чувство – но я в самом деле уверен: да, должен. Нелепое – потому что этот мой долг – еще одно преступление. Нелепое – потому что белое не может быть одновременно черным, долг и преступление – не могут совпадать. Или нет в жизни ни черного, ни белого, и цвет зависит только от основной логической посылки.

   Нелепое чувство – но я в самом деле уверен: да, должен. Нелепое – потому что этот мой долг – еще одно преступление. Нелепое – потому что белое не может быть одновременно черным, долг и преступление – не могут совпадать. Или нет в жизни ни черного, ни белого, и цвет зависит только от основной логической посылки.

   — Евгений Замятин · книга
8. «

   — Это любовь? — В любовь играют дети, а я у него в долгу.

   — Это любовь? — В любовь играют дети, а я у него в долгу.

   — Локи · фильм
9. «

   Если вдуматься, вся наша жизнь – одолжение. Не хочешь идти на рождественский вечер у мужа на работе, а надо; не хочешь торговать леденцами, чтобы школьный оркестр мог купить флейты, а торгуешь; гулять на свадьбах четвероюродных братьев, забирать одежду из прачечной… Вся жизнь – обязательство!

   Если вдуматься, вся наша жизнь – одолжение. Не хочешь идти на рождественский вечер у мужа на работе, а надо; не хочешь торговать леденцами, чтобы школьный оркестр мог купить флейты, а торгуешь; гулять на свадьбах четвероюродных братьев, забирать одежду из прачечной… Вся жизнь – обязательство!

   — Линетт Скаво · сериал
10. «

    …Человек, последовательно выполняющий свой долг, становится неспособным заниматься ничем другим.

    …Человек, последовательно выполняющий свой долг, становится неспособным заниматься ничем другим.

    — Эдит Уортон · книга
11. «

    Я никому ничего не должен, я плачу обществу деньги в виде фискальных поборов за то, чтоб меня не обокрали, не прибили и не убили, а больше никто ничего с меня требовать не смеет. Я, может быть, лично и других идей, и захочу служить человечеству, и буду, и, может быть, в десять раз больше буду, чем все проповедники; но только я хочу, чтобы с меня этого никто не смел требовать, заставлять меня, как господина Крафта; моя полная свобода, если я даже и пальцем не подыму. А бегать да вешаться всем на шею от любви к человечеству да сгорать слезами умиления — это только мода. Да зачем я непременно должен любить моего ближнего или ваше там будущее человечество, которое я никогда не увижу, которое обо мне знать не будет и которое в свою очередь истлеет без всякого следа и воспоминания (время тут ничего не значит), когда Земля обратится в свою очередь в ледяной камень и летать в безвоздушном пространстве с бесконечным множеством таких же ледяных камней, то есть бессмысленнее чего нельзя и представить! Вот ваше учение! Скажите, зачем я непременно должен быть благороден, тем более, если все продолжается одну минуту.

    Я никому ничего не должен, я плачу обществу деньги в виде фискальных поборов за то, чтоб меня не обокрали, не прибили и не убили, а больше никто ничего с меня требовать не смеет. Я, может быть, лично и других идей, и захочу служить человечеству, и буду, и, может быть, в десять раз больше буду, чем все проповедники; но только я хочу, чтобы с меня этого никто не смел требовать, заставлять меня, как господина Крафта; моя полная свобода, если я даже и пальцем не подыму. А бегать да вешаться всем на шею от любви к человечеству да сгорать слезами умиления — это только мода. Да зачем я непременно должен любить моего ближнего или ваше там будущее человечество, которое я никогда не увижу, которое обо мне знать не будет и которое в свою очередь истлеет без всякого следа и воспоминания (время тут ничего не значит), когда Земля обратится в свою очередь в ледяной камень и летать в безвоздушном пространстве с бесконечным множеством таких же ледяных камней, то есть бессмысленнее чего нельзя и представить! Вот ваше учение! Скажите, зачем я непременно должен быть благороден, тем более, если все продолжается одну минуту.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    В жизни каждого человека бывают критические минуты, когда он колеблется между строгим соблюдением долга и справедливости и соблазном счастья, которого, кажется, можно бы достигнуть, — стоит лишь поступить не так, как должно.

    В жизни каждого человека бывают критические минуты, когда он колеблется между строгим соблюдением долга и справедливости и соблазном счастья, которого, кажется, можно бы достигнуть, — стоит лишь поступить не так, как должно.

    — Теодор Драйзер · книга
13. «

    Сыну никогда не отблагодарить своих родителей за их полную любви доброту, даже если он сотню лет на правом плече будет носить своего отца, а на левом плече свою мать.

    Сыну никогда не отблагодарить своих родителей за их полную любви доброту, даже если он сотню лет на правом плече будет носить своего отца, а на левом плече свою мать.

    — Дик Франс Свааб · книга
14. «

    Где «долг», там могут быть и непременно есть все степени начинающейся измены ему, тогда как где «любовь» — там уже не может быть измены любимому (ведь изменяют без любви, в безлюбовной семье). <...> И вообще женщину, способную изменить, я нахожу в европейской семье, построенной по «долгу», а не на «любви».

    Где «долг», там могут быть и непременно есть все степени начинающейся измены ему, тогда как где «любовь» — там уже не может быть измены любимому (ведь изменяют без любви, в безлюбовной семье). <...> И вообще женщину, способную изменить, я нахожу в европейской семье, построенной по «долгу», а не на «любви».

    — Василий Розанов · книга
15. «

    Должен, не спорю, отдам не скоро. Будешь докучать — не будешь получать.

    Должен, не спорю, отдам не скоро. Будешь докучать — не будешь получать.

    — Схиархимандрит Власий (Перегонцев)
16. «

    Ярмо долга бывает не только тяжелым и холодным. Иногда оно бывает еще и грязным. Но сбросить его все равно нельзя.

    Ярмо долга бывает не только тяжелым и холодным. Иногда оно бывает еще и грязным. Но сбросить его все равно нельзя.

    — Надежда Кузьмина · книга
17. «

    Долг вообще смешная штука. Слово вроде бы одно, а значение для каждого свое.

    Долг вообще смешная штука. Слово вроде бы одно, а значение для каждого свое.

    — Илона Волынская · книга
18. «

    Чувство вины — доступнейший индикатор измены долгу.

    Чувство вины — доступнейший индикатор измены долгу.

    — Юрген Хабермас
19. «

    Мы делаем то, что должны, Сноу. Даже короли.

    Мы делаем то, что должны, Сноу. Даже короли.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    Если бы мы не в силах были нести бремя жизни из чувства долга, пришлось бы продолжать жить хотя бы из уважения к приличиям.

    Если бы мы не в силах были нести бремя жизни из чувства долга, пришлось бы продолжать жить хотя бы из уважения к приличиям.

    — Жорж Санд · книга