Когда дьявол ходит среди нас аки лев рыкающий, он ходит во образе, который, кроме дикарей и охотников, может соблазнить лишь немногих. Но когда он принаряжен, отутюжен, вылощен по последней моде; когда он пресыщен пороком, пресыщен добродетелью и до такой степени истаскан, что ни для ада, ни для рая не годится; вот тогда — занимается ли он волокитой или волокитством, — тогда он сущий дьявол.
В каждом человеке есть и Бог, и дьявол, но все зло, равно как и все добро в мире, происходит от рук самих людей, от их помыслов и деяний. Словом, от того, какую роль для себя они выбрали — дьявола или Бога.
Сатана улыбается нам неожиданно - В самых разных местах: то с помятых купюр, То с трибуны ревущей толпы на корриде, то Сквозь путаны наряда шифонный гипюр...
– Однако, <...> – не вызывает никаких сомнений, что дьявол всегда с нами. Некая часть его сущности всегда проявляется в нас самих, так же, как и черты Господа. Многие видят в этом результат грехопадения Адама и Евы. Не знаю, подписался бы лично я под такой теорией, поскольку считаю, что в каждом из нас есть потенциал добра и зла. Либо того, либо другого.
... Склонив голову набок, Дьявол молча рассматривал черные брови, слегка припудренные щеки и новую, пышно взбитую прическу. — Ну, и как вообще я выгляжу? — с сомнением спросил он. — Офигительно, — захлебнулся пиар-директор. Дьявол еще раз бросил любопытный взгляд в зеркало. — У меня странное ощущение, что я похож на Сергея Зверева, — вынес вердикт князь тьмы. — Мои сторонники ожидают увидеть именно его? — Для многих Зверев, собственно и есть Сатана. — Главу адского «паблик рилейшнз» было трудно застать врасплох. — Да вы хотя бы церковь спросите. Они подтвердят. — Они что хочешь подтвердят, — поморщился Дьявол. — У них после зевка рот не перекрестил — уже воплощение Ада. В принципе я рассчитывал на нечто другое — такое стильное, мрачное, готичное зло в стиле вокалиста «Лакримозы». Ну ладно... на крайняк уж и так сойдет...
Бог и Дьявол так похожи. Отбросив весь религиозный пафос, сразу поймёшь, что люди для них просто игрушки. Нет смысла постоянно задумываться над настолько очевидными вещами.
Сатана не в медиаторе... он в каждом из нас. Он — здесь. В твоём сердце. Он то, что мешает идти на работу... заниматься, или говорить правду. Он заставляет собираться на вечеринку... и заниматься сексом всю ночь. Он голос в вашем мозге... говорящий: «Иди к чёрту» людям, которых вы ненавидите. Теперь вы можете валяться на земле... и плакать как дети. Или можете пойти туда как друзья, и сыграть рок. Итак, что выбираете?
Сатана, о котором вы говорите с состраданием, никогда не потревожит покой чистой удовлетворенной души. Равные сходятся: падший ангел ищет одинаково падших, и дьявол, если есть он, делается товарищем тех, кто находит удовольствие в его учении и обществе. Легенда говорит, что он боится распятия, но я бы сказал, что если он и боится чего-нибудь, так это того «сладостного довольства», которое воспевает Шекспир и которое служит надежной защитой против зла.